Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

После многих лет в браке индийские женщины впервые отваживаются назвать имена своих мужей

Женщины в маленькой индийской деревне Гумла Джам Гайи в Джаркханде. Фото взято из Flickr, сделанное Крис Фримен. CC BY-NC 2.0

Этот пост был написан Кайонаазом Калянвалой и первоначально появился на Video Volunteers [анг], сайте удостоенной наград международной медиа-организация, базирующейся в Индии. Отредактированная версия опубликована ниже в рамках соглашения о совместном использовании контента.

Во многих частях Индии женщина будет стараться избегать произносить имя своего мужа [анг] и даже имя старших мужчин в семье. Вместо этого она будет использовать местоимение или «отец моего ребенка». От Чхттисгарха до Махараштры и Уттар-Прадеша женщины утверждают, что социальное давление – требование уважать своего мужа – и страх перед последствиями несоблюдения нормы сохраняют эту практику. В прошлом году несправедливый суд приговорил Малати Махатото [анг] из индийского штата Одиша к изгнанию из семьи и всей деревни после того, как она обратилась к человеку из семьи мужа по имени.

Хотя многие мужчины также отвечают взаимностью на традицию, не называя своих жен по имени, они сталкиваются с гораздо меньшим порицанием, если оно вообще имеется, когда не следуют практике.

В маленькой деревушке Валхе, в округе Пуна, Махараштра, девять женщин, включая медицинских работников и домохозяек, стали членами уникального клуба, который быстро стал главной темой для разговора. Пространство, которое является их собственным, создано для обсуждения и дискуссий о нюансах патриархата. Клуб является одним из 56 в 13 штатах Индии и является частью #KhelBadal [анг], кампании по демонтажу патриархата, которая управляется Video Volunteers. Этими клубами руководит Рохини Павар [анг], которая в течение последних семи лет использовала свою видеокамеру для выявления различных практик, начиная от детских браков [анг] и заканчивая изгнанием людей, живущих с ВИЧ / СПИДом [анг]. Она рассказывает, как эти клубы создали безопасное место для этих женщин и также превратили их в агентов перемен.

Первое видео, с которым Рохини решила выступить в своем дискуссионном клубе, рассказывало о том, как женщины не обращаются к своим мужьям по имени. Она выбрала это потому, что хотела открыть разговор о патриархате с проблемы, которую женщины могли бы легко понять. Невозможность назвать имена своих мужей – это практика, которую они все покорно поддерживали и ни разу в ней не сомневались. По словам Рохини:

This custom indicates that a woman respects her husband and wants him to live a long life. A woman who doesn’t follow it will be seen as cunning, a woman with no morals. The tradition is so deeply rooted that we hadn’t given it thought until this discussion club.

Этот обычай указывает на то, что женщина уважает своего мужа и хочет, чтобы он прожил долгую жизнь. Женщина, которая не следует за ней, будет рассматриваться как коварная, женщина без нравственности. Традиция настолько глубоко укоренилась, что мы не думали об этом до этого дискуссионного клуба.

Для начала Рохини захотела проверить обстановку в своем собственном доме, где она никогда не называла своего мужа по имени. Она показала видео дискуссионного клуба мужу и свекрови. Рохини рассказывает:

My mother-in-law and husband were quiet for a long time after the video ended. Prakash, my husband, turned around and told me to call him by his name from then on.

Моя свекровь и муж долго молчали после этого видео. Пракаш, мой муж, повернулся и сказал мне называть его с этого момента по имени.

Вооруженная этой уверенностью, Рохини начала свой первый дискуссионный клуб. Многие женщины до тех пор не слышали слова «патриархат»; некоторые считали, что это хорошо, потому что это означает, что молодые члены семьи, особенно девочки и женщины, останутся защищенными. Сессия началась с того, что Рохини показала видео по проблеме из Уттар-Прадеша. Посмотрев видео, женщины попробовали упражнение, чтобы начать дискуссию. Рохини попросила каждого участника сказать имя мужа в различных эмоциях – счастливых, сердитых, грустных, любящих и так далее. Она спросила их всех: «Если мы не произносить имена наших мужей, а они могут называть нас, как захотят, значит ли это, что они нас не уважают? Разве это не должно быть равным?»

«Некоторые из этих женщин были женаты в течение 30 лет, и это был первый день, когда они произносили имена своих мужей», – говорит Рохини Павар из деревни Валхе, Махараштра, о нарушении вековой традиции, когда замужние женщины никогда не должны произносить имена своих мужей. Рохини говорит:

During the activity, one woman was so shy she just giggled for the duration of the exercise; another decided to vent all her cumulative frustration against him and his family by cursing him. The look on their faces was ecstatic. I don’t think I’ll ever forget it.

Во время этого упражнения одна женщина была настолько застенчивой, что просто хихикала в течение всего упражнения; другая решила выразить всё своё накопленное разочарование против него и его семьи, проклиная его. На их лицах выражался экстаз. Я не думаю, что когда-нибудь забуду это.

Всё еще с адреналином в крови, разгромив многовековой обычай, женщины решили, что они действительно попытаются сказать имена своих мужей, когда вернутся домой. И они сдержали своё слово. В течение следующих нескольких дней Рохини получила множество различных историй.

Муж одной женщины позвонил Рохини, чтобы спросить, какие идеи она вложила в женские головы: его жена не переставала называть его имя. Другой член клуба решила сделать это в обеденное время перед всей своей семьей. Когда её свекровь посмотрела на нее, она испугалась и сказала, что это было ошибкой. Другая женщина сказала: «Рохини сказала мне сделать это». Муж одной участницы оказался менее понимающим, и ситуация закончилась насилием.

Рохини делится тем, как женщины пытаются остановить и другие виды практик, например, нанесение бинди на лоб:

Why do only women have to show that we’re married? I told my husband that if he’d wear vermillion, I’d do it too. He just laughed, and I’ve stopped wearing it.

Почему только женщины должны показывать, что мы замужем? Я сказала мужу, что если он будет носить бинди, то я тоже это сделаю. Он просто засмеялся, и я перестала его носить.

Другие женщины не перестали делать это полностью, но они чувствуют себя лучше, когда у них есть выбор не носить его в определённые дни.

Для многих женщин этот дискуссионный клуб – это безопасное место, где они могут делиться своими мнениями и устремлениями. «Мы делаем экскурсию из каждого дискуссионного клуба. Мы обычно берём обед и воду и отправляемся на поле. Я не хочу, чтобы женщины беспокоились о том, что кто-то что-то может услышать», – говорит она. В последние несколько месяцев они впервые в своей жизни отпраздновали дни рождения с тортами; они танцевали, пели и говорили о вещах, о которых они никогда не думали.

Рохини говорит:

I have worked on these issues for so many years and even I haven’t talked about some of these things, like how our identities are tied to our husbands’, this honestly. It feels great to be able to say some things out loud, no matter how small they seem.

At one discussion club, we were talking about the concept of honour and how it is related to clothes. Many women in the group haven’t worn anything but saris since they got married. Most are fine with it but some wanted to wear a salwar-kurta; they didn’t dare.

Я работала над этими вопросами много лет, и я даже не говорила о некоторых из них, например о том, как наша идентичность связана с идентичностью наших мужей, это честно. Ощущение намного лучше, когда можно сказать что-то вслух, каким бы малым оно не казалось.

На одном заседании дискуссионного клуба мы говорили о концепции чести и о том, как она связана с одеждой. Многие женщины в группе не носили ничего, кроме сари, с того момента, как они вышли замуж. Большинство из них это устраивает, но некоторые из них хотели бы носить шальвар-камиз; они не осмеливались делать это.

После долгих обсуждений и дискуссий о достоинствах выбора собственной одежды, морали, связанной с сари и т.д., Рохини тайно принесла набор курт (верхнюю одежду) в дискуссионный клуб, чтобы женщины могли их носить. Сейчас женщины решили запланировать поездку в Гоа, чтобы они могли носить джинсы, а Рохини уверена, что она сможет их достать.

В ответ на вопрос, изменилось ли что-то за пять месяцев после первой встречи клуба, Рохини объясняет, как всё начинает меняться:

Our steps have been small. Many women tried it a few times but then they stopped saying their husband’s name. Some, including myself, do it but only when they are alone and no other family member is around. Only one or two continue to say their husbands’ names; now only one or two women wear vermilion on their forehead all the time.

Наши шаги были небольшими. Многие женщины пробовали несколько раз, но потом перестали говорить имя своего мужа. Некоторые, включая меня, делают это, но только тогда, когда они наедине, и ни один другой член семьи не находится рядом. Только одна или две женщины продолжают говорить имена своих мужей; теперь только одна или две женщины носят бинди на лбу всё время.

Женщины в дискуссионном клубе знают, что изменения, которые они хотят создать в своей собственной жизни, сделка за большее влияние над своими передвижениями или выбор одежды – во всём этом сложно разобраться. Подпитывая доверие друг друга, они признают, что они в этом вместе. Как объясняет Рохини:

Each one of us is a victim of patriarchy. I am too. But this club gives each one of us the confidence that change will come. And I know that it won’t be limited to just 30 families, there will be a chain reaction when every woman at the club goes home and shares what we talk about and do. We’re all in it together.

Каждая из нас является жертвой патриархата. Я в том числе. Но этот клуб дает каждой из нас уверенность в том, что изменения придут. И я знаю, что это не будет ограничиваться только 30 семьями, будет цепная реакция, когда каждая женщина в клубе отправится домой и поделится тем, о чем мы говорим и что делаем. Мы все вместе.

Сообщество корреспондентов Video Volunteers происходит из маргинальных сообществ в Индии и производит видеоролики об историях, о которых недостаточно пишут в новостях. Эти истории являются «новостями тех, кто их проживает», предлагая гиперлокальный контекст для освещения глобальных проблем прав человека и развития.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо