Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Теперь любой человек в России может превратиться в «иностранного агента»

Андрей Климов представляет журналистам копию нового законопроекта. Скриншот из видеоролика «Первого канала», опубликованного на YouTube 8 ноября: «В России до конца года могут принять закон о признании иностранными агентами физических лиц».

21 ноября 2019 года Государственная Дума РФ приняла в третьем и последнем чтении новый законопроект, расширяющий сферу применения противоречивого закона об «иностранных агентах».

Первая редакция правового акта увидела свет в 2012 году и ввела термин «иностранные агенты» в отношении НПО, получающих иностранное финансирование. В русском языке это перегруженный термин, имеющий сильные ассоциации со шпионажем. В ноябре 2017 года ряд СМИ получили ярлык «иностранные агенты», так как получали деньги из-за рубежа; этот шаг был сделан вскоре после того, как власти США принудили российский государственный информационный канал RT зарегистрироваться в качестве «иностранного агента». С тех пор российские власти объявили «иностранными агентами» несколько организаций, в частности, в октябре 2019 года это произошло с «Фондом борьбы с коррупцией» оппозиционного политика Алексея Навального.

Последние поправки распространяют определение «иностранный агент» на физических лиц: конечное решение остаётся за Министерством юстиции РФ, которое уже ведёт онлайн-списки таких «иностранных агентов», как СМИ и НПО. Закон также обязывает каждую медиа-организацию, получившую ярлык «иностранного агента», создать российское юридическое лицо для работы в стране, требует от отдельных персон публично объявить о своём статусе, а также соответствовать строгим стандартам финансовой отчётности. Наказания за несоблюдение правил очень жёсткие, включая тюремное заключение на срок до двух лет и штрафы до пяти миллионов рублей. 18 ноября 10 международных неправительственных организаций подписали открытое письмо, в котором новый закон осуждается как серьёзная угроза свободе слова в России.

Каким же образом российские власти опознают «иностранного агента», когда с ним сталкиваются?

Текст новых поправок в законы «О средствах массовой информации» и «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» не содержит каких-либо согласованных критериев. «Иностранный агент», как там говорится, это «физическое лицо, распространяющее предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы (в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет») и получающее денежные средства и (или) иное имущество от иностранных государств, их государственных органов, международных и иностранных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства либо уполномоченных ими лиц и (или) от российских юридических лиц, получающих денежные средства и (или) иное имущество от указанных источников».

Чиновники подчёркивают, что нового закона не стоит бояться. 12 ноября Андрей Климов, председатель временной комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета и убеждённый сторонник законов об «иностранных агентах», рассказал агентству ТАСС, что «они [поправки к законопроекту о СМИ-иноагентах] отличаются от того, что уже было внесено [в Госдуму], только тем, что они стали более подробными», а также подчеркнул, что физическое лицо не может быть квалифицировано как «иностранный агент» только за получение платежей из-за рубежа. По словам Климова, чтобы стать таковым, нужно «активно сотрудничать с официально признанными иноагентами в нашей стране». «Это коснется, на мой взгляд, человек 20-30 на всю Россию», — сказал он. В комментариях официальной правительственной «Российской газете» в октябре Климов подчеркнул, что закон «не касается людей, которые что-то пишут друг другу в соцсетях», и оправдал его принятие ссылкой на дело Марии Бутиной, российской гражданки, депортированной из США по обвинению в работе в качестве «иностранного агента» на Москву.

Но 13 ноября Леонид Левин, председатель комитета ГД по информационной политике, информационным технологиям и связи, рассказал ТАСС, что сотрудники объявленных «иностранными агентами» СМИ могут сами быть признаны иноагентами, если их работа связана с освещением «общественно-политической ситуации». Климов также подтвердил в статье, что политическая активность будет определяющим фактором.

Множество блогеров и журналистов, особенно тех, кто работает в независимых и оппозиционных медиа, задаются вопросом, что скажет о них новый закон. Александр Плющев, популярный блогер и ведущий шоу на радиостанции «Эхо Москвы», рассуждает о пугающем эффекте закона в своём Telegram-канале:

По поводу принятого сегодня в основном чтении закона о гражданах-иноагентах. Очень необычное чувство, что власти твоей родины разрабатывают и принимают целый закон против конкретного тебя. Ну, не только именно тебя, но ты в той самой, очень небольшой группе людей.

Всё мы попадаем под разные законы, но вот чтобы войти в специальный список своим именем и фамилией – это совсем другое. Вряд ли те, кто попал под персональные санкции, скажем, в связи с Magnitsky act или из-за Донбасса чувствуют в точности то же самое, все-таки там против тебя действует чужая страна, а тут – своя собственная.

Зато теперь, мы знаем каково с серебром, посмотрим, каково с кислотой.

— Александр Плющев, Telegram, 19 ноября 2019 года

Мика Великовский, журналист, работающий на независимую «Новую газету», подчеркнул, что туманность формулировок закона представляет угрозу для простых россиян:

Если посмотреть сам текст закона, обнаружится, что лайки и репосты СМИ-иноагентов – это да, но это не вся прелесть, это только один из путей к попаданию в список. Любой гражданин – распространитель информации для неограниченного круга лиц (то есть вообще все, у кого есть, например, соцсети), в случае получения чего бы то ни было от иностранцев (не только денег), может быть признан иноагентом. Т.е. два критерия: распространение информации и что-то от иностранцев (или от российского юрлица, каким-нибудь вещественным образом с ними контактирующего). Под это определение, строго говоря, почти всякий россиянин подпадает. Например, у вас есть профиль Вконтакте, а ваш работодатель импортирует памперсы – все, больше ничего не требуется.

— Мика Великовский, Facebook, 19 ноября 2019 года

Дмитрий Колезев, блогер и главный редактор независимого екатеринбургского новостного сайта Znak, выразил сожаление по поводу того, что назвал «национализацией интеллектуалов». Дмитрий утверждает, что закон вынудит россиян быть более осторожными с поездками за границу и в общении с иностранцами, что, в свою очередь, изолирует российских комментаторов и журналистов. Документ затронет куда больше, чем 20 или 30 человек, — предупреждает Колезев:

Станет ли жизнь признанных иноагентами невыносимой? Вроде бы нет. Их обяжут маркировать публикации (что унизительно, конечно) и сдавать декларации о доходах. В этом смысле депутаты хотят, чтобы блогеры и журналисты действовали по тем же правилам, что чиновники и народные избранники. Но при этом забывают, что независимые журналисты и блогеры не наделены никакой властью, не получают зарплату от государства, и не очень понятно, на каком основании от них требуется та же степень прозрачности, что от парламентариев. Однако мы не знаем, какие меры дискриминации для «иноагентов» придумает власть в будущем. Обязанность отмечаться в Минюсте, запрет занимать государственные должности, запрет избираться? Да что угодно.

— Дмитрий Колезев, Telegram, 14 ноября 2019 года

Эти законы появились в крайне сложный период в российском обществе, вслед за массовыми протестами в Москве и созданием «суверенного интернета». Есть признаки, что новые правовые акты, касающиеся свободы слова, начали раздражать многих жителей России. Опрос, проведенный некоммерческой организацией «Левада-Центр» в октябре 2019 года и опубликованный 20 ноября, показал, что процент россиян, которые считают свободу слова одним из важнейших прав граждан, вырос от 34 до 58 процентов за последние два года.

На фоне разгоревшейся онлайн дискуссии о законе на передовой вновь оказался мем «но иностранный агент все равно ты». Это популярный ответ на регулярные разоблачения роскошной недвижимости российских чиновников в Европе. Например, последнее расследовательское видео Алексея Навального о черногорской собственности главного прокурора Москвы Дениса Попова было озаглавлено «Тайная жизнь иностранного агента».

Теперь Рунет замер в ожидании, кто же станет первым, получившим ярлык «иностранного агента», и что ждёт человека, которому выпадет эта несчастливая карта.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо