Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Кинематограф и новые законы повышают толерантность к трансгендерам во Вьетнаме

Ле Ань Фонг, главная героиня фильма «В поисках Фонг». Фото используется с разрешения.

При коммунистическом режиме государство часто определяет степень того, насколько открытыми могут быть представители ЛГБТК-сообщества.

На фоне того, что в Северной Корее существование меньшинств полностью отрицается, а в Китае признается только в частной сфере, Вьетнам стал интересным примером повышения толерантности и внимания к представителям ЛГБТК+, в том числе и в СМИ.

Ярким примером стал документальный фильм «В поисках Фонг» [анг], выпущенный в 2015 году и запечатлевший повседневную жизнь вьетнамской женщины-трансгендера.

Главная героиня Ле Ань Фонг и продюсер фильма Джералд Херман, приехали в Прагу в июле 2019 года, чтобы показать свой фильм и обсудить его с чешскими и чехо-вьетнамскими зрителями (в Чехии на постоянной основе проживает 80 000 граждан вьетнамского происхождения, что составляет почти 1% от общего населения). Я взял интервью у Фонг и Джералда, чтобы лучше узнать об изменении отношения к сообществу ЛГБТК+ во Вьетнаме на сегодняшний день.

Интервью с Ле Ань Фонг прошло при участии переводчика.

Филип Нубель (ФН): Как бы вы описали ЛГБТК+-сообщество во Вьетнаме сегодня?

Le Anh Phong: There is undoubtedly a growing emergence of this community. The first reason is due to the role played by the media that now openly covers LGBTQI+ issues, including inside the country. The second reason is that the Vietnamese National Assembly will review a draft law that would guarantee medical support to citizens requesting sex reassignment. This has created a flow of public and online discussions.

Gerry Herman: The LGBTQI+ rights movement has also been actively supported by international organizations and several embassies, including those from the United States, the Netherlands, Germany and Canada. A number of trainings, campaigns, study tours have been organized, and this has changed the general atmosphere. My impression is that Vietnamese authorities do not view LGBTQI+ issues as particularly sensitive or overly political.

Ле Ань Фонг: Несомненно, ЛГБТКИ+ получает больше внимания. Во-первых, СМИ начали открыто говорить о проблемах сообщества в своих выпусках, в том числе издания внутри страны. Во-вторых, Национальное собрание Вьетнама рассмотрит законопроект о гарантии медицинской поддержки граждан, решившихся на смену пола. Это вызвало волну обсуждений в обществе и онлайн.

Джералд Херман: Движение за права ЛГБТКИ+ также активно поддерживается международными организациями и некоторыми посольствами, в том числе Соединенных Штатов [анг], Нидерландов, Германии и Канады. Организовано несколько тренингов, кампаний и ознакомительных поездок, что помогло изменить общую атмосферу. Я думаю, что вьетнамские власти не воспринимают проблемы ЛГБТКИ+ как слишком чувствительные либо политические.

ФН: Каково приходится трансгендерам, сталкивающимся с совершенно другими проблемами в повседневной жизни?

Le Anh Phong: In Vietnam, there is a lot of confusion within the public opinion about a set of different laws that affect the transgender community. First, in November 2015, a law was passed that changed provisions in the Civil Code allowing people who had a sex change to register legal documents under their new gender. This became effective as of January 2017. Now we are waiting for the next step: a law guaranteeing access to health care, such as hormonal therapy and psychological support. There is a draft of this law, and the National Assembly has announced it would review it by 2020.

Personally, I haven’t experienced much challenges: I still haven’t changed my legal documents, so very often officials at the bank or at the airport asked me why I still don't have new documents [reflecting my current gender]. In the end, they do provide the services I require from them.

Ле Ань Фонг: Ряд законов во Вьетнаме, относящихся к сообществу трансгендеров, вызвал путаницу в общественном мнении. В ноябре 2015 года был принят закон [анг], который ввёл новые положения в Гражданский кодекс, позволив людям, сменившим пол, официально регистрировать документы, соответствующие их гендерной идентичности. Данный закон вступил в силу в январе 2017 года. Теперь мы ждем следующего этапа — закона, гарантирующего доступ к медицинской помощи, такой как гормональная терапия и психологическая поддержка. Уже создан законопроект, и Национальное собрание объявило, что рассмотрит его к 2020 году [анг].

Я пока не испытала особых трудностей: я всё ещё не поменяла паспорт, поэтому работники банка или аэропорта часто спрашивают, почему у меня нет новых документов, с новым полом. Но в итоге они всё равно предоставляют мне необходимые услуги.

ФН: Что вас вдохновило поделиться своей историей настолько открыто, через документальный фильм?

Le Anh Phong: When I started my transition, I had almost no information about the process. I did this movie so that others [the transgender community in Vietnam is estimated to reach nearly 300,000 people] would find out about the issues, the challenges, the solutions. The second reason is that I wanted to have memories of my own journey.

The most difficult part for me in the making of the movie was to introduce the camera in the privacy of my family, and have my family members get used to this intrusion. I wanted the whole thing to be humorous, so people would take it lightly. When we shoot the movie, I was working, so usually the filming happened after work, sometimes as late as 3 a.m. I was very tired, but I wanted the film to capture the authenticity of the moment.

Ле Ань Фонг: Когда я начала переход, у меня практически не было информации об этом процессе. Я сделала этот фильм, чтобы другие [сообщество трансгендеров во Вьетнаме оценивается почти в 300 000 человек] смогли узнать о проблемах и вызовах, с которыми придётся столкнуться, а также об их решениях. Во-вторых, я хотела сохранить воспоминания о моём пути.

Самым сложным в фильме было встроить камеру в личную жизнь моей семьи и помочь им к этому привыкнуть. Я хотела обыграть все в комичном ключе, чтобы люди восприняли это легко. Когда мы занимались фильмом, я работала, поэтому обычно съёмка происходила после работы, иногда даже и в 3 часа ночи. Я была очень уставшей, но хотела, чтобы фильм передал аутентичность момента.   

ФН: Как восприняли фильм во Вьетнаме?

Le Anh Phong: Initially, the movie was shown only in international documentary film festivals outside abroad. But in 2018, it was shown for the first time in commercial cinema theatres in Vietnam. The reception was so positive and got such good reviews in the media and from government officials that the screening was prolonged for a second week. For me, the most positive aspect is that the audience is no longer not limited to LGBTQI+ community. In fact, parents came and stayed during the entire film, which I did not expect.

Gerry Herman: It was also the first documentary movie played in commercial cinema theaters in Vietnam. Amazingly, the censorship allowed nude scenes which are always taken out in films shown in cinemas in Vietnam. Perhaps because of the topic of the movie, the censors did not intervene, which is a rare precedent.

Ле Ань Фонг: Изначально фильм показывался только заграницей, на международных фестивалях документального кино. Но в 2018 году его пустили на экраны коммерческих кинотеатров Вьетнама. Ленту восприняли очень хорошо, а оценка от СМИ и правительства была настолько высокой, что показ продлили на вторую неделю. Для меня лучшим стало то, что среди зрителей были не только представители ЛГБТКИ+. Даже родители приходили и оставались до финальных титров картины, чего я никак не ожидала.

Джералд Херман: Это также был первый документальный фильм, показанный в коммерческом кинотеатре во Вьетнаме. Удивительно, что цензура оставила сцены с обнажением, которые всегда удаляют из фильмов в прокате. Возможно, тема киноленты не позволила критикам вмешаться, что само по себе случай редкий.

ФН: Как вы, как кинопродюсер, приняли решение снять этот фильм? 

Gerry Herman: I met Phong at a social gathering, and I heard the following story: “everybody thinks I am a gay boy, but in fact I am a straight girl in a boy’s body.” I became fascinated by the story of a young boy who grew up in central rural Vietnam with no exposure to notions of transgender identity. When Phong told me she had contacted other transgender people telling her about the underground hormone market and contacts with cheap doctors in Bangkok, I proposed a deal: we would make a documentary about her journey provided she would agree to do the transition with appropriate medical support.

I also contacted a transgender filmmaker who alerted me about the pain that most transgender people experience in regard to their past. They usually burn pictures taken before their transition. For Phong, it was the opposite, she wanted the whole story to be captured. In the end, the real challenge was the editing: two years of filming ended with over 250 hours of footage.

Джералд Херман: Я встретил Фонг на одном из мероприятий и услышал такую историю: «Все думают, что я гей, но на самом деле я девушка внутри тела парня». Меня заворожила история молодого человека, выросшего в сельской местности в центральном Вьетнаме, без малейшего представления о трансгендерах. Когда Фонг рассказала мне о том, что она связалась с другими трансгендерами, чтобы узнать о подпольном рынке гормонов и получить контакты дешёвых докторов в Бангкоке, я предложил следующее: мы снимем документальный фильм о её перевоплощении, при условии, что она согласится сделать операцию с подобающей медицинской поддержкой.

Я также связался с одним режиссёром-трансгендером, который предупредил меня о той боли, которую испытывают большинство трансгендеров, вспоминая прошлое. Они обычно сжигают фотографии, сделанные до операции. Но для Фонг все было по-другому: она хотела запечатлеть весь процесс. В итоге самой большой проблемой оказалось редактирование: два года съёмки дали нам 250 часов материала.

ФН: Каковы шансы, что Вьетнам станет второй азиатской страной после Тайваня, разрешившей однополые браки?

Le Anh Phong: I was very happy when I saw the news in Taiwan because it is a place not far away from Vietnam. This means our lawmakers know about this law. Now transgender groups are also advocating for a same-sex marriage law, but the priority remains on the sex reassignment support law. People believe once this law has been passed, the same-sex marriage law will be much easier to adopt. The reality in Vietnam is that a lot of same-sex couples live together, but of course they have no legal protection of their rights currently.

Gerry Herman: There are two stages to a marriage in Vietnam: a “family marriage” and then a civil, government-registered marriage. Until five years ago, it was illegal to have a gay “family marriage,” the police would disrupt such ceremonies. Now it is not legal, but also no longer illegal, it is tolerated and we witness many gay and lesbian marriages. This indicates growing acceptance, including from the authorities.

Ле Ань Фонг: Я была счастлива, когда увидела новости из Тайваня, потому что это совсем недалеко от Вьетнама, а значит, наши законодатели знают об этом правовом акте. Теперь сообщества трансгендеров также выступают за принятие закона об однополых браках, но большинство всё ещё настаивает в первую очередь на законе о смене пола. Люди уверены, что когда его примут, закон об однополых браках привести в жизнь будет куда легче. На самом деле много однополых пар в Вьетнаме живут вместе, но на данный момент не имеют никакой юридической защиты своих прав.

Джералд Херман: Есть две стадии заключения брака во Вьетнаме: «семейный брак» и затем гражданский, который регистрируют власти. Еще пять лет назад «семейный брак» для людей одного пола считался противозаконным, и полиция прерывала такие церемонии. Теперь это и не законно, и не противозаконно; это допускается, и можно наблюдать множество однополых браков как среди парней, так и среди девушек. Это свидетельствует о возрастающей толерантности, в том числе и со стороны властей.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо