Оксана Алхунсаева. Фотография: Glubina.me. Используется с разрешения

Статья была впервые опубликована изданиями «Поток» и «Новая вкладка» 11 мая 2026 года. Отредактированная версия материала предлагается на Global Voices с их разрешения. Статья — также часть специальной августовской серии Global Voices Spotlight «Права коренных народов» [анг]. Вы можете поддержать серию пожертвованием [анг].

Однажды ночью Оксана увидела сон. Ей приснилась покойная бабушка, которая произнесла лишь одно слово: «Шей». Сегодня наряды от дизайнера бурятских костюмов Оксаны Алхунсаевой заказывают по всей России: от Москвы и Санкт-Петербурга до Якутска и Камчатки.

В своей семье Хунхеевых Оксана была младшей. Она родилась в 1984-м в Усть-Ордынском — посёлке на 15 тысяч человек в Иркутской области. Девочка была долгожданной, до неё родились два мальчика. В семье родителей соблюдали традиционные обряды и говорили по-бурятски, хотя в те временя это было не принято. Оксана вспоминает, что с детства «видела всё бурятское» и «все делали так, как будто это просто так и надо».

Буряты — монгольский народ, коренное население региона озера Байкал. Исторически они были частью более широкого монгольского культурного и политического мира, сохраняя при этом многочисленные родовые и племенные идентичности. Традиционно буряты составляли крупнейшую северную подгруппу монголов.

Российская колонизация этих районов Сибири началась примерно в 1620-х годах с военного продвижения русских войск — в то время главным образом казачьих отрядов — и завоевания Восточной Сибири. Они строили укрепления, облагали местное население данью — бурят обязали регулярно платить русским, — а со временем заменили былые политические связи с монгольскими правителями [анг]. Бурятские общины неоднократно оказывали сопротивление, нападали на русские укрепления или уходили на юг, в Монголию. Лишь к концу XVII — началу XVIII века российским властям удалось окончательно утвердиться в регионе.

В период Российской империи и особенно Советского Союза бурятские земли ещё активнее интегрировали в колониальную систему. Этот процесс сопровождался перераспределением земель и экономических ресурсов, коллективизацией, репрессиями против буддийских институтов и бурятской элиты, а также нарастающей культурной русификацией. В 1958 году советские власти также убрали слово «Монгольская» из названия республики.

Сегодня большинство бурят живут в Российской Федерации, прежде всего в Республике Бурятия. После начала полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году Бурятия, по имеющимся данным, столкнулась с непропорционально высокими потерями среди военнослужащих и масштабной мобилизацией. Независимое издание «Люди Байкала» насчитало 9200 жителей Бурятии и Иркутской области, погибших в ходе российского вторжения в Украину в 2022–2026 годах.

Вернёмся к нашей истории. Национальную одежду в быту семья Хунхеевых всё-таки не носила, но у бабушки были настоящие гутулы [анг] — бурятские сапоги. Оксана ещё в детстве обращала внимание на наряды и очень любила шить. Не просто играть в куклы, а воображать себя модельером. Придумывать выкройки и обшивать подружкиных кукол. Смотреть популярный тогда сериал «Просто Мария», в котором простая мексиканская девушка переселилась в столичный Мехико из отдалённой сельской провинции, чтобы стать дизайнером. Маленькая Оксана из Усть-Ордынского мечтала о том же.

Подростковые годы оказались сложными. В восьмом классе девочка перешла в новую школу — и сразу стала там изгоем. Она привыкла, что братья её оберегают, а отец называет «своей красавицей». Но в классе подростка дразнили «губошлёпкой» из-за пухлых губ, коверкали фамилию, пинали по коридорам школьный пакет с учебниками. Оксана говорит, что научилась отключаться — но до сих пор для неё в любых конфликтах срабатывает синдром отложенной реакции. Боль и обида накрывают не сразу, а через часы или дни, и это очень сложно проживается. Именно тогда ей захотелось понять: почему люди так поступают? Так она выбрала психологию и получила высшее образование именно в этой сфере.

Три поколения семьи Хунхеевых-Алхунсаевых. Используется с разрешения

В Центр сохранения и развития бурятского этноса Алхунсаева устроилась случайно. В 2008 году, когда Оксана пришла туда, Центр проводил в Иркутске фестиваль «Алтаргана» [анг].

Фестиваль всех бурятских общин мира придумали в 1994 году в Монголии. С тех пор он стал международным и расширился до масштабных мероприятий, куда приезжали со всего света — от Внутренней Монголии в Китае до Франции. Оксана была совершенно поражена и масштабом и тем, как это выглядело.

«До этого я практически не видела наши национальные наряды. А на фестивале — всё богатство бурятских традиций сразу. Я смотрела и восхищалась», — вспоминает она.

Усть-Ордынский — родной посёлок Оксаны. Оксана снимает мерки с юных танцоров в культурном центре. Использовано с разрешения

Фестиваль назван в честь растения алтарганы [анг]. Сам этот кустарник с мелкими листочками и некрупными золотисто-жёлтыми цветами выглядит скромно, но зато у него невероятно сильная и развитая корневая система. Оксана много думала про свои корни и тогда поняла, увидела, что именно хочет создавать. Но до этого было ещё далеко.

Была швейная машинка, выигранная на каком-то конкурсе, лежал отрез ткани, дети засыпали в десять и до глубокой ночи у женщины было немного свободного времени. Оксана знала, что ей нужно шить, но не знала, как. Первые костюмы делала для родных и близких — хотела, чтобы дети и племянники носили национальную одежду и интересовались своей культурой.

Стало получаться красиво, да только результат оказался слишком традиционным: наряды «по канону» просто некуда было надевать. А ещё хотелось известности и признания, поэтому Оксана старалась участвовать в разных модельных показах. На одном из них к ней подошла журналистка и попросила интервью — это было именно так, как она видела в сериале «Просто Мария» в детстве.

Хотя высокий подиум, яркий свет, профессиональные модели выглядели как в её детской мечте, сейчас Оксана говорит, что со временем пришла к тому, что главное — чтобы её одежду носили люди. Но всё же сразу добавляет, что и лучшим дизайнером Усть-Ордынского Бурятского округа её признали, это было в 2023 году.

Для дизайнера бурятский костюм — не музейный экспонат. Мастерица говорит, что важно видеть человека и начинать работу именно с него. Понять, какая форма и силуэт нравятся клиенту в обычной одежде — и только потом «переводить» это на язык бурятского костюма.

Теперь вся семья Оксаны работает вместе. Муж — организатор, мать Оксаны помогает на показах, гладит и дошивает срочное, отец делает специальные ножи, а кроме того всех возит по делам. Оксане помогают и свекровь, и невестка.

Оксана со смехом рассказывает, что иногда, впрочем, хочется всё бросить, пойти в спокойную стабильную офисную жизнь. Но потом на улице к ней подходят люди и спрашивают: «Как мне найти костюм, как у вас». Жизнь словно посылает ей знак, как говорит Оксана: «Как будто меня кто-то не отпускает и говорит: „Шей“».