Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

После Синьцзяна: долгая дорога к исцелению

Турсынбек Кабиулы восстанавливает здоровье в Алматы. Фото Криса Риклтона для Eurasianet.

Это статья с Eurasianet, которая публикуется на Global Voices по партнёрскому соглашению.

Когда Турсынбек Кабиулы вернулся в Казахстан в феврале после почти полутора лет пребывания в Китае, где его удерживали местные власти, лицо его жены Оралхан сияло от счастья.

Но ей приходилось говорить с ним очень громко, иначе он ее почти не слышал.

Кабиулы, этнический казах родом из округа Эмин в районе Синьцзян на северо-западе Китая, говорит, что разрывом барабанной перепонкой в ​​правом ухе он обязан охраннику в полицейском изоляторе временного содержания, где в прошлом году Кабиулы продержали шесть дней почти без еды и воды.

Когда его пустили в туалет, Кабиулы начал пить воду из-под крана, чтобы утолить жажду. Охранник, ожидавший его снаружи, вышел из себя и ударил Кабиулы по голове так сильно, что из уха пошла кровь.

«Если бы я пожаловался его начальству, моя ситуация бы значительно ухудшилась, и очень быстро», – сказал Кабиулы Eurasianet.org.

Кабиулы – один из девяти бывших заключенных из Синьцзяна, у которых были диагностированы проблемы со здоровьем и которые лечились в частной клинике в крупнейшем городе Казахстана Алматы после освобождения из Китая.

Лечение финансируется благодаря краудсорсинговой кампании [анг], организованной американским исследователем русского происхождения Джином Буниным и казахстанской правозащитной организацией «Международная правовая инициатива» (МПИ).

Слуховой аппарат стоимостью 500 долларов, который краудсорсинговый проект приобрел для Кабиулы, является одной из самых дорогостоящих покупок в рамках проекта, который привлек 6000 долларов и теперь вступил во вторую фазу. По меньшей мере еще один бывший заключенный, который сообщил, что его сильно били по голове во время содержания под стражей, навсегда лишился слуха.

«Это как подарок от Бога, – сказал Кабиулы о наушнике. – Я чувствую, что снова возвращаюсь».

Синьцзянский кошмар Кабиулы начался в сентябре 2017 года. Он только приехал из Казахстана, где подал документы на гражданство, в Эмин, чтобы присутствовать на похоронах родственника.

Его приезд совпал с усилением репрессий в регионе, которое началось с конфискации миллионов паспортов у представителей тюркских и исповедующих ислам меньшинств.

К концу года Синьцзян превратился в футуристическое полицейское государство с центрами заключения, предназначенными для «перевоспитания» граждан из числа меньшинств.

Незадолго до возвращения Кабиулы в феврале этого года Министерство иностранных дел Казахстана заявило [анг], что Китай разрешил более чем двум тысячам этнических казахов выехать в Казахстан в качестве «жеста доброй воли».

Директор МПИ Айна Шорманбаева говорит, что более ста из 162 человек, чьи проблемы ее организация поднимала перед Министерством иностранных дел и другими международными правозащитными группами, вернулись на свою историческую родину.

Многие из них, как и Кабиулы, подали заявления на получение казахстанского гражданства и имели близких родственников, у которых были казахские паспорта.

Министерство иностранных дел, проявляющее осторожность в сверхчувствительном синьцзянском вопросе, не предоставило подтверждений факта возвращения названного им гораздо большего числа репатриантов.

В Синьцзяне Кабиулы стал свидетелем ужасных вещей, которые китайское государство творило со своими гражданами некитайской национальности, пытаясь изменить тамошнюю жизнь.

Так выглядит Синьцзян в китайских государственных СМИ. (Фото: CGTN)

Он не был ни в одном из ныне печально известных лагерей перевоспитания, но его свекровь знает о них не понаслышке.

Поскольку Оралхан и ее дети ходатайствовали об освобождении Кабиулы из Китая и освобождении ее матери из лагеря, Кабиулы и его зять оказались под постоянным наблюдением, подвергаясь регулярным проверкам со стороны властей.

Не выдержав давления, брат Оралхан покончил жизнь самоубийством за несколько месяцев до того, как их мать была освобождена из лагеря.

Кабиулы отправил Оралхан сообщение, известив ее о своем намерении развестись с ней, но она сразу поняла, что муж сделал это под принуждением.

Как Кабиулы рассказал Eurasianet.org, однажды в рамках этой кампании запугивания власти Эмина заставили его повредить несколько семейных надгробий.

Кабиулы не предоставили никаких официальных оснований для его непродолжительного, но мучительного задержания в сентябре прошлого года.

Но именно его связи с Казахстаном – ближайшим экономическим партнером Китая в Центральной Азии – были предметом постоянных допросов.

«Мне сказали, что Казахстан находится в списке стран с терроризмом. Но я думаю, что именно Китай является террористической страной. Как может правительство, которое относится к своим гражданам как к скоту, говорить о терроризме?», – спросил он.

Донорами проекта медицинской помощи, как правило, были те же люди, которые делали пожертвования на созданную Буниным базу данных жертв Синьцзяна. Это онлайновый реестр, состоящий из более чем 5000 свидетельств жертв репрессий в Синьцзяне.

Бунин говорит, что проект ориентирован на репатриантов, чьи проблемы со здоровьем требуют вмешательства специалистов.

«У одного задержанного киста мозга, которую, возможно, потребуется удалить. Однако все зависит от стоимости операции, не исключено, что мы не сможем профинансировать ее», – сказал он Eurasianet.org.

Одной из областей, еще не затронутой краудфандинговым проектом, является психическое здоровье, которое, по словам бывших заключенных и их родственников, требует особого внимания.

Кабиулы говорит, что его основным приоритетом после возвращения слуха является восстановление мышечной массы, чтобы он мог получить работу в сфере строительства, которая у него была до затратного и физически истощившего его пребывания в Синьцзяне.

Но Оралхан сказала Eurasianet.org, что ее муж теперь более замкнут, чем человек, который уехал в Синьцзян в 2017 году, и что он постоянно прячет мобильные телефоны в дальних углах дома, когда приезжают гости, опасаясь, что его подслушивают китайцы.

«Мы получали странные звонки на домашний телефон, и я беспокоюсь за наших детей», – объяснил Кабиулы.

«Ситуация с телефонами у меня улучшается», – сказал он, улыбаясь и глядя на смартфон на столе.

Шорманбаева хвалит МИД за усилия по возвращению этнических казахов, оставшихся в Синьцзяне, но в то же время критикует правительство за чрезвычайную осторожность в отношении Синьцзяна. Казахстан не присоединился к осуждению международным сообществом политики Пекина, проводимой на северо-западе страны.

Эта позиция ограничивает возможности государства принимать активное участие в реабилитации жертв. Это резко контрастирует с его политикой по реинтеграции женщин и детей, вернувшихся с войны в Сирии, которые, по словам МИД, получат медицинскую и психологическую помощь за счет государства.

Казахи из Китая и без того сталкиваются с языковым барьером, потому что не говорят по-русски, а также бюрократическими препятствиями в получении гражданства и трудностями при трудоустройстве», – сказала Шорманбаева.

«Но многие из казахов, которые недавно переехали сюда, являются жертвами пыток и страдают от психологической травмы. Но власти не определяют их в эту категорию».

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо