Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Какое будущее ждёт молдавский «закон об антипропаганде»?

В Гагаузии, автономном регионе Молдовы, мужчина смотрит обращение Владимира Путина к Федеральному собранию РФ, 15 января 2020 года. Фото (c): Olga Ceaiuc. Использовано с разрешения.

Прошло уже больше двух лет с тех пор, как 12 января 2018 года в Молдове вступил в силу «закон об антипропаганде». Закон, который ограничивает вещание российских новостных каналов в стране, был предложен Демократической партией Молдовы (ДПМ), бывшей правящей партии, выстраивавшей образ ведущей проевропейской политической силы в стране. Закон об антипропаганде вызывал споры с первых дней: хотя парламент принял его в 2017 году, президент Игорь Додон дважды его отклонил. За это Конституционный суд временно отстранил его от должности, и тогдашний спикер Андриан Канду  промульгировал закон.

Но затем пришёл 2019 год. В июне ДПМ проиграла невероятной коалиции Партии социалистов и ACUM-PAS, альянса проевропейских реформистских партий. Эта коалиция распалась в ноябре [анг], что повысило влияние пророссийской ПСРМ.

ПСРМ и президент Додон, являющийся неформальным лидером партии, высказываются за отмену закона, относительно которого в списке приоритетов социалистов на 2020 год говорится, что он «носит дискриминационный характер в отношении граждан [Молдовы]». Их намерения не находят поддержки среди парламентской оппозиции, а ПДМ, с которыми, как считается, социалисты неофициально разделили бразды правления, несмотря на геополитические разногласия, в настоящее время также не являются открытыми сторонниками отмены документа. Даже с новооткрытым влиянием, эксперты считают, что у социалистов Молдовы не получится отменить «закон об антипропаганде».

Что важно, в тексте закона вообще не звучит слово «Россия». Однако там прописано, что в целях защиты национального аудиовизуального пространства и обеспечения информационной безопасности к трансляции в Молдове допускаются только те телевизионные программы информационного, информационно-аналитического или военно-политического характера, которые были произведены в государствах–членах Европейского Союза, в США и Канаде, а также других государствах, ратифицировавших Европейскую конвенцию о трансграничном телевидении. Известно, что Россия не ратифицировала [анг] данную Конвенцию.

Не подчинились новым требованиям после вступления закона в силу лишь кабельщики из Гаугазии, автономного территориального образования на юге Молдовы [прим. ред.: которое многими считается пророссийски настроенным], сославшись на то, что работают по лицензии, выданной в Комрате (столице Гагаузии).

Депутаты-социалисты часто приводят такие примеры в доказательство того, что этот закон неэффективен. 5 декабря председатель парламентской комиссии по СМИ Адриан Лебединский заявил телеканалу Publika TV (принадлежит экс-лидеру ДПМ и медиамагнату Владу Плахотнюку), что социалисты готовы аннулировать «закон об антипропаганде». «Пусть люди думают своей головой. Они достаточно умны, чтобы понять, какая информация объективная, а какая — нет», — заявил Лебединский. В ходе заседания парламентской комиссии от 18 декабря 2019 года Лебединский уточнил, что малая доля населения Молдовы получает информацию посредством спутникового телевидения, транслирующего иностранный контент без ограничений, часто при помощи пиратских декодирующих карточек. Действительно, на сайтах объявлений можно с легкостью найти предложения к молдаванам об установлении спутниковых антенн, которые ретранслируют популярные российские телеканалы.

Премьер-министр Молдовы Ион Кику (за его кандидатуру в прошлом ноябре проголосовали в парламенте депутаты и от ПСРМ, и от ДПМ) вторит этим сомнениям. «Я считаю, что пресса должна быть свободной, а у потребителей информации должен быть доступ ко всей информации, кроме той, которая искажает истину, распространяет экстремизм и призывает к ненависти. Любые СМИ, которые соблюдают Деонтологический кодекс, имеют право доступа на медийный рынок Республики Молдова», — заявил Кику в ходе пресс-конференции от 9 декабря. Более того, 27 ноября в интервью «НТВ Молдова» председатель парламента Зинаида Гречаный (ПСРМ) заявила, что решение о восстановлении вещания новостных программ российских телеканалов должно быть принято парламентским большинством. «Никто не должен диктовать, кому какой канал и какие передачи смотреть. К сожалению, предыдущее правительство отдало пульт телевизора в одни руки», — сказала Гречаный.

Однако далеко не ясно, получится ли у ПСРМ достичь парламентского консенсуса для отмены закона. У ПСРМ 36 депутатов из 101 члена парламента Молдовы, а у ДПМ — 29. У блока ACUM-DA — 25 депутатов. После распада коалиции с последним в прошлом году ПСРМ может получить поддержку решению только от ДПМ. Но лидеры ДПМ этого не хотят. «Это была инициатива ДПМ [закон об антипропаганде], и не вижу, почему мы должны сейчас менять свое отношение, которое у нас было тогда по этому вопросу», — цитирует председателя партии Павла Филипа Publika TV [мол] от 6 декабря.

Бывший депутат от фракции ДПМ Корнелиу Михалаке, ныне член Совета по телевидению и радио (СТР), в передаче на телеканале Publika TV также заявил, что шансы отмены данного закона минимальны, потому что это зависит от Демпартии, которая его сама принимала. Кстати, Михалаке тоже голосовал за этот закон и считает, что его не надо менять, потому что российская пропаганда «слишком агрессивна» и, хоть и направлена на аудиторию жителей РФ, «будоражит и наше общество». Журналист из Кишинёва и главный редактор Ava.md Андрей Андриевский, с другой стороны, считает, что в последнее время ДПМ стала более закрытой и трудно сказать, как именно они поступят в этой ситуации. Андриевский расценивает шансы на отмену закона как 50/50, так как фракция партии «Шор» (7 депутатов) и часть депутатов ДПМ могут проголосовать за его отмену.

«Я сомневаюсь, что в нынешнем политическом контексте социалисты смогут поменять закон, — сказал Global Voices исполнительный директор Ассоциации независимой прессы (АНП) Петру Маковей. — Это связано в какой-то степени и с гордыней демократов, которые наделали много шума в связи с этим законом. Для демократов проголосовать за отмену данного закона означает продемонстрировать свою политическую неспособность».

Эксперты также спорят, насколько закон действительно является неэффективным. По мнению Маковея, закон не заработал в полную силу, в первую очередь, потому что не применялся на всей территории страны и потому что пророссийские телеканалы научились обходить данный закон. «Они прилагают российские пропагандистские новости в свои собственные (молдавские) выпуски новостей в рубрике „зарубежные вести“», — объяснил Петру Маковей. Исполнительный директор АНП добавил, что пропаганда ведется также при помощи фильмов и развлекательных передач. «Государство в данном случае сделало лишь полшага. Российская пропаганда использует огромное количество ресурсов для того, чтобы расширить свое влияние в нашей стране. А Sputnik Moldova является одним из ярких примеров этого», — сказал Маковей.

Драгош Викол, председатель Совета по телевидению и радио, заявил для Global Voices, что данные положения закона необходимо сохранить. «Если поменяется закон, то, конечно же, мы его будем исполнять. Но мое мнение сводится к тому, что этот закон надо сохранить, исходя из того, что мы не приветствуем внешнюю пропаганду, в особенности политические и военные передачи. Я думаю, что этот закон доказал свою эффективность и его надо продолжать», — подчеркнул Викол. Одним из сторонников отмены закона об иностранной пропаганде в среде журналистов является глава представительства ТАСС в Молдове Валерий Демидецкий. В декабре он сказал молдавскому новостному порталу eNews, что считает закон неэффективным, потому что «в эпоху интернета принимать такие законы бесполезно».

Вне зависимости от ограничений, российское телевидение, судя по всему, сохраняет популярность в Молдове.

Согласно рейтингу, составленному TV MR MLD (представитель AGB Nielson в Молдове), на первом месте по просмотрам в стране с 16 по 22 декабря был RTR Moldova (ретранслирует контент российского РТР). Общественный телеканал Moldova 1 занимает вторую позицию. Третье место занимает телеканал Плахотнюка PRIME, который раньше ретранслировал передачи Первого канала из Москвы (Государственная Дума РФ призвала «Первый канал» расторгнуть контракт с Prime после того, как ДПМ был принят так называемый закон о запрете пропаганды). Четвертая строчка занята телеканалом NTV Moldova, который принадлежит депутату ПСРМ Корнелиу Фуркулицэ, владеющему и телеканалом Exclusive TV; известно о его близости к президенту Додону. Этот канал ретранслирует контент одноимённого российского канала. Пятую позицию уверенно занял новый телеканал Primul în Moldova («Первый в Молдове», ретранслирующий передачи российского «Первого канала»).

Есть также свидетельства роста влияния больших российских медиахолдингов в Молдове. Хотя официально президент Додон не является владельцем телеканалов, имеются признаки возрастающего влияния ПСРМ на медиа. В декабре правительство Кику назначило [анг] на должность директора молдавского представительства Межгосударственной телерадиокомпании «Мир», действующей в нескольких республиках бывшего СССР, журналиста Станислава Выжга, директора телеканала Accent TV.

В том же месяце сайт openmedia.io  опубликовал статью о том, что сын генпрокурора России Юрия Чайки — Игорь Чайка — недавно приобрел 51% компании «Медиа инвест сервис», владеющей в Молдове телеканалами Primul în Moldova и Accent TV; последний отличается историей просоциалистических предвыборных репортажей. Остальные 49% компании принадлежат Вадиму Чубарэ, молдавскому бизнесмену, которого расследовательский сайт RISE Moldova называет [мол] «теневым советником» президента Додона.

Эти шаги важны. Согласно молдавскому Барометру общественного мнения (БОМ) за декабрь 2019 года, для 49,3% респондентов телевидение являлось наиболее важным источником информации, а интернет — для 33,8% опрошенных.

Но что именно привлекает молдавских зрителей в российских телеканалах?

Чтобы найти ответ Global Voices поговорили с несколькими жителями столичного Кишинёва. Анатолий Лабунский, 73-летний прозаик, сказал, что смотрит русскоязычные телеканалы, потому что владеет этим языком. «В Интернете есть переводчик. Если я нашел какую-то статью на иностранном языке, то абзацами смогу перевести. А вот по телевидению и радио я уже перевести не могу, поэтому смотрю русскоязычные телеканалы, но не только вещающие из Москвы. Сейчас Украина не жалует Кремль, но у нее много русскоязычных программ… Я могу сопоставить мнения и сделать выводы самостоятельно, а не те, которые сообщает мне говорящая голова на телеэкране», — объяснил Лабунский.

Руслан, 44-летний религиовед, отказавшийся представиться по фамилии, говорит, что смотрит российские каналы каждый день: «Там намного больше знаний. Больше те тв-каналы, которые освещают оперативную информацию. Смотрю телеканалы, которые обычно доступны у нас в Кишиневе. Потому что у нас довольно сложно с этим. Их прижимают». Антонина, фермер, гостившая в молдавской столице, считает, что у граждан должен быть свободный доступ к информации. «Человек сам должен выбирать. А наши политики, к сожалению, думают лишь о своих интересах и навязывают их нам. Это диктаторы, это не политики. Они не дают обществу свободно развиваться. Поэтому они запрещают. А люди всё равно смотрят [эти каналы]», — сказала Антонина.

Сложно понять, сделал повысил ли запрет привлекательность российских СМИ как «запретного фрукта», но в стране с низким уровнем доверия к лидерам, запреты, которые эти лидеры привносят, могут эффектнейше ударить по ним самим. Что важно, опросы показывают [мол], что доверие к Игорю Додону и намерение голосовать за ПСРМ напрямую связано с просмотром российских телеканалов.

Петру Маковей считает, что СМИ в Молдове за последние 30 лет никогда не находились в таком тяжелом положении. По его мнению, власть ничего не предприняла для экономического развития СМИ. Маковей утверждает, что одна из главных проблем — это желание лидеров различных партий подчинить себе самые влиятельные СМИ. Маловероятно, считает он, что призывы сохранить или отменить «закон об антипропаганде» представляют что-либо ещё.

Выход этой статьи стал возможен благодаря партнёрству с Transitions [анг], пражской организацией, занимающейся издательским делом и обучением в сфере медиа

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо