Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Страх и неопределенность: жизнь грузин в Гали

Въезд в Гальский район Абхазии со стороны моста через реку Энгури. Здесь в основном живут этнические грузины. Фото Chai Khana, использовано с разрешения.

Это статья Chai-Khana.org, которая опубликована на Global Voices по партнёрскому соглашению

Всего лишь полмили.

Именно это расстояние отделяет этнических грузин, проживающих в отколовшейся Абхазии, от территории подконтрольной грузинскому правительству. То расстояние, что разделило 34-летнего Бадри* и его жену и детей этим летом. Расстояние, отдаляющее 23-летнего Нику* от магистратуры.

Примерно полмили — 870 метров — это длина моста через реку Энгури, ныне единственного законного пропускного пункта на территорию, контролируемую Грузией. В течение трех месяцев этого года он стал символом незащищенности, которая ежедневно расшатывает жизни примерно 30 000-40 000 человек.

Мост стоит на разделительной линии между грузинами и абхазами, извилистой границе по реке Энгури, которая появилась после грузино-абхазской войны 1992-1993 годов вслед за распадом СССР. В разгар боевых действий многие этнические грузины бежали в другие части страны, чтобы обеспечить себе безопасность.

Когда в 1993 году боевые действия закончились, многие вернулись в свои дома в Гальском районе. Хотя в настоящее время они составляют большинство в округе, люди живут в страхе и неопределенности, отчасти из-за моста Энгури. (В 2008 году Россия признала фактическую независимость Абхазии и по сей день продолжает оказывать экономическую и военную поддержку территории. Большая часть государств-членов ООН признаёт Абхазию территорией Грузии — ред.)

Доступ к мосту Энгури, единственному легальному пропускному пункту на территории, контролируемой Грузией, находится под жестким контролем абхазских де- факто властей. За последние несколько месяцев он закрывался дважды. Фото Chai Khana, использовано с разрешения.

Для этнических грузин, живущих в Гали, мост Энгури — символ дороги к школам, больницам и семье. Они пересекают его, чтобы купить более дешевые продукты и получить услуги лучшего качества, чтобы посетить свадьбы и похороны. Люди пересекают разделительную линию каждый день по разным причинам.

И на три месяца этого года доступ к пункту пропуска был закрыт.

Семьи разделились. Студенты изо всех сил пытались попасть в университет. Даже такой пустяк, как поход на концерт, стал невозможен.

Хотя пункт пропуска в настоящее время открыт, трехмесячное ограничение демонстрирует постоянную уязвимость грузин, проживающих в Абхазии.

«Это было ужасно, что и говорить. В июле, когда гальские школьники сдавали национальные экзамены, родители заплатили 5 000 рублей ($77) [взяток], около 10 000 ($155) за пересечение моста. Я не хочу возвращаться [в Гали], если такая практика продолжится. Мы в тюрьме. Жить в таких условиях невозможно», — говорит Ника.

Существует целый ряд ущемлений на постоянной основе, например отсутствие возможности изучать грузинский язык в школах Гали. А еще есть элементарные проблемы безопасности, такие как отсутствие возможности зарегистрировать собственность, голосовать или рассчитывать на то, что полиция поможет, когда это понадобится.

«К сожалению, Вам недостаточно лет». Эта шутка была отпущена в адрес грузина возрастной группы 18-65 лет, работающего охранником, и означала, что он не сможет пересечь Энгури. По крайней мере, если не заплатит взятку.

Бадри регулярно сталкивался с подобной «лотереей» в течение лета, после того как его дети заболели. Больницы в Гали не могут похвастаться регулярным снабжением и современными специалистами, поэтому его жена пересекла Энгури, чтобы отвезти их в лучшую больницу в столице Грузии, Тбилиси. Когда абхазские де-факто власти закрыли контрольно-пропускной пункт Энгури в июле в ответ на протесты в Тбилиси, Бадри застрял.

Более трех месяцев мужской части населения Гали не разрешалось пересекать линию. Хотя ограничения были сняты 2 октября, этот случай оставил население Гали напуганным и разочарованным.

За последний год абхазские де-факто власти дважды закрывали этот пропускной пункт. Грузины, проживающие в Гали, редко прибегают к помощи, когда случается подобное: можно попытаться дать взятку или же остаться дома.

«Чтобы навестить своих больных детей и жену, которые находились в больнице в Тбилиси, мне пришлось заплатить 5 000 рублей ($77) в общей сложности. Я платил 1000 рублей ($15) каждый раз, когда переходил мост… Разве это жизнь? Я чуть с ума не сошел, мои дети были на искусственных легких, а я не мог их навестить», — говорит Бадри.

Даже взятка в 15 долларов не гарантирует успех. Иногда пограничники берут деньги, иногда нет. Сумма может быть изменена: для Ники она составила 46 долларов, чтобы он смог перейти мост и обеспечить себе место в магистратуре.

«Я заплатил 2 000 рублей ($30) во второй раз. Позже мне пришлось написать заявление в Министерство образования Грузии, чтобы получить финансирование для оплаты обучения, и мне пришлось пересечь мост Энгури в третий раз и снова заплатить 2 000 рублей», — говорит он.

Решение закрыть пункт пропуска не было чем-то необычным: абхазские де-факто власти закрывали его в январе под предлогом того, что на контролируемой Грузией территории произошла вспышка гриппа.

Поэтому этнические грузины, проживающие в Гали, говорят, что они стали «узниками» в своих собственных домах из-за нескончаемого потока решений абхазских де-факто властей, которые ограничивают их передвижение.

Закрытие было настолько разрушительным для жителей Гали, что они провели нетипичную акцию протеста у здания региональной администрации. Демонстрация даже побудила абхазского омбудсмена выступить от их имени. Государственный защитник Асида Шакрил призвала абхазские де-факто власти учитывать потребности общин в Гали.

Но местные жители не видят никаких признаков того, что абхазское де-факто правительство заинтересовано в улучшении их положения.

Вместо этого они видят политику, направленную на то, чтобы заставить их покинуть свои дома в Гали. В 2008 году, когда Россия признала независимость Абхазии, стало обязательным получение абхазского паспорта или вида на жительство. До этого в качестве документов в основном использовались советские паспорта, а для несовершеннолетних — свидетельства о рождении.

Этнические грузины в полицейском участке в Гали в ожидании получения вида на жительство. Это долгий и неопределенный процесс. Фото Chai Khana, использовано с разрешения.

Для жителей Гали, не получивших гражданства Абхазии, это означало специальную форму №9, которую нужно было продлевать каждый месяц или два. В исключительных случаях она выдавалась на шесть месяцев. Местные жители должны были иметь при себе этот документ, чтобы перейти на территорию, контролируемую Грузией.

Но получить вид на жительство — статус, легально созданный для иностранцев, но применяемый к этническим грузинам, несмотря на то, что Гали является их домом — невероятно сложно.

58 летняя Нани* живет в Лекухоне, деревне в Гали. Она ждет своего вида на жительство уже два года.

Но даже после того, как Нани и ее семья получат вид на жительство, у них не будет даже основных прав в Гали. Например, у них не будет права приобрести дом или другую недвижимость. Они не смогут голосовать.

«Я вместе с тремя членами моей семьи более двух недель стояла в очереди с утра до ночи, чтобы подать заявление на получение вида на жительство… то, что здесь происходит, — это кошмар, который не имеет конца и становится все хуже и хуже», — говорит она.

* Имена респондентов были изменены в целях их безопасности.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо