Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Почему мне пришлось покинуть страну: блогер из Бангладеш рассказывает свою историю

Exiled blogger Mahmudul Haque Munshi. Used with permission.

Блогер-эмигрант Махмудул Хак Мунши. Фото опубликовано с его разрешения.

В связи с многочисленными угрозами в адрес многих светских блогеров в Бангладеш и участившимися случаями убийств многие из них прекратили писать или скрываются. Наиболее активные блогеры теперь живут в страхе за свою свободу и жизнь, некоторые покинули страну в поисках безопасного убежища за рубежом.

Имена этих и других блогеров, которым угрожает опасность, впервые появились в 2013 году в списке из 84 человек, переданном в специальный правительственный комитет группой консервативных мусульманских духовных лиц, которые обвинили блогеров в “атеизме” и антиисламистских публикациях. Профессор политологии Университета штата Иллинойс Али Риаз [анг] объяснил, что в Бангладеш широко распространено неверное мнение, что атеисты “антирелигиозны”, и возможностей для содержательных споров по этому вопросу крайне мало.

Как случилось, что блогеры стали мишенью для нападок религиозно-политических групп? В статье для газеты Dhaka Daily Star Аднан Амин [анг] говорит о пробеле в исторических взглядах, который блогеры вынуждены заполнять:

Сегодня одно только упоминание слова [блогер] наводит на мысли об атеизме, оскорбительном антирелигиозном поведении, религиозной пропаганде и агрессивных высказываниях. Оно вызывает эмоции от беспокойства до злости и возмущения. Несмотря даже на то, что половина населения не знает, что такое блог, как он выглядит и что с его помощью можно делать.

…в своих статьях популярные бангладешские блогеры либо сравнивают современную политику с 1971 годом, либо связывают ее с глобальным расколом по поводу амбиций исламистов и терроризмом… в основе их историй лежат не технологии, позволяющие вести блог, а нерешенные вопросы, не дающие прекратиться потоку этих текстов. Наблюдаемый в блогосфере моральный и идеологический раскол уходит корнями в историю и политику исламистов в Бенгалии, направляется духом 1971 года и последующих лет и рассматривается сквозь призму событий 11 сентября 2001 года. Вот почему блоги, которые ведут жители Бангладеш, носят такой ожесточенный характер.

Несмотря на гарантию права граждан на свободу слова конституцией страны, авторы, которым угрожают, не получают должной поддержки от правительства. Некоторые считают, что правительство таким образом одобряет религиозную политику и снисходительно относится к тем, кто подменяет политику религией. Даже глава полиции Бангладеш заявил, что вольнодумцы и блогеры не должны переходить границы толерантности при выражении своего отношения к религии.

“Блогеры вынуждены защищаться самостоятельно  в условиях искаженной правоприменительной системы и нежелания правительства призвать религиозных радикалов к порядку”, – пишет [анг] репортер New York Times Джошуа Хаммонд. Поскольку с 2015 года ситуация только ухудшилась, все больше блогеров принимает решение покинуть страну в поисках убежища [анг].

Среди них блогер и онлайн-активист Махмудул Хак Мунши [бен]. В недавней записи в своем блоге Swapnokothok [бен] (“Мечтатель”) он рассказал свою историю. Global Voices совместно с Махмудулом перевели следующие фрагменты его текста.

মানুষ নিজের দেশ ছেড়ে বিদেশ পাড়ি দেয় অনেক কারনে। কেউ পড়াশোনার জন্য, কেউ চাকুরির জন্য, কেউ ব্যবসার জন্য, কেউ অন্য মানুষের প্রতি ভালোবাসায় আর কেউ উন্নত জীবনের লোভে। আমার জন্য উক্ত কোন কারনই কাজ করেনি। আমাকে দেশ ছাড়তে হয়েছে বেঁচে থাকার জন্য।

Люди покидают родину по разным причинам. Кто-то уезжает учиться, кто-то – работать или заниматься бизнесом. Кто-то путешествует по миру, чтобы быть ближе к своим любимым, а кто-то просто ищет лучшей жизни. У меня же совсем другая причина. Я был вынужден покинуть свою страну, чтобы быть уверенным, что проживу еще один день.

আমি কখনো ভাবিনি আমাকে আমার মাতৃভূমি ছাড়তে হবে। [..] এই বাংলার মাটি-আকাশ-জল-বাতাস ছেড়ে আমি কোথায় যাবো? [..] আমি স্বপ্ন দেখতাম। স্বপ্ন দেখতাম একটি উজ্জ্বল আগামীর। একটি সুস্থ সুন্দর দেশের। মানুষের জন্য কাজ করবার চেষ্টা করতাম। কোথাও বন্যা হলে, কোথাও ঝড়ে জেলেদের বাড়িঘর ভেঙ্গে গেলে, কোথাও ভূমিধ্বস হলে ছুটে যেতাম মানুষের সাহায্য নিয়ে। নিজের বা পরিবারের ততটা আর্থিক সক্ষমতা ছিলোনা, তাই চেষ্টা করতাম গায়ে খেটে পুষিয়ে দেবার। একটা ব্যাপারে বিশ্বাস করি আমি, আমরা প্রত্যেকে আমাদের নিজের অবস্থান থেকে যদি কিছু করার চেষ্টা করি, সমাজ পরিবর্তন হতে বাধ্য। আমার দেশটার আরো উন্নতি হতে বাধ্য।

Я никогда не думал, что мне придется покинуть родину. […] Как я могу уехать туда, где не будет (прекрасной) земли, воды, неба и воздуха моей страны? Я мечтал. Мечтал о блестящем будущем. О здоровой и прекрасной стране. Я стремился помогать людям. Во время стихийных бедствий – наводнений, когда дома были разрушены ураганами, или когда люди были в опасности из-за оползней – я мчался туда, чтобы быть волонтером, старался помочь словом и делом. Моя семья небогата, и вместо денежных пожертвований я отдавал свое время и силы. Я верю, что если наши поступки отражают нашу реальность, нашу позицию, общество должно измениться. Страна должна развиваться вместе с такими гражданами.

আমার শক্তির জায়গাটুকু ছিলো লেখালেখি। আমি লিখে লিখে অনেক কিছু করবার চেষ্টা করেছি, করে ফেলেছিও কিছু কিছু যা কোনদিন ভাবিনি আমার পক্ষে সম্ভব। [..] আমি প্রচুর বই পড়তাম। আমার বাসায় প্রায় হাজার পাঁচেক বই এর একটি লাইব্রেরী ছিলো। সে সূত্র ধরে কিছু লেখালেখি ও একটিভলি ব্লগে মুক্তিযুদ্ধের বিপক্ষের ব্লগারের বিরোধিতা করায় আমি এক গোষ্ঠীর ব্লগারদের কাছে শত্রু হিসেবে পরিগনিত হতে থাকি। [..] প্রচুর লেখা পড়তাম। মনে আছে, ব্লগে প্রথম এক মাসে প্রায় হাজার তিনেক ব্লগ পোস্ট পড়বার কথা। কিভাবে ধর্ম আমাদের জাতিকে নিপীড়ন করেছে, কিভাবে সেই ধর্মের দোহাই দিয়ে আমার ভাষাকে বদলে দেবার ষড়যন্ত্র হয়েছিলো আর কিভাবে সেই ধর্মের নামেই পৃথিবীর অন্যতম বৃহৎ গণহত্যাটি হয়েছিলো এই জনপদে… এসব জানতে পেরে আমার ধর্মের প্রতি অবিশ্বাস রূপ নেয় ক্রোধে।

Мне всегда легко давалось писать. Я пытался достичь многого с помощью письма, и оно действительно привело меня к переменам, которых я не мог предугадать. […] Я всегда много читал. В моем доме была частная коллекция из более чем 5000 книг. Я использовал знания, почерпнутые из них, когда писал в блогах против тех, кто ограничивает нашу свободу (ортодоксах), и стал врагом для целого ряда блогеров. […] Также я читал блоги с различными мнениями. Помню, я читал почти 3000 записей в блогах в месяц. Я понял, что религию используют как средство угнетения нашей нации, что возникают предложения об изменении нашего языка с помощью религии, и что религией оправдывают крупнейший геноцид в истории… После того, как я это узнал, мое недоверие к религии переросло в озлобленность.

এরপর ব্লগ ভিত্তিক বিভিন্ন একটিভিজমের সাথে যুক্ত হয়ে পড়ি। ব্লগার দিনমজুরের মুক্তির ডাক দিয়ে আন্দোলন করা, ব্লগ আড্ডার আয়োজন বা চট্টগ্রামে ভূমিধ্বসে মানুষের জন্য সাহায্য তোলা কিংবা ব্লগার আসিফ মহিউদ্দীনের গ্রেফতারের প্রতিবাদে আন্দোলন করা, বাংলাদেশ ক্রিকেট দল পাকিস্তানে যাবে না এরকম অনেকগুলি ইভেন্ট যার কিছু কিছু মনেও নেই। শত্রু বাড়তে থাকে। মোবাইল নাম্বার ওপেন ছিলো ব্লগে তাই কল করে হুমকি ধামকি দিতো কিছু মানুষ। ব্লগে পোস্ট দেয়া হতো সরকার চেঞ্জ হলে কোন দশজন ব্লগারের লাশ পড়বে। আমার নাম থাকতো সেসব লিস্টে। আমরা পাত্তা দিতাম না। কারন ব্লগের লেখালেখির কারনে ব্লগার খুন হবে এটা ছিলো এক ধরনের হাস্যকর চিন্তা তখন। সেই হাস্যকর চিন্তাটাই সত্যি হয়ে দেখা দেয় ২০১৩-র ১৪ই ফেব্রুয়ারি। আমার খুব কাছের একজন মানুষ, একজন ব্লগার থাবাবাবা কে হত্যা করা হয় কুপিয়ে তাঁর বাসার সামনে।

Затем я занялся интернет-активностями, связанными с ведением блогов: организовывал встречи с блогерами, собирал средства для помощи жертвам оползней в Читтагонге, протестовал против арестов блогеров Dinmozur и Асифа Мохиуддина, против поездки команды Бангладеш по крикету в Пакистан и многое другое – не все удается вспомнить. И число моих врагов возрастало. В моем блоге был указан номер мобильного, поэтому мне часто звонили и угрожали. Авторы некоторых блогов строили предположения, кто войдет в десятку блогеров, которых убьют, если наше правительство потерпит крах. Мое имя было в этом списке. Но я не давал этому становиться причиной для беспокойства. Потому что в то время убийство блогеров за то, что они пишут, казалось нелепой и смешной мыслью. Но она стала реальностью 14 феврался 2013 года, когда мой близкий друг, блогер Thaba Baba (Ахмед Разиб Хайдер [анг]), был убит прямо перед своим домом.

…в то время убийство блогеров за то, что они пишут, казалось нелепой и смешной мыслью. Но она стала реальностью 14 феврался 2013 года, когда мой близкий друг, блогер Thaba Baba, был убит прямо перед своим домом.

এই হত্যার পর সে হুমকি আরো বেড়ে যায়। [..] এর মাঝে আমার পরিচিত ও কাছের চারজন ব্লগারকে গ্রেফতার করে সরকার। এই চারজনের ভেতর একজন আমার ব্যাপারে কিছু নাস্তিকতার প্রমানাদি হস্তান্তর করে ডিবি পুলিশের কাছে। আমি তাকে দোষ দেই না, সে ভীত হয়ে এই কাজটি করেছিলো। তারপর শুরু হয় জাতীয় নিরাপত্তা বাহিনীর অত্যাচার। আমাকে বলে আমাদের হাতে সব আছে, আপনাকেও গ্রেফতার করা হবে। এর মাঝে স্বরাষ্ট্র মন্ত্রনালয়ের হাতে পৌঁছে দেয়া হয় ৮৪ ব্লগারের লিস্ট, যার ভেতর আমার নাম উল্লেখ করা ছিলো। এর মাঝে একবার শাহবাগ থেকে টিএসসির দিকে যাবার পথে ভীড়ের ভেতর গান পাউডার মেরে আমার গায়ের চাদরে আগুন ধরিয়ে দেবার চেষ্টা করে, সাথে থাকা সহযোদ্ধারা সাথে সাথে সেটা নিভিয়ে ফেলে। কিন্তু ধরতে পারেনি ভীড়ের কারনে অপরাধীকে। ফেসবুকে একটা লেখা লিখতে পারতাম না, জাতীয় নিরাপত্তা রক্ষা অফিস থেকে কল চলে আসতো। বলতো এইটা ঠিক লিখেছেন, ঐটা ঠিক লেখেননি, মুছে ফেলুন। এর ভেতর কয়েকশ লিস্ট প্রচারিত হয় নামী অনামী খ্যাত-অখ্যাত পত্রিকাগুলিতে, যার বেশিরভাগই ভুয়া। আমাদের কয়েকজন সহযোদ্ধা নিজেকে গুরুত্বপূর্ন প্রমান করবার জন্য নিজের নাম আরো প্রাসঙ্গিক বিশ-ত্রিশটা নামের সাথে ঢুকিয়ে দিয়ে পত্রিকাগুলিতে পাঠাতো।

После того убийства число угроз, которые я получал в свой адрес, возросло. В то же время четверо блогеров, с которыми я был близко знаком, были арестованы [анг] правительством. Один из них предоставил следственному отделу полиции доказательства того, что я был автором некоторых анонимных записей в поддержку атеизма. Я не обвиняю его в этом – ему угрожали и вынуждали доносить на других. В то же самое время в специальное ведомство был передан список с именами 84 блогеров, обвиняемых в атеизме и богохульстве, в том числе и моим. После этого мне стали часто поступать звонки из службы национальной безопасности. Они говорили, что у них есть доказательства против меня, что они могут арестовать меня в любое время. Когда я участвовал в акции протеста на площади Шахбаг, кто-то пытался поджечь на мне одежду с помощью зажженного пороха, но, к счастью, мои друзья погасили пламя. Я не мог ничего публиковать в Facebook без последствий – тут же мне звонили люди из службы государственной безопасности. Они говорили, что некоторые мои слова верны, но мне не следовало писать об этом, и что я должен удалить свои записи. В то же время списки расширились и были опубликованы в некоторых мало известных газетах – в них были добавлены новые имена, но они оказались фальшивками. Я знаю некоторых людей, кто составлял фальшивые списки и включал в них свои имена – просто для того, чтобы прославиться.

Он рассказывает о других нападениях и угрозах в отношении блогеров, принимавших участие в движении Шахбаг, включая его самого. Их часто обвиняли в атеизме.

অভিজিৎদাকে মেরে ফেলার পর খুব রাগ হয়েছিলো। অনেকে আমাকে বলেছিলো চলেন ওদের খুন করি। চাইলে একটা আন্ডারগ্রাউন্ড টিম তৈরী করা ব্যাপার ছিলো না। কিন্তু ভাবতাম কাকে হত্যা করবো? আমি তো নিশ্চিত নই কে আমার ভাইদের হত্যা করছে। সেসময় ফারজানা কবীর খান স্নিগ্ধা আপা আমাকে নক করে বলেন আপনি দেশের বাইরে চলে আসেন। আমি রাজি হইনি। আমি বলেছি আপা আমি কোথাও এসাইলাম নিবো না। সাময়িক এক বা দুইমাসের জন্য যদি অবস্থা খুব খারাপ হয় তাহলে বাইরে যেতে পারি। কিন্তু চিরতরে আমি দেশ ছাড়বো না।

После убийства Авиджита Роя [анг] я был в бешенстве. Некоторые мои друзья говорили, что мы должны отомстить за него и создать подпольное сообщество. Но я думал: кого мы можем убить, чтобы остановить это безумие? Мы не знаем, кто убивает наших братьев. В то время блогер Фарзана Кабир Хан Снигдха из Германии призывала меня ехать за границу. Я отказывался, говорил, что не буду нигде искать убежища. Я был готов выехать за рубеж на месяц или два, если бы ситуация сильно ухудшилась. Но я бы никогда не оставил свою страну навсегда.

ওয়াশিকুর বাবুকে খুন করার পর অক্ষম ক্রোধে কেঁদেছি। [..] এর মাঝে নিলয় নীল খুন হয়ে যায়। এর আগের হত্যাকান্ডগুলি রাস্তায় হলেও এবার ঘরে ঢুকে মেরে ফেলা হয়। আমি তখন কয়েকজন ছোটভাইকে ডেকে অনুসরনকারীদেরকে অনুসরন ও নিস্ক্রিয় করার এক ধরনের প্রতিরোধ কমিটি করার কথা ভাবি। [..] আমি বেশ কয়েকজনের সাথে যোগাযোগ করে পরিকল্পনাটি বলি। তারা সবাই রাজি হয়। দুইটি মিটিং ও করা হয়। এর ৩/৪ দিনের মধ্যেই আমাকে ফলো করা শুরু হয়। আমি প্রচন্ড ভয় পেয়ে যাই। আমার মনে আছে নিলয়কে হত্যার মাস দুয়েক আগে ফলো করা হয়েছিলো। এদিকে আমি শিওর না আমার উদ্যোগের কারনে কোন লিকেজের মাধ্যমে এই কথা ওদের কানে পৌছানোর জন্যই কি এই ফলো করা শুরু কিনা। এদিকে পুলিশকেও বিশ্বাস করিনা।

Когда убили Оясикура Бабу, я рыдал, потому что ничего не мог сделать, чтобы сохранить ему жизнь. Потом не стало Нилоя Нила [анг]. Убийцы посмели зайти к нему в дом и убить его на глазах у всех. Позже я разговаривал с некоторыми своими знакомыми о том, как оказать сопротивление тем, кто следил за нами. Мы дважды встречались по этому поводу. Но потом я заметил, что за мной вели постоянную слежку. И мне стало очень страшно. Я вспомнил, как Нилой сказал, что за ним начали следить, за два месяца до его смерти. Не знаю, была ли какая-нибудь утечка, из-за которой они могли узнать о нашем плане сопротивления. И по этой же причине я не доверяю полиции.

Он рассказал, как связался с блогером Фарзаной с просьбой о помощи в организации выезда за границу для обучения, и как эмигрировавший блогер Асиф Мохиуддин и писатель Таслима Насрин дали ему важные рекомендации.

আমি তখন আরেক দেশে। এর ভেতরেই জার্মানির একটা বিখ্যাত সংগঠন আমাকে মেইল দিয়েছে আমি তাদের ওখানে স্কলারশিপের জন্য এপ্লাই করেছি, তারা আমাকে স্কলারশিপ দিতে চায়, আমি যেতে আগ্রহী কিনা। [..] আমরা সবাই খুব খুশি, আবার ভয়ও লাগছে, কারন জার্মানি যেতে হলে আমাকে আবার দেশে ফিরে ভিসা এপ্লাই করতে হবে। এর ভেতর যদি বাইচান্স কিছু হয়ে যায়? [..] আমি ভিসার ডেট পেয়েছি ২০ দিন পর। এর ভেতর বাড়ি গিয়ে বসে আছি।

Потом я укрылся в соседней стране. Тогда же я получил письмо от авторитетной организации в Германии о том, что я зачислен на обучение, заявку на которое подавал ранее. [..] Мои домашние были счастливы, но и боялись, что мне придется вернуться в Бангладеш для оформления визы. Что если до отъезда со мной случится что-то страшное? […] Через двадцать дней мы с женой отправились в посольство для оформления визы. После возвращения я прятался в своем деревенском доме. 

Затем он рассказывает, как третий секретарь немецкого посольства помог ему подать документы и содействовал оформлению визы, заботясь о его безопасности.

আমার মনে একটি অপরাধবোধ আছে। যে যুদ্ধটা আমরা করছিলাম, সে যুদ্ধটা ছেড়ে চলে আসার অপরাধবোধ। কিন্তু এ কেমন যুদ্ধ? ছায়ার সাথে মানুষ কিভাবে যুদ্ধ করে? [..] যারা চাইছিলেন আমি দেশে থেকে যেন মারা যাই, তাঁদের বলতে চাই, আপনাদের চাওয়াটা পুরন হবে না। আমি বেঁচে থাকবো, আমার করার আছে অনেক কিছু। সব শেষ না করে মরে গেলে তো হবেনা।

আমরা ব্লগার, আমাদের তো রাস্তায় নামার কথা ছিলোনা। কথা ছিলো আমরা লিখবো, আমাদের লেখার ধারে সমাজ থেকে ঝরে পড়বে চর্বি, ক্লেদ। সময়ের প্রয়োজনে রাস্তায় নেমেছিলাম, দরকার হলে আবার নামবো। কিন্তু আমাদের মূল কাজ যেটি, তাকে তো এগিয়ে নিয়ে যেতে হবে। আমাদের আরো বেশি করে লিখতে হবে। মনে রাখতে হবে আমাদের দ্বায়িত্ব আরেকটু বেশি। আমার যে বন্ধুটিকে খুন করা হয়েছে আমার ঘাড়ে তাঁর লেখাটি লিখবার দায় আছে। আগে যদি আমি তাঁর মতো করে নাও লিখে থাকি, এখন আমার দায় তার মতো করে লেখার। ওরা চায় আমাদের কীবোর্ড থেমে যাক। আমরা যেন গুটিয়ে যাই সময়ের শামুকে। কিন্তু এখনই আমাদের বেশি করে লিখবার সময়। নিজের লেখাটিও লিখতে হবে, আমার মৃত বন্ধুর লেখাটিও লিখতে হবে। নইলে জয় হবে অন্ধকারের, জয় হবে মৌলবাদের, হিংস্র ধর্মের।

Я испытываю чувство вины. Битва, в которой мы сражались, но затем оставили ее, бежав с поля боя. Но что это за война? Как можно сражаться с тенями? […] Тем, кто напрасно жаждал моей смерти, хочу сказать: вам меня не победить. Я буду жить, мне еще многое нужно сделать. Я не умру, пока не достигну своих целей.

Мы – блогеры, нам не обязательно выходить на улицы. Мы должны писать, чтобы напомнить обществу о его ошибках, о его недостатках – задавать направление. Нам приходилось выходить на улицы, и мы выйдем еще раз, если это будет нужно. Но мы также должны продолжать делать свое главное дело – писать еще больше. Важно понимать, что груз ответственности, лежащий на наших плечах, возрос. Я пишу и за своих убитых друзей, об их мечтах. Если раньше я не обращал на них должного внимания, теперь я буду это делать. Потому что они (убийцы) хотят, чтобы наши клавиатуры, наши ручки замерли. Чтобы мы дрожали от ужаса и молчали. Но пришло время писать еще больше. Писать о своих мыслях и о мыслях наших погибших друзей. Иначе тьма – религиозный радикализм и экстремизм – победит.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо