Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

После нескольких месяцев протестов российские шахтёры наконец получают зарплату

English miner at Wharncliffe Silkstone Colliery, Barnsley, UK. Source: Paul Reckless, Flickr.

Английский шахтёр на руднике Wharncliffe Silkstone, Барнсли, Великобритания. Источник: Paul Reckless, Flickr.

25 мая двенадцать шахтёров из Гуково, маленького города на юго-западе России, провели протестную акцию в Ростове-на-Дону, требуя от работодателя, компании «Кингкоул», выплатить зарплату — задолженность по некоторым выплатам достигала почти года. Плакаты гласили: «Верните наши деньги!» и «Президент, защити рабочего человека!».

Шахтёры приняли заявление с изложением своих требований:

Мы, участники митинга, требуем принять срочные меры по погашению миллионных задолженностей по заработной плате шахтеров. Нельзя демонстрировать гражданам России бессилие закона и власти перед собственниками угольных шахт. Это коррупция.

Заявление шахтёров поставило под сомнение «стабильность», о которой заявляет путинский режим: существование эффективного управления, верховенства закона, порядка и уверения в том, что «народ» защищён от хищных магнатов.

Шахтёры только начинали. За несколько следующих месяцев их голоса стали громче, и кульминацией движения стала голодовка, которая привлекла внимание национальных СМИ и заставила местных чиновников принять меры. Хотя их борьба далеко не окончена, упорство шахтёров из Гуково в защите своих прав — ещё один пример того, как, организовываясь, «простой народ» России может вынудить безразличных чиновников предпринять хотя бы что-нибудь.

Проблема задолженности по зарплате не нова для России. По последним данным Росстата, общая сумма задолженностей в Российской Федерации составляет около 3,7 миллиардов рублей (зарплаты ждут 73 тыс.  человек). Наиболее пострадали работники обрабатывающих производств и строительства, 25 процентов суммы по задолженностям приходятся на счёт компаний, находящихся в стадии банкротства.

Задолженности по зарплате — основной источник трудовых конфликтов. Согласно недавнему докладу Центра экономических и политических реформ, мониторящего социальные и экономические конфликты в России, между апрелем и июнем этого года было зарегистрировано 171 конфликтных случая, связанных с задержками выплат зарплаты.

Ростовская область — один из многих очагов этих конфликтов. «Кингкоул» задолжала около 300 миллионов рублей 2000 сотрудников. Долг лишь перед шахтёрами из Гуково составляет 130 миллионов рублей. По словам шахтёров, задержки зарплаты начались в 2013 году — сначала на неделю, потом на месяц или два, а в 2015 году — на полгода.

К тому времени «Кингкоул» разорилась, оставив сотрудников ни с чем. Когда в 2015 году компания подала на банкротство, на её директора Владимира Пожидаева было заведено уголовное дело по злоупотреблениям полномочиями, невыплате зарплаты и отмывании денег компании, в результате чего «Кингкоул» задолжала 1 миллиард рублей. Кредиторы и поставщики подали иски — их набралось 3500 — в арбитражный суд. В конце долгой очереди недовольных истцов стояли шахтёры.

Задолженность по зарплате — симптом широкой деиндустриализации региона. В советские времена Ростов мог похвастаться 90 шахтами. Сейчас действуют лишь четыре. Хорошая ежемесячная зарплата в Гуково — 15000 рублей для мужчин и 7000 рублей для женщин. Реальный доход упал практически на 7 процентов. Большая часть населения дополняет свой скудный заработок кредитами, в результате чего Ростовская область стала десятым по количеству выдаваемых кредитов регионом России.

40-летний Женя Несреляев, шахтёр с 22-летним стажем, раньше получал достойную зарплату — 20 тыс. рублей в месяц. Сейчас он и его семья живут на кредиты от трёх банков: «Уже два месяца не плачу. Коллекторы звонят пять раз в день… Они говорят: заложи свое имущество. То есть — детей по миру пусти». Всего «Коулкинг» задолжала Жене 305 тыс. рублей.

Валерий Дьяконов, бывший шахтёр, ставший организатором протестов, сказал «Независимой газете»:

На мой взгляд, теперь ситуация значительно хуже. И никому нет дела до того, что горняки в поисках куска хлеба бросают свои дома, потому что почти все в долгах и кредитах. А кто посчитает, сколько за последние годы распалось семей и сколько детей стало наркоманами?

Именно эта обстановка заставила шахтёров действовать. Маленький пикет в мае перерос в ежедневные протесты. Лозунги на плакатах гласили: «Мы — не рабы. Верните наши деньги» и «Российский Донбасс против воров и жуликов!» Призывы к Путину, губернатору Ростовской области и мэру Гуково быстро стали жёстче: шахтёры пригрозили перекрыть главную ростовскую трассу, М-4. Встреча с мэром окончилась пустыми обещаниями. Они сформировали группу для координации протестов, которую возглавил Валерий Дьяконов. Затем, в середине августа, полиция нанесла своевременный визит к Дьяконову домой, надела не него электронный браслет и поместила под домашний арест по обвинениям в угрозе местному чиновнику пневматическим ружьём ещё в ноябре 2015 года. Неделей позже 200 шахтёров и их семьи устроили митинг. Их главным лозунгом снова стали слова «Мы — не рабы».

Один шахтёр сказал «Новой газете»:

Я и Путину не доверяю. И сына в армию я не думаю отправлять. Я тут родился, но это государство недостойно…

Через несколько дней, 23 августа, шахтёры начали голодовку. Сначала в ней участвовали 60 человек. Потом 100. Потом 175.

События привлекли внимание СМИ — несколько газет государственного уровня обратили взоры к Гуково. Только после этого компания начала платить нескольким сотням шахтёров.

СМИ сообщают, что в настоящее время 1500 шахтёров получают часть своей зарплаты. Но победа не принесла спокойствия. Как говорит Дмитрий Коваленко, член инициативной группы шахтёров:

Все на месте затормозилось, отдали копейки за май и теперь говорят, что денег нет. Мы не видим просвета, надежды у нас тоже нет. Люди очень недовольны.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо