Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Женщины «не обязаны приспосабливаться к чьим-либо представлениям», — говорит аэрокосмический инженер из Турции

Gökçin Çınar

Гёкчин Чинар/публикуется с разрешения

По данным ЮНЕСКО (2014 — 2016 гг.), во всём мире только примерно 30% студенток вузов выбирают обучение по естественно-научным и техническим специальностям (STEM).

Хорошо известно, какой вклад в это неравенство вносят гендерные предрассудки и вредные стереотипы, часто внушаемые детям с раннего возраста.

Гёкчин Чинар, 30-летняя инженер аэрокосмических систем из Измира, Турция, относится к тем немногим женщинам, выбравшим карьеру в сфере STEM.

Сейчас она работает исследователем в Лаборатории проектирования аэрокосмических систем (ASDL) Технологического института Джорджии (Georgia Tech) в Атланте, США. Её работа направлена на создание новых конструкций и технологий в авиастроении, которые позволят сделать авиацию более надёжной и экологически безопасной.

Чинар и её муж ведут популярный канал YouTube [тур], посвящённый науке и технике. Супруги часто призывают девушек выбирать профессию по своим увлечениям и мечтам.

Я поговорила с Чинар о её карьере, профессиональной сфере и деятельности в YouTube 4 марта, накануне Международного женского дня, по телефону и электронной почте.

Интервью публикуется с сокращениями.

Севги Ягмур (СЯ): Как у вас появился интерес к аэрокосмической инженерии?

Gökçin Çınar (GÇ): As a child, I have always been fascinated by the concept of flight. I remember wanting to become a pilot from an early age. I also loved building stuff. I don’t think there is a single event or person who inspired me, but the engineering part definitely comes from the men in my family. My father is a very hands-on and creative person. I’ve always enjoyed helping him design and build things from scratch. When I was a little girl, I had my own little hammer that I used to build wooden airplanes with my grandpa. All I had to do was to combine my passion for flight and space with my interest in engineering. I guess it was meant to be.

Гёкчин Чинар (ГЧ): Ещё ребёнком я всегда была очарована самой идеей полёта. Помню, как с детства мне хотелось стать пилотом. Я любила также что-нибудь строить. Не думаю, что меня вдохновило какое-нибудь одно событие или человек, но интерес к инженерии точно пришёл от мужчин моей семьи. Мой отец — очень творческий человек и хороший мастер. Мне всегда нравилось помогать ему проектировать и строить что-нибудь с самого начала. Когда я была маленькой, у меня был свой молоточек, которым я пользовалась, чтобы вместе с дедушкой строить деревянные самолёты. Всё, что мне нужно было сделать, — объединить свою любовь к полётам и космосу с интересом к инженерии. Думаю, это было предрешено.

СЯ: Сталкивались ли вы с какими-нибудь гендерными стереотипами, когда выбирали направление обучения? 

Aerospace engineering was the only profession I ever wanted in high school. My parents and I were overjoyed when I got my university entrance exam scores, that placed me into the top schools, and most importantly, my dream field.

Little did I know about all the criticism I’d get from my extended family, teachers, or even total strangers. Many people didn’t think I’d have a future in aerospace engineering. Some thought I “wasted” my exam score by not choosing to study medicine, which apparently was more suitable for my gender, others thought if I wanted to study engineering, I should have chosen something that was more “girly”, whatever that meant. But I didn’t listen to any of it. I was sure of myself and I knew what I wanted so at the end of the day it didn’t have even the tiniest impact on my life. My parents supported me all the way, so I feel I’m privileged in that sense. 

В старшей школе аэрокосмическая инженерия была единственной профессией, о которой я думала. Я и мои родители были вне себя от счастья, когда я получила такие оценки на университетских вступительных экзаменах, с которыми можно было попасть в лучшие вузы, а главное — учиться по специальности, о которой я мечтала.

Я даже не представляла всю ту критику, которую обрушат на меня другие родственники, учителя и даже незнакомые люди. Многие считали, что у меня не будет перспектив в аэрокосмической области. Некоторые полагали, что я «неразумно потратила» свои экзаменационные оценки, не выбрав медицину, что, судя по всему, более подходило моему женскому полу, другие рассуждали, что если уж я хочу заниматься техникой, то нужно было выбирать что-нибудь более «девичье», что бы это ни значило. Но я их не слушала. Я была уверена в себе, я знала, чего я хочу, поэтому в конечном итоге всё это никак на меня не повлияло. Родители всегда меня поддерживали, и в этом смысле у меня есть особые преимущества.

СЯ: Что в вашей работе нравится вам больше всего?

My research focuses on novel aircraft designs and technologies that can make aviation more sustainable and environmentally responsible. Although the global aviation industry by itself is not a major contributor to climate change right now, we expect its share to grow rapidly as the demand in aviation increases. There are many design solutions, technologies, and operational improvements that can help reduce the amount of fossil fuel necessary to fly an aircraft. I did my Ph.D. in one of the most promising and most radical solutions: electrified aircraft. With the recent technological advances in electric machines and batteries, we can now talk about electrifying the aircraft propulsion system. Electrified aircraft propulsion is a novel technology that has the potential to significantly reduce, and even fully eliminate fuel consumption and aircraft emissions while allowing for more affordable and quieter flights. Of course, it also comes with many challenges that we engineers have to overcome. My current research projects funded by the US government, including NASA, is focused on finding the right solutions to these challenges. 

Мои исследования направлены в основном на создание новых конструкций и технологий в авиастроении, которые позволят сделать авиацию более надёжной и экологически безопасной. Хотя сейчас авиация в целом не является крупным фактором климатических изменений, её влияние может быстро возрасти, потому что увеличивается спрос на авиаперевозки. Есть много конструкторских решений, технологий и эксплуатационных улучшений, которые могут помочь уменьшить расход углеводородного топлива на полёт самолёта. Диссертацию я писала по одному из самых перспективных и радикально новых направлений: электрифицированные самолёты. С учётом недавних технических достижений в области электрических машин и аккумуляторов, уже можно говорить об электрификации силовой установки самолёта. Электрифицированная силовая установка самолёта — это новая технология, способная значительно сократить или даже полностью устранить расход топлива и вредные выбросы, при этом делая полёты более доступными по цене и уменьшая шум. Конечно, это связано со многими трудностями, которые нам, инженерам, предстоит преодолевать. Сейчас мои исследовательские проекты, направленные на приемлемое решение этих проблем, финансирует правительство США, в том числе NASA.

СЯ: Сталкиваетесь ли вы как женщина и инженер-иностранец с трудностями, связанными с вашим полом и национальностью? Что вы делаете, чтобы преодолевать их?

I think, in the US, we live in a transition era where diversity, equity, and inclusion is becoming more and more important in both every day and professional life. But we are not there yet. Especially those of us in STEM have a very, very long road ahead of us. I am lucky that my current working environment supports diversity, but obviously, I don't always stay within my bubble. As a foreign female engineer working in a white-male-dominated field, I have had many unpleasant experiences over the years.

Recently, I was told by a source of authority that I should change my name to be more successful because it was hard to pronounce. We are expected to deal with such daily micro-aggressions, with a smile, looking our best without trying hard. And although there is a rising awareness to be more inclusive, there are still not many female engineers in high-level positions. There are not many female academics in the aerospace engineering departments of top universities. Most panels are still male-dominated. And as many of my other female colleagues do, I try to overcome such challenges by excelling in my field, working harder and putting more effort into everything I do.

Я считаю, что в США мы живём в переходную эпоху, когда культурное многообразие, справедливое отношение и инклюзивность становятся всё более важными как в повседневной, так и в профессиональной сфере. Но мы ещё туда не добрались. Особенно тем из нас, кто работает в сфере STEM, предстоит очень-очень долгий путь. Мне повезло, что сейчас я работаю в организации, где поддерживается многообразие, но я, очевидно, не всегда живу в своём «пузыре». Как женщина-инженер из другой страны за годы работы в области, где доминируют белые мужчины, я побывала во многих неприятных ситуациях.

Недавно один влиятельный человек сказал, что мне, чтобы добиться большего успеха, нужно изменить имя, потому что его трудно произносить. От нас ожидают, что на подобные случаи бытовой микроагрессии мы будем реагировать улыбаясь, проявлять добрые чувства и не настаивать на своём. В обществе возрастает понимание важности большей инклюзивности, но до сих пор на руководящих должностях не так много женщин-инженеров. На факультетах аэрокосмической техники ведущих университетов мало женщин-учёных. В большинстве профессиональных экспертных групп по-прежнему преобладают мужчины. Как и многие мои коллеги-женщины, я стараюсь преодолевать эти трудности, совершенствуясь в своей области, напряжённее работая и вкладывая больше усилий во всё, что я делаю.

СЯ: Вы сказали, что работаете с NASA и другими авиационными фирмами-гигантами, такими как Boeing и Airbus. Как ваша работа вписывается в авиастроительную отрасль?

I joined the Aerospace Systems Design Lab (ASDL) at Georgia Tech as a Ph.D. student and graduate research assistant eight years ago. ASDL is a very unique lab. It consists of a very large and multidisciplinary group of students and faculty. The close relationship we at ASDL enjoy with the industry allows us to work on real-world problems and make a significant research impact in our field. The findings of our research in academia are being utilized in real-world applications and informing the decision-makers in the government and the industry, which is the most exciting part of my job.

Я начала работать в Лаборатории проектирования аэрокосмических систем (ASDL) Технологического института Джорджии как аспирант и младший научный сотрудник восемь лет назад. ASDL — это очень необычная лаборатория, в её составе много студентов и преподавателей разных специальностей. Тесные связи ASDL с промышленностью позволяют нам работать над реальными задачами и вносить существенный исследовательский вклад в своей области. Результаты наших научных работ применяются в реальных конструкциях и служат информацией для ключевых игроков в правительстве и промышленности, и это самая интересная сторона моей работы.

СЯ: У вас есть также канал YouTube, посвящённый сфере STEM, и серия передач #kadındediğin [слово предоставляется женщине]. Как вы пришли к решению создать эти канал и серию и каково их главное назначение?

Back in 2016 when I was a grad student at Georgia Tech, I came up with an idea to combine my passion for acting and engineering. My then-boyfriend and now-husband liked the idea and together we created Biz Siz Onlar [Us, You, Them], our YouTube channel.

We made videos about various engineering fields where we interviewed each other and our friends with STEM degrees. I wanted these videos to help break the gender stereotypes that I experienced back in high school. I wanted to encourage young women to follow their dreams and choose their professions according to their passions, not according to society’s expectations. Shortly after releasing these interview videos, I started to receive messages from high school students from around Turkey. This helped me realize all the challenges some of these young, brilliant girls have to overcome. Their stories about suppression and their admirable resilience against it are the main reasons why I will never stop advocating for equality and social injustice. My goal is to show them that they don’t have to fit themselves into someone else’s perception of who they should be, how they should behave, what they should dream and achieve. I think showing the younger generation that it is possible to live your life outside the boxes that their society might try to put them in is a powerful inspiration.

В 2016 году, когда я была аспирантом в Технологическом институте Джорджии, мне пришла идея объединить свою любовь к актёрской игре с интересом к технике. Моему тогдашнему парню, а теперь мужу, понравилась эта идея, и вместе мы создали в YouTube канал Biz Siz Onlar [Мы, Вы, Они] [тур].

Мы снимали видео о различных областях техники, где брали интервью друг и друга и наших товарищей со степенями в STEM. Я хотела, чтобы эти видео помогли разрушить гендерные стереотипы, с которыми я сталкивалась в старшей школе. Я хотела воодушевить молодых женщин идти за своей мечтой и выбирать профессии по своим интересам, а не подчиняться общественному мнению. Вскоре после выхода этих видео с интервью мне стали писать старшеклассницы из Турции. Это помогло мне осознать все трудности, которые предстоит преодолеть некоторым этим прекрасным молодым девушкам. Их рассказы о давлении и достойном восхищения сопротивлении стали главными причинами, по которым я никогда не прекращу выступать за равенство и социальную справедливость. Моя цель — показать женщинам, что они не обязаны приспосабливаться к чьим-либо представлениям о том, кем они должны быть, как должны себя вести, о чём мечтать и чего добиваться. Я уверена, что образы возможной жизни вне ограничений, которые общество может пытаться наложить на молодёжь, послужат ей мощным вдохновением.

СЯ: Что вы будете делать дальше?

Many things! The more steps I climb, the higher I’d like to go. I wouldn’t be able to list all the things I’d like to do here even if I wanted to. But my top two goals in the near future are to become a successful academic faculty member and get my private pilot’s license.

Много чего! Чем больше ступеней я преодолеваю, тем выше мне хочется забраться. Я не смогу составить список всего, что мне нравится делать, даже если бы я захотела. Но две важнейшие цели на ближайшее будущее — стать успешным преподавателем и получить свидетельство пилота-любителя.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо