Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Движение «жёлтых жилетов» во Франции: что на кону?

Протест «жёлтых жилетов» на Площади Бастилии в Париже 8 декабря, 2018 года, фотография Actualitte на Flickr -CC-NC-20.

Движение «жёлтых жилетов» (с фр.: Gilets Jaunes) началось в октябре 2018 года, задолго до призыва к мобилизации 17-го ноября. То, что многие считали простым протестом, растянулось на два месяца. Негодование по поводу цен на топливо спровоцировало реакцию, которая расширилась и переросла в выступление против неравенства во французском обществе. Недавно представители властных структур Франции задались вопросом, не решили ли российские политические группы [анг] ослабить Европу волной дезинформации.

Global Voices попросил Янника Суригеса (Yannick Sourigues) и Каролину Джук (Сarolina Juke) рассказать о значении движения «жёлтых жилетов». Суригес, инженер-экспериментатор из Парижа, с октября был активным участником движения. Джук [анг], консультант в Арденнах (северо-восток Франции) и сотрудник [анг] Global Voices, очень внимательно отслеживала это движение с самого начала.

Global Voices (GV): Движение «жёлтых жилетов» хочет оставаться вне политики: какова была изначальная цель и какова задача нынешнего периода переговоров?

Сarolina Juke (CJ): Since the beginning, despite their claim, I feel that the Gilet Jaunes movement is prone to a certain political lenience. The inclination is inevitable to a movement that brands itself “popular” or “of the people”. Having to live in a small French town, in a region often called “region sinistrée,” I could sincerely feel a genuine despair of the population. For example, the hard working farming community and blue collar families have been traditionally under-represented and misrepresented. They have been fending themselves without the interference of … the central government … up to the point that they're bursting at the seam. Lack of opportunities and proper attention have shoved the community into bankruptcy, unemployment, suicides.

Каролина Джук (CJ): С самого начала, несмотря на все утверждения, мне кажется, что движение «жёлтых жилетов» склонно к определённой политической терпимости. Такое направление неизбежно для движения, которое называет себя «популярным» или «народным». Живя в маленьком французском городке, в регионе, который часто называли «region sinistrée» (пострадавший регион), я всем сердцем ощущала подлинное отчаяние населения. Например, тяжело работающие фермерские общины и семьи «синих воротничков», как правило, недостаточно представлены или не представлены вовсе. Они заботились о себе без вмешательства …центрального правительства …до того предела, когда уже находятся на грани. Недостаток возможностей и необходимого внимания сталкивают общество в банкротство, безработицу, суицид.

Yannick Sourigues (YS): Ce mouvement a démarré suite aux augmentations successives des prix des carburants. Des citoyens (Priscillia Ludosky, Eric Drouet, Jacline Mouraud…) ont appelé à manifester et à signer des pétitions sur les réseaux sociaux, et les gilets jaunes (GJ) sont maintenant dans la rue depuis le 17 novembre. Mais les revendications de beaucoup vont bien au-delà du simple problème du pouvoir d’achat. Le mouvement est bien plus profond que ça. Les GJ veulent que les inégalités sociales qui durent depuis des décennies (et même plus) cessent, et avoir plus de contrôle sur leur vie, en mettant en place notamment un référendum d’initiative populaire.

Янник Суригес (YS): Протесты начались из-за последовательного роста цен на топливо. Некоторые граждане (Присцилла Людоски, Эрик Друэ, Жаклин Моро…) призвали к протесту и подписи петиций в социальных сетях, а с 17 ноября «жёлтые жилеты» оказались на улицах. Однако их претензии выходят за рамки вопроса покупательной способности [фр]. Это движение имеет намного более глубокий смысл. «Жёлтые жилеты» хотят прекратить социальное неравенство последних десятилетий (и более) и получить больше контроля над собственными жизнями, проведя референдум, основанный на народной инициативе.

Протест «жёлтых жилетов» вокруг кольцевой дороги в городе Везуль, Франция. Фотография Obier – CC-BY-4.0.

GV: Как вы думате, что вызвало такое разочарование? По вашему мнению, позиция государства может быть оправдана?

CJ: I keep hearing that people said that the movement was triggered by the ras-le-bol (tiredness) in general, how people are fed up being the cash cows for the government while being a part of lower-middle class — the government favors the rich in every way. The reason is very vague, but I believe that, in general, the current administration has failed to deliver its campaign promises. On the environment, for example. To be able to count on an idealist such as Nicolas Hulot, who has been rejecting ministerial positions in the past, is quite an accomplishment for the administration, but for some reason, Hulot and a few others resigned from their posts, leaving us to question what kind of dynamics are happening in the Elysée [Palace]. Undelivered campaign promises aren't something new in France, we see also [it] in previous administrations. However, today's populism, regardless of left or right leanings, detonated the ticking social bomb. When the president addressed the nation after the waves of protests, it was a ‘much adoed’ thing. His address managed to pacify slightly the movement who needed to be acknowledged by the head of state. However, I don't believe that the movement will stop.

CJ: Люди говорят, что движение было спровоцировано в основном ras-le-bol (раздражением), тем, что люди устали быть дойными коровами для государства, считаясь при этом низшей частью среднего класса, — пока правительство отдаёт предпочтение богатым. Причина не совсем ясная, но я считаю, что действующая администрация не исполнила предвыборные обещания. Например, об окружающей среде. Возможность рассчитывать на идеалиста, как Николас Хуло, который в прошлом отвергал министерские должности, является достижением для администрации, однако по некоторым причинам Хуло и некоторые другие оставили [анг] свои посты, заставив нас задуматься, что сейчас происходит в Елисейском дворце. Неисполнение предвыборных обещаний не является чем-то новым для Франции, это прослеживалось и при предыдущих администрациях. Однако сегодняшний популизм, независимо от крена в сторону правых или левых, привёл в действие тикающую социальную бомбу. Когда президент обратился к нации после протеста, людям это понравилось. Его обращение смогло слегка успокоить движение, которому нужно было признание главы государства. Однако не надейтесь, что оно остановится.

YS: En fait, les gens en ont marre de devoir travailler toute leur vie pour une misère, alors qu’ils voient une élite gagner des millions ou des milliards si facilement et être exemptée d’impôts par les gouvernements. Mais la plupart des Français ne sont pas fainéants, ne sont absolument pas jaloux et ne veulent pas être milliardaires.  Ils veulent tout simplement vivre, et non survivre. Nous vivons malheureusement dans un monde fou où l’argent est roi, et où on nous a toujours appris qu’il fallait avoir un emploi pour vivre, quitte à justifier les pires actes. La position du gouvernement n’est pas justifiable du tout pour moi. Un président méprisant, qui refuse de parler à son peuple, qui propose aux forces de l’ordre une prime de fin d’année pour contrôler ses citoyens, ou qui ose opposer GJ et écologie (alors que son bilan actuel sur l'écologie est loin d'être favorable), est clairement totalement déconnecté de son peuple. Même dans son discours du 11 décembre, on aurait dit que le président était une machine sans émotion. Comme beaucoup d’autres GJ, je pense qu’il est indispensable de changer le système actuel qui nous conduit à détruire la Nature, et donc nous conduit à notre perte.

YS: По сути, люди устали работать всю жизнь в бедности, в то время, пока элита получает миллионы [анг] или миллиарды так легко и пользуется поблажками от государства при уплате налогов [анг]. Но большая часть французов — люди не ленивые, абсолютно не завистливые и не желают быть миллиардерами. Всё, чего они хотят — жить, а не выживать. К несчастью, мы живём в сумасшедшем мире, где правят деньги [анг] и где нас всегда учили, что нам нужна работа, чтобы жить, даже если это означает совершать ужасные поступки. Позиция правительства не может быть оправдана. Презирающий всех вокруг президент, который отказывается общаться со своим народом и предлагает ежегодные бонусы [анг] полиции, чтобы лучше контролировать граждан, или смеет противостоять «жёлтым жилетам» и отметает вопросы об экологии (несмотря на то, что итоговый отчёт об экологическом воздействии [анг] далёк от позитивного [анг]), определённо не имеет связи со своим народом. Даже во время его речи 11 декабря, он был похож на машину, лишённую эмоций. Как и многие другие «жёлтые жилеты», я уверен, что мы срочно должны изменить существующую систему, которая ведёт нас к разрушению природы и, следовательно, ведёт нас к краху.

GV: Движение не сбавляет оборотов вот уже на протяжении нескольких недель; в данный момент, какое решение будет приемлемым для «жёлтых жилетов» и для правительства?

CJ: We're now at the fifth week of street protests and the government is holding a meeting with representatives of the movement. This is a good start. Last Monday, the president spoke about how the administration wants to remedy the “economic and social emergency.” The question now is the deliverables and timeline. Only time will tell.

CJ: Сейчас идёт пятая неделя уличных протестов и правительство проводит собеседование с представителями «жёлтых жилетов». Это хорошее начало. В прошлый понедельник президент рассказал о том, как администрация собирается исправлять  «критическое положение в обществе и экономике». Теперь вопрос в результатах и сроках. Только время покажет.

YS: Honnêtement, je ne sais pas. Une augmentation significative du pouvoir d’achat sera peut-être suffisante pour certains, mais d’autres, dont moi, veulent surtout que le peuple reprenne la main sur son destin. Un changement radical du système est nécessaire. J’ai participé au rassemblement pour la VIe République en mars 2017, et nous étions nombreux à vouloir par exemple un renversement de la Ve République, ce qui est demandé par une partie des GJ.

YS: Честно говоря, я не знаю. Некоторым может быть достаточно существенного увеличения покупательной способности, но другие, в том числе и я, хотят, чтобы французы взяли свою судьбу в свои руки. Нам нужны радикальные перемены в системе. Я участвовал в митинге [фр] за Шестую Республику в марте 2017 года и многие из нас хотели увидеть, например, крушение Пятой Республики, что тоже является одним из требований «жёлтых жилетов».

GV: Была проявлена агрессия и некоторые пострадали. Каково ваше отношение к этим событиям?

CJ: [Is] the government justified in containing protests [using] full urban warfare style? No. Tear gas is inhumane and violent. I am personally anti-tear gas anywhere, [especially] in a peaceful protest. Tear gas is being used too much, too often. In a small town like Charleville-Mezieres, tear gas was launched against the trouble makers who deliberately smashed public property. However, there are always a few people who get caught in the mess without the intention to destruct. I also noticed that in Paris, the authorities are using the stop-and-frisk method, one I believe is a better method of containment.

CJ: Можно ли оправдать государство, которое сдерживает восстание военными методами? Нет. Слезоточивый газ — это бесчеловечно и жестоко. Лично я против таких мер в любой ситуации, [особенно] во время мирного протеста. Этот газ используют слишком много, слишком часто. В маленьком городке вроде Шарлевиль-Мезьера слезоточивый газ применялся против хулиганов, которые умышленно разрушали общественную собственность. Однако всегда находятся несколько человек, которые оказываются в центре беспорядков, не желая проявлять агрессию. Я также заметил, что в Париже власти используют метод «остановить и обыскать», который я считаю более приемлемым.

YS: Il y a eu des centaines de blessés et huit morts depuis le 17 novembre et c’est très triste. Les moyens mis en œuvre par les forces de l’ordre ont été exagérés  et, sur de nombreuses vidéos prises par les manifestants, on peut voir que ceux sont les forces de l'ordre qui ont commencé les agressions. On sait aussi que certains agents se sont fondé parmi les GJ. A voir. Sinon, je ne suis pas violent, mais je comprends tout à fait que certains s’en soient pris à des symboles de l’oligarchie financière comme Starbucks ou des banques

YS:  С 17 ноября были ранены сотни и восемь убиты, это ужасно. Методы полиции экстремальны [фр], и во многих видео, сделаных протестующими, видно, что именно полиция провоцирует агрессию. Нам также известно, что в движение «жёлтых жилетов» проникли агенты. Давайте разберёмся. Я не жесток, но понимаю, что некоторые [протестующие] нацелились на символы [анг] финансовой олигархии, как Starbucks или банки.

GV: Что вы думаете по поводу того, что известные политики Филиппо ФлорианТони Бруннер [анг] и даже Дональд Трамп являются сторонниками движения?

CJ: This is the problem of Yellow Vest movement. Since it's riding on social and economic issues, it can't be apolitical and has become a honeypot for populist politicians. This movement became something of free publicity to them, an unabridged opportunity to stay relevant until the next election. The extreme and ultra left as well as right wanted so badly to hijack the movement and its narratives and peddled false information on local Yellow Vest Facebook groups. And when people are angry, nobody cares to fact-check and debunk. I find this rather sad. A movement that could've been a true cry out that unites people turned into something so divisive.

CJ: Это проблема «жёлтых жилетов». Из-за своего уклона в сторону социальных и политических вопросов, движение не может оставаться вне политики и как магнит притягивает популистов. Движение стало для них чем-то вроде бесплатной рекламы, возможностью оставаться значимыми до следующих выборов. Радикалы, левые и правые, жаждали перехватить движение и его идею, и распространяли ложную информацию в местных группах «жёлтых жилетов» на Facebook. А когда люди злы, никто не думает о том, чтобы проверить достоверность фактов и разоблачить обман. Я нахожу это довольно неприятным. Движение, которое могло бы стать волной, объединяющей людей, превратилось во что-то, их разделяющее.

YS: Ces personnes ne m’intéressent pas du tout. Le mouvement des GJ ne souhaite être associé à aucun parti politique.

YS: Мне совершенно не интересны эти люди. Движение «жёлтых жилетов» не должно ассоциироваться с какой-либо политической партией.

GV: Циркулирует много выдуманной и неблагонамеренной информации. Как вы отличаете правдивые новости от ложных?

CJ: CJ: In general, I don't engage in forums, I consider it a time waste to argue with angry people. But I have the habit to share links of verified news to debunk fake ones.

CJ: В целом, я не общаюсь на форумах, считаю потерей времени ругаться с озлобленными людьми. Но у меня есть привычка делиться правдивыми новостями, чтобы опровергать поддельные.

YS: Il est en effet très difficile de trier les informations, notamment sur Internet. J’ai évité de partager plusieurs informations d’amis sur Facebook par exemple car, après vérification, elles s’avéraient fausses. Pour se rapprocher de la vérité, il faut comparer plusieurs sources d’informations : les médias officiels (que vous n’avez pas à croire sur parole je rappelle), les médias alternatifs, les sites officiels des gouvernements, des institutions européennes ou mondiales… Suivant le domaine d’investigation (scientifique, historique…), il m’arrive de me tourner vers des sites universitaires, des MOOC, des chaînes Youtube… Lire les commentaires de certains internautes peut également s’avérer très enrichissant. Bref, ça demande parfois énormément de temps, mais c’est le prix à payer.

YS: Фильтровать информацию и правда сложно, особенно ту, которую находят в интернете. Например, я не стал делиться некоторыми новостями со страничек своих друзей в Facebook, потому что эти материалы после проверки оказывались недостоверными. Чобы добраться до правды, нужно сравнивать несколько источников информации: официальные СМИ (напоминаю, что не нужно верить каждому слову), альтернативные СМИ [анг], официальные правительственные сайты, европейские или международные структуры… В зависимости от темы (научная, историческая…) я захожу на сайты университетов, MOOC, каналы Youtube… Иногда полезно читать комментарии. Короче говоря, это требует много времени, но это цена, которую мы платим.

GV: Какими вы видите грядущие недели и разрешение конфликта в долгосрочной перспективе?

CJ: I think things will be quieter now, especially with  … Christmas and terrorist shooting in the Christmas Market of Strasbourg [December 11]. The movement will fizzle off the streets but it won't die down. It will manifest in other forms through different protests. The Yellow Vest is now an emblem that unites those who protest.

CJ: Я думаю сйчас всё начнёт затихать, особенно из-за… Рождества и террористического акта [анг] на рождественском базаре Страсбурга [11 декабря]. Движение сойдёт с улиц, но не умрёт. Оно будет проявляться в других формах через другие протесты. «Жёлтые жилеты» стали эмблемой тех, кто протестует.

YS: Franchement, personne ne peut vraiment prévoir ce qu’il va se passer. Il y a des chances que le mouvement se calme pendant les vacances de Noël, mais ça ne changera rien à la motivation des GJ. Les gens reviendront en début d’année si nécessaire. Je souhaite personnellement un éveil des citoyens du monde entier.

YS: Честно говоря, никто не знает, что будет дальше. Есть шансы, что движение стихнет на рождественские праздники, но ничто не поменяет мотивацию «жёлтых жилетов». Люди вернутся в следующем году, если потребуется. Лично я надеюсь на восстание граждан мира.

GV: Есть ли какое-то сообщение, которое вы бы хотели передать читателям Global Voices?

CJ: Whenever I read the news about the Yellow Vest movement on non-French media, I get the impression that the media is missing many details and nuances. I see articles saying that the movement is part of an anti-green tax. That it's an anti-Macron protest. It's really not that simple. It's much more nuanced than what the media say. It's about the French people, their daily problems and their future. There are more peaceful protests than violent ones portrayed on TV and captured on cameras.

CJ: Когда я читаю новости о движении «жёлтых жилетов» на не французских ресурсах, у меня создаётся впечатление, что не хватает многих деталей. Я вижу статьи, говорящие о том, что это движение — часть анти-зелёных налогов. Что это протест против Макрона. Но это не настолько просто. Это намного глубже, чем объясняют СМИ. Это про француский народ, его ежедневные проблемы и будущее. Мирных протестов гораздо больше, чем жестоких, записанных и показанных по ТВ.

YS: N’ayez pas peur de ce mouvement, qui se veut pacifiste avant tout. Les GJ sont de simples humains comme vous qui veulent que tous nous puissions vivre enfin sereinement. Le chemin est encore long mais nous sommes de plus en plus nombreux à vouloir un monde meilleur, que ce soit chez les GJ18 ou dans d’autres mouvements comme celui des Indignés. Le mouvement des GJ (ou quel que soit son nom) devrait être mondial. Prenez le temps de vous faire votre propre opinion.

YS: Не бойтесь протеста, его цель — мирная. «Жёлтые жилеты» — обычные люди, как и вы, желающие жить в мире. Предстоит долгий путь, но всё больше и больше тех, кто хочет мира, неважно, в «жёлтых жилетах» 2018 года, или в движениях, как «Occupy». Эти движения должны быть  всемирными [анг]. Потратьте время, чтобы сформировать своё собственное мнение.

Перевод: Дарья Щадина

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо