Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Три поколения ямайских художниц по текстилю отражают в своих работах голоса сильных женщин

Слева направо: художницы Мириам Хайндс-Смит, Маргарет Стенли и Катрина Кумбс на открытии своей выставки «3 поколения текстильного и волоконного искусства» в галерее Гросвенор, Кингстон, Ямайка, 24 июня 2017 года. Фото Эндрю П. Смита, использовано с разрешения правообладателя.

[Ссылки ведут на страницы на английском языке, если не указано иного].

Необычная выставка недавно прошла в кингстонской галерее Гросвенор: в мероприятии под названием «3 поколения текстильного и волоконного искусства» приняли участие художницы Маргарет Стенли, Катрина Кумбс и Мириам Хайндс-Смит, ярко выразившие свои личные устремления и перспективы общества.

66-летняя Стенли имеет ученую степень по моде/текстилю Равенсборнского колледжа искусств в Лондоне, Англия. С 1989 по 2017 годы она преподавала в престижном ямайском Колледже изобразительных и исполнительских искусств Эдны Мэнли (EMCVPA) и активно участвовала в выставках, как в Великобритании, так и в Ямайке. Уроженка Кингстона Кумбс, 31 год, изучала текстильное и волоконное искусство и кураторское дело в EMCVPA. У нее также степень магистра изящных искусств (MFA) и творческой практики Плимутского университета в Великобритании через нью-йоркский Трансарт-институт. Ее работы широко экспонировались с 2008 года и были представлены на выставке молодых талантов 2015 года в национальной галерее Ямайки. Хайндс-Смит, 48 лет, также обучалась в EMCVPA и получила свою степень MFA в Винчестерской школе искусств при Саутгемптонском университете Великобритании.

Global Voices расспросили трех художниц о развитии их личной работы, ощущениях от творчества друг друга и взглядах на недавний спор о «скатерти», прогремевший на всю страну.

Global Voices (GV): Поздравляем с великолепной выставкой! Что подвигло вас заниматься искусством текстиля? Это пришло в процессе? Вы начинали с текстиля или с других форм искусства?

Маргарет Стенли позирует рядом с двумя своими произведениями на открытии выставки «3 поколения текстильного и волоконного искусства» в галерее Гросвенор, Кингстон, Ямайка, 24 июня 2017 года. Фото любезно предоставлено галереей Гросвенор, использовано с разрешения правообладателя.

Margaret Stanley (MS): I originally wanted to be a fashion designer. My chosen course at college in the UK also offered textiles. I focused on making hand printed textiles for my fashion graduation show. Then I worked briefly in the fashion industry, but soon realised I wanted to make textiles. I did not know much about Textile ‘Art’, but fell into making large appliqué pictures, which over the years just developed into the work I do now.

Маргарет Стенли (МС): Изначально я хотела быть модельером. Выбранный мной курс в колледже в Великобритании также предлагал текстиль. Я сфокусировалась на создании текстильных изделий с ручной печатью для модного показа, являвшегося выпускной работой. Затем я недолго работала в модной индустрии, но быстро поняла, что хочу заниматься текстилем. Я немного знала об «искусстве» текстиля, но увлеклась созданием больших аппликаций, и со временем они переросли в работу, которую я делаю сейчас.

Katrina Coombs (KC): I first started textiles and fiber art in high school, when I was introduced to macramé. I immediately found a love for fibers, tying knots and creating pieces.

Катрина Кумбс (КК): Впервые я начала работать с текстильным и волоконным искусством в средней школе, когда познакомилась с макраме. Я сразу же влюбилась в нити, завязывание узелков и создание изделий.

Miriam Hinds-Smith (MHS): I am from a family of tailors and seamstresses. My mother sewed for us as children, and in my formative years, I had the fancy idea that I would become a fashion designer. This peaked in high school, where I made everything for myself. But I would say it was a gradual process. My initial decision to pursue a path in the arts was from a completely different angle. I wanted to become a graphic designer. But at the School of Visual Arts I had greater exposure to other art forms. I knew I wanted to do something far more expansive. It was a kind of returning to something I was innately responding to when I really fell in love with textiles. I loved every facet of it — designing, creating, imagining. There are cathartic aspects to working with this medium. It provided me with a voice that was quite poignant, quite auditable, unscripted, ephemeral yet tangible.

Мириам Хайндс-Смит (МХС): Я из семьи портных и швей. Моя мама шила для нас, когда мы были детьми, и в подростковом возрасте я мечтала, что буду модельером. Наиболее ярко это проявилось в годы средней школы, когда я шила все для себя сама. Но я бы сказала, что это был постепенный процесс. Мое первоначальное решение выбрать путь искусства возникло совсем в другой области. Я хотела стать графическим дизайнером. Но в школе визуальных искусств я лучше познакомилась с другими формами творчества. Я знала, что хочу делать что-то гораздо более масштабное. Это было как возвращение к тому, на что я откликалась внутренне, когда я по-настоящему влюбилась в текстиль. Я люблю каждый аспект работы с ним — проектирование, создание, придумывание. В работе с этим средством выражения присутствуют составляющие катарсиса. Он дал мне голос, который был довольно пронзительным, довольно слышимым, спонтанным, эфемерным, но при этом осязаемым.

GV: До какой степени ваше творчество отражает ваши личные взгляды или обстоятельства, или вы считаете его более широким отражением общества?

Катарина Кумбс со своими работами на открытии выставки «3 поколения текстильного и волоконного искусства» в галерее Гросвенор, Кингстон, Ямайка, 24 июня 2017 года. Фото любезно предоставлено галереей Гросвенор, использовано с разрешения правообладателя.

MS: My work mainly reflects my personal outlook. However, as I am part of Jamaican society, obviously it would also reflect my daily thoughts and observations.

МС: Мое творчество по большей части отражает мою личную точку зрения. Однако так как я являюсь частью ямайского общества, очевидно, оно будет отражать мои каждодневные мысли и наблюдения.

KC: The works are generally a broader reflection of society as they deal with issues of ‘othering’ faced by all women at some point in their life. However, the first reference is the self and as such, the pieces are directly speaking to issues I have faced as a woman attempting to find my identity.

КК: Работы обычно являются более широким отражением общества, так как они соприкасаются с вопросами «исключения из группы», в определенный момент возникающими в жизни всех женщин. Однако, первая точка опоры — это личность, и, если так, произведения напрямую обращаются к вопросам, которые стоят передо мной, как перед женщиной, ищущей собственную индивидуальность.

MHS: It is a mix of both, my personal references and what I know — what WE know — is happening in society. It is all in front of us. For some, it does not impact directly; it's a distant thing that you hear on the news. Truth be told, the effect is often closer to home — but we either sweep it under the rug or find ways of rationalising the situation away. Unresolved injustices are not acceptable. My work has moved from the very visceral and stridently literal. With this exhibition, I chose to focus on creating a space for healing, of sanctuaries for those to whom justice has been unrequited.

МХС: Это сочетание личного и того, что, насколько я знаю — МЫ знаем — происходит в обществе. Всё это перед нами. Кого-то оно не затрагивает; это далёкие события, о которых можно услышать в новостях. Откровенно говоря, эффект зачастую гораздо более ощутимый, но мы или прячем его под подушку, или находим пути, как рационально объяснить ситуацию и забыть. Неразрешенная несправедливость неприемлема. Мое творчество идет глубоко изнутри и является кричаще буквальным. На этой выставке я решила сфокусироваться на создании пространства исцеления, убежища для тех, кто не нашел справедливости.

GV: Как вам кажется, текстиль как посредник усиливает художественное самовыражение?

Мириам Хайндс-Смит позирует рядом со своими произведениями на открытии выставки «3 поколения текстильного и волоконного искусства» в галерее Гросвенор, Кингстон, Ямайка, 24 июня 2017 года. Фото любезно предоставлено галереей Гросвенор, использовано с разрешения правообладателя.

MS: Textiles are important in all our lives, from birth to death. Special garments and fabrics in all societies have historical, cultural and emotional significance. Although I use many traditional techniques in my work, mostly in non-traditional ways, the layering of fabrics of differing colours, patterns and textures is an important inspiration.

МС: Текстиль важен во всей нашей жизни, от рождения до смерти. Определенная одежда и ткани в каждом обществе имеют историческую, культурную и эмоциональную значимость. Хоть я и использую множество традиционных техник в своей работе, в большинстве случаев — в нестандартной манере, важным источником вдохновения является наслоение тканей разных цветов, узоров и текстур.

KC: Textiles and fiber are used by artists as any other medium. One must first understand the material for all its characteristics — and through that understanding, be able to express oneself artistically.

КК: Текстиль и волокно используются художниками наравне с другими средствами выражения. Прежде всего необходимо понять материал со всеми его свойствами и, через этого понимание, получить возможность художественно выразить себя.

MHS: The medium of textiles is canonised by Western culture as residing in a feminine domain — a specifically feminine expressive media. This is in stark contrast to other cultures where the medium (or interactions with textiles) resides in the male domain. I find textiles a pliable and eloquently responsive medium that communicates immediately. It has many nuances that allow for a multi-layered conversation.

МХС: Текстиль как средство выражения в каноне западной культуры принадлежит женщинам — это исключительно женское средство самовыражения. Это сильно контрастирует с другими культурами, где этот посредник (или взаимодействие с текстилем) относится к мужской области. Я считаю текстиль восприимчивым и красноречивым посредником, который вступает в контакт мгновенно. У него множество нюансов, которые позволяют вести разговор на многих уровнях.

GV: Как вам кажется, получило ли текстильное/волоконное искусство на Ямайке то признание, которого заслуживает?

MS: Skills in traditional textile techniques like embroidery are still appreciated by the older generation. Textile Art? Not so much! However, with exposure from foreign experience and the Internet, more fine artists are using textile techniques in their work. This has led to more acceptance. The average Jamaican, however, is still more comfortable with painting!

МС: Навыки в традиционных текстильных техниках, как, например, вышивка, до сих пор ценятся старшим поколением. Искусство текстиля? Не особо! Однако с распространением зарубежного опыта и Интернета больше художников начинают применять текстильные техники в своей работе. Это ведет к большему принятию. Однако среднестатистический ямаец всё еще более комфортно чувствует себя в рисовании!

KC: Recently, textiles and fiber have been put in the forefront of some exhibitions by some artists. This has been a slow process; however, it is beginning to get the recognition it deserves. With more artists exhibiting textile and fiber art-based works […] there will be more recognition.

КК: Недавно текстиль и волокно стали занимать центральное место на выставках некоторых художников. Это медленный процесс, однако эти материалы начинают получать то признание, которого заслуживают. Чем больше художников, экспонирующих работы, в основе которых лежат текстиль и волокно […] тем больше будет признание.

MHS: Good Lord, no! I recall having a conversation with someone who considers himself an ‘art connoisseur’. He was concerned with the resale value of fiber-based art work. My preoccupation is to have works of art that speak to the issues, in places that will stir further conversations and awareness. Not the sale and ‘art as object’ scenario.

МХС: О Боже, нет! Я помню разговор с кое-кем, кто мнит себя «ценителем искусства». Его волновала стоимость перепродажи работ волоконного искусства. Я озабочена тем, чтобы существовали произведения искусства, которые говорят о проблемах, в тех местах, где они будут порождать дальнейшие обсуждения и повышать осведомлённость. А не сценарии продажи и «искусства как объекта».

GV: Как вам работы двух других художников на выставке? В чем вы видите различия и сходства в вашем творчестве как представителей различных поколений?

MS: I feel Katrina’s pieces work on many levels. Her concept is not necessarily what the viewer might take away. The visual experience is strong. Miriam’s work, to me, seems more cerebral and needs closer examination. Both artists use textiles, threads and fabrics in very creative ways.

МС: Я воспринимаю произведения Катарины многоуровнево. Ее концепция не обязательно совпадает с тем, что унесет с собой зритель. Сильное визуальное переживание. Работы Мириам мне кажутся более рассудочными и требуют более тщательного осмотра. Обе художницы используют текстиль, нити и ткани в очень креативной манере.

KC: There are three powerful voices speaking through the works, which highlight very personal issues for all three of us. The works themselves reflect our identities as women and the different stages we are at in the process of our development — as well as our different generations. I have always admired Margaret and Miriam for the works they produce, the energies that flow through them and into their works. From being trained by them both, it was an honour being able to exhibit alongside them.

КК: Три ярких голоса высказываются посредством работ, которые подчёркивают очень личные вопросы для каждой из нас троих. Работы сами по себе отражают нашу идентичность как женщин и различие между ступенями, на которых мы находимся в нашем процессе становления — так же как и различие между поколениями. Я всегда восхищалась работами, которые делают Маргарет и Мириам, энергетикой, которая исходит от них и которой напитываются их творения. Я училась у них обеих, и для меня честь — выставляться с ними вместе.

MHS: …The contextual synergy of the exhibition is interesting, considering we really had no prior discussion of theme, any concerns of the sort or any other area that would create forms of alignment. There are similarities across our work from a purely generic frame, being all textile-based. However, Katrina’s poignant fiber-based constructs are very powerful and allude to the tenuous yet robust feminine quality of her concerns. Yet, they are carefully positioned in a very contemporary context, speaking to issues that need to be confronted. I enjoy Margaret’s work, as she employs traditional techniques — but her approach is mixed, creating her unique play with these mediums. Her work is whimsical yet stoutly satirical; a reflective commentary on the every day and the celebratory nature of accepting self, our independence to change, and the cadence of our evolution as women.

МХС: …Контекстная синергия на выставке интересна, если взять во внимание то, что мы предварительно не обсуждали тему, какие-либо аспекты, ничего, что могло бы создать базу для подведения под общий знаменатель. Есть сходства в наших работах, исходящие от общей основы, так как во всех из них базой является текстиль. Однако живые конструкции Катарины на основе волокна очень мощные и ссылаются на тонкие, но при этом сильные женские качества ее переживаний. В тоже время они изящно встроены в очень современный контекст, обращаются к проблемам, которым нужно противостоять. Я получаю удовольствие от работ Маргарет, она использует традиционные техники, но ее подход смешанный, создающий уникальную игру этими средствами выражения. Ее работы эксцентричные и при этом убедительно сатирические — вдумчивый комментарий к каждому дню и торжеству природы принятия себя, нашей свободе меняться и темпу нашей эволюции как женщин.

GV: В заключение, что вы думаете о недавнем скандале на тему ткани ямайской банданы (он разгорелся после того, как звезда танцев пренебрежительно назвала ямайскую бандану «скатертью»).

MS: Bandana is just one colour combination of a traditional woven Indian Madras fabric called Cotton Madras. It has a link with colonialism but has become a symbol of the Jamaican culture. It is similarly used in other Caribbean islands. It is a wonderful, very useful fabric.

МС: Бандана — это всего лишь традиционная ткань из индийского Мадраса, называемая хлопковым мадрасом, определённого цвета. Она связана с колонизацией, но стала символом ямайской культуры. Она похожим образом использовалась на других карибских островах. Это великолепная, очень практичная ткань.

KC: This relates back to the issue of textile and fiber being recognised. Firstly, the bandana is a plaid printed cloth. It was originally woven, but due to manufacturing processes it is now easily found in print. It is labeled as our national dress; however, it is hardly ever used in any of Jamaica's ‘branding’. I think the controversy has brought some needed dialogue and recognition to the material and its values for our country.

КК: Снова возвращаемся к вопросу признания текстиля и волокна. Во-первых, бандана — это ткань с клетчатым принтом. Изначально ее ткали, но в результате развития производства сейчас легко найти принтованную. Она считается нашим национальным костюмом, однако она почти никогда не использовалась какими-либо из ямайских брендов. Я думаю, что эта полемика дала старт назревшему диалогу, признанию материала и его ценности для нашей страны.

MHS: “…My concern [is] that as an independent nation, as a signifier of our national identity, we still utilise, like all the other islands, one of the remnants of colonial domination — the ‘Madras’ cloth. It comes from Chennai which was renamed Madras by the British during the mid-19th century. Now Jamaica, an independent country celebrating 55 years of nationhood, still struggles with issues of identity and who we are as a people.

I did not hear the unfortunate ‘tablecloth’ incident first-hand [the comment was made on an Instagram post] but this singer referred to ‘not wearing a tablecloth like Miss Lou’. I don’t believe she meant to disrespect Miss Lou personally. In her own way, though, she was speaking out against the cloth forced on us as a label.

The Madras identified us as property of the colonial empire. Back then, each island was assigned a specific pattern. Now let us look at Miss Lou: an iconic stalwart, a defender of our spoken language patois, dressed in this Madras costume, reciting ‘Colonisation in Reverse’ (one of my faves!). To me, this is an ironic satire of her redefining who we are through wearing this costume. Miss Lou is saying the labeled slave now speaks with a voice that stands strong, resolute and independent — not celebrating the cloth, but what the wearer of the cloth has become.

МХС: …Я озабочена тем, что будучи независимой нацией в качестве символа нашей национальной индивидуальности мы все еще используем, наравне с другими островами, один из пережитков колониального доминирования — ткань мадрас. Она была завезена из Ченная, который в середине XIX-го века был переименован британцами в Мадрас. Сейчас Ямайка — независимая страна, отмечающая 55-летие государственности — все еще находится в поисках собственной идентичности и ответа на вопрос: кто мы как народ.

Я не слышала о печальном инциденте со «скатертью» из первых уст [комментарий был дан на пост в Instagram], но эта певица заявила, что «не носит скатерть, как Мисс Лу». Я не думаю, что она хотела выразить неуважение лично к Мисс Лу. По-своему, она выразила протест против одежды, к которой нас принудили как к ярлыку.

Мадрас определял нас как собственность колониальной империи. В то время каждому острову присваивался определенный узор. Теперь давайте посмотрим на Мисс Лу: икона стойкости, защитница нашего разговорного языка, одетая в костюм мадрас, зачитывающая «Колонизацию наоборот» (одно из моих любимых произведений!). Для меня, это ироничная сатира, переосмысление ею того, кем мы являемся, нося этот костюм. Мисс Лу заявляет, что помеченный раб теперь говорит голосом, который стал сильным, решительным и независимым — прославляя не наряд, а то, кем стал носящий этот наряд.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо