Венесуэльские организаторы вместе со спасателями команды Topos Azteca, специализирующимися на ликвидации последствий землетрясений и обрушений зданий, в Международном аэропорту Бенито Хуареса. Они привезли коробки и сумки с медикаментами, предметами первой необходимости и спасательным оборудованием. Фотография предоставлена организаторами. Используется с разрешения

Эта статья входит в специальную рубрику «Венесуэла: в эпицентре землетрясений», посвящённую последствиям катастрофы. Мы публикуем свидетельства с мест событий и рассказываем о том, как землетрясения повлияли на жизнь людей, как идёт восстановление и с какими трудностями сталкиваются пострадавшие сообщества.

Когда Венесуэла содрогнулась [рус] от разрушительных землетрясений [анг], помощь пострадавшим начали организовывать далеко за пределами страны. В Латинской Америке и других регионах живущие за рубежом венесуэльцы мобилизовались за считанные часы: собирали деньги, привлекали волонтёров и создавали надёжные сети по доставке гуманитарной помощи непосредственно пострадавшим.

В Мексике десятилетия подготовки к землетрясениям сформировали сильную культуру гражданской солидарности. Венесуэльская мигрантка, продюсер и исследовательница антирасисткой проблематики Мариана Альварес Кастильо [исп] вместе с сообществами La Pitahaya Vegana [анг], Masala CCS [исп] и Levantemos la Casa [исп] стала одним из организаторов общественной инициативы поддержки пострадавших. Благодаря быстро созданной сети волонтёров, доноров и надёжных партнёров на местах им удалось оперативно доставить необходимую помощь тем, кто в ней нуждался.

В интервью Альварес рассказывает об огромной работе всей команды, о том, как общее горе сплотило венесуэльскую диаспору и подтолкнуло её к действиям, о трудностях доставки гуманитарной помощи через границы и о том, что эта поразительная мобилизация говорит о стойкости, сплочённости и меняющемся самовосприятии венесуэльцев во всём мире.

Габриела Месонес Рохо (ГМР): Что вам помогло так быстро включиться в работу после землетрясений?

Mariana Álvarez Castillo (MÁC): Beyond the obvious shock and grief of knowing that so much irreversible damage had occurred in a matter of seconds, I think living in a seismic country like Mexico has taught us how critical the first hours after a disaster like this are. In the face of an event of this magnitude, the response has to be immediate.

Here, the collective memory of the 1985 and 2017 earthquakes is still very much alive. These events are part of Mexico’s recent history, and they led to the development of protocols, early warning systems, drills, and emergency guidelines. Because of that, we quickly understood that the scale of the catastrophe in Venezuela would be devastating.

We also know that our country, Venezuela, is not prepared to cope with earthquakes like these.

Just a couple of hours after the quake, reports from La Guaira began to emerge, and by the following morning we were already making decisions about how to organize. That same day, we launched our initiative, and within seven hours we had delivered supplies, meals, and clean drinking water to four public hospitals thanks to the overwhelming response from donors. During that same week, we also established a collection center at La Pitahaya Vegana, made possible by an incredible network of volunteers.

Мариана Альварес Кастильо (МАК): Конечно, прежде всего были шок и горе от осознания того, сколько непоправимого произошло всего за несколько секунд. Но жизнь в такой сейсмоопасной стране, как Мексика, научила нас, насколько важны первые часы после подобных катастроф. Во время бедствий такого масштаба действовать нужно немедленно.

Здесь по-прежнему жива коллективная память о землетрясениях 1985 [анг] и 2017 [анг] годов. Эти события — часть новейшей истории Мексики, которые привели к появлению протоколов, систем раннего оповещения, регулярных учений и инструкций по экстренному реагированию. Поэтому мы сразу поняли, насколько разрушительными будут последствия землетрясений в Венесуэле.

К тому же мы знаем, что наша страна не готова справляться с последствиями землетрясений [рус] такого масштаба.

Уже через пару часов после произошедшего стали приходить сообщения из Ла-Гуайры, а утром следующего дня мы уже решали, как организовать помощь. В тот же день мы запустили нашу инициативу и благодаря невероятному отклику доноров всего за семь часов доставили необходимые материалы, готовую еду и питьевую воду в четыре государственные больницы. На той же неделе мы открыли пункт сбора помощи в La Pitahaya Vegana, что стало возможным благодаря огромному числу подключившихся к работе волонтёров.

ГМР: Что говорит такая мобилизация о Венесуэле за пределами самой страны?

MÁC: Venezuelan migrants are learning how to build community outside our country. Unlike countries such as Mexico, Puerto Rico, or China, whose migration histories span generations and have produced well-established communities abroad—like Mexicans in Chicago or California, or Puerto Ricans in New York—we don’t have a long-standing migrant tradition to draw upon. We’re creating that collective memory now.

Migration on this scale is a recent phenomenon in Venezuela’s history, so it isn’t always easy to organize or know how best to respond. But in this case, different small groups quickly reached the same conclusion: we had to send money for whatever was most urgently needed — water, tools, medical supplies, medicines, and more recently, orthopedic fixation materials for survivors with severe injuries caused by collapsed buildings.

There is also a deep sense of guilt that comes with being far away, and even with being safe. When you can’t be there to support your loved ones during such a horrific moment, the best response is action: finding a way to solve something, however small; contributing something, however insignificant it may seem.

МАК: Венесуэльские мигранты только учатся объединяться за пределами страны. В отличие от Мексики, Пуэрто-Рико или Китая, с долгой историей миграции и давно сложившимися сообществами за рубежом — как мексиканцы в Чикаго и Калифорнии или пуэрториканцы в Нью-Йорке — у нас нет давней миграционной традиции, на которую можно было бы опереться. Мы создаём её прямо сейчас.

Миграция такого масштаба — недавнее явление в истории Венесуэлы, поэтому бывает сложно что-то организовать или понять, как лучше реагировать. Но на этот раз небольшие группы людей быстро пришли к общему решению: нужно отправлять средства на самое необходимое — воду, инструменты, медицинские принадлежности, лекарства, а в последнее время ещё и материалы для ортопедической фиксации, в которых нуждаются пострадавшие с тяжёлыми травмами, полученными при обрушении зданий.

Есть ещё острое чувство вины — из-за того, что ты далеко и сам в безопасности. Когда в такой страшный момент ты не можешь быть рядом с родными и поддержать их, лучшая помощь — это действие: найти способ решить какую-то проблему, даже самую маленькую; внести свой вклад, пусть даже он кажется незначительным.

Слева: пункт сбора в La Pitahaya Vegana, куда поступает гуманитарная помощь, которая затем сортируется и распределяется. Справа: волонтёры сортируют предметы первой необходимости и ведут их учёт перед отправкой в Венесуэлу вместе со спасательной группой Topos Azteca. Фотографии предоставлены организаторами. Используются с разрешения

ГМР: Что было самым сложным в организации отправки гуманитарной помощи из Мексики — сбор средств, логистика или построение доверия?

MÁC: It’s important to say that experiencing the solidarity of the Mexican people has been deeply moving. They have supported us by donating, bringing supplies to collection centers, volunteering at fundraising events, helping facilitate the travel of the Topos rescue brigades, and offering words of encouragement and heartfelt embraces.

We know that Venezuelan migrants in other countries haven’t always experienced the same level of empathy, and feeling alone and foreign during a tragedy like this can be heartbreaking.

Perhaps the greatest challenge for us as migrants in Mexico is exactly what many people who lived through the earthquakes would have preferred: not being there. Walking through streets far from home, going to places where life appears to go on as usual. Going to work and functioning as though everything is normal. Finding the strength to focus on the present. Trying to pay attention to anything other than the relentless flow of news about the earthquakes. Essentially, pretending we’re okay.

МАК: Прежде всего хочу сказать, что солидарность мексиканцев невероятно нас тронула. Они делали пожертвования, приносили вещи в пункты сбора, помогали на благотворительных мероприятиях, содействовали поездке спасательных бригад Topos, поддерживали нас добрыми словами и искренними объятиями.

Мы знаем, что венесуэльские мигранты в других странах не получают поддержку в таком же объёме, а чувствовать себя одиноким и чужим в момент такой трагедии невыносимо.

Наверное, самое трудное для нас, мигрантов в Мексике, — именно то, чего многие пережившие землетрясения предпочли бы избежать: быть далеко от места событий. Гулять по улицам далеко от дома, посещать места, где жизнь идёт своим чередом. Ходить на работу и вести себя, как будто ничего не произошло. Находить в себе силы жить настоящим. Пытаться думать о чём угодно, кроме потока новостей о землетрясениях. В общем, делать вид, что с нами всё в порядке.

ГМР: В Венесуэле существует недоверие к гуманитарной помощи. Как вы обеспечиваете прозрачность?

MÁC: The three of us are friends who work on academic and culinary projects. Throughout this process we’ve stood behind the initiative with our personal identities and social media accounts, but also through Antroposabores, Conuco, and La Pitahaya Vegana — trusted community-based projects that have spent years building strong, deeply committed networks.

From the beginning, we also partnered with the Caracas restaurant Masala CCS, which was preparing to open its doors to the public when the earthquakes struck. Instead, they chose to donate their facilities, staff, and kitchen to prepare meals for doctors, rescue workers, and survivors.

Through their volunteers, we’ve built a network in Caracas that allows resources to reach civilians directly, without intermediaries or bureaucracy. Donations go straight to a trusted member of our network in Caracas, who purchases whatever is needed and delivers it directly to the places where it’s required, avoiding customs procedures or checkpoints that could delay or divert aid.

We also follow a strict accountability policy: every donation is recorded, every purchase receipt is kept, and photos, videos, and testimonials are shared on our social media. This allows every donor to see exactly how their contribution was used and the direct impact it has had.

More recently, we launched ‘Levantemos la Casa’ (‘Let's Rebuild the Home’), a series of events organized by the Venezuelan community in Mexico City, where artists, poets, producers, designers, filmmakers, and entrepreneurs donate their work to raise funds. Every dollar goes directly toward supporting those affected by the earthquakes through cultural gatherings that strengthen community while providing relief.

MÁC: Нас трое, мы друзья и вместе работаем над академическими и кулинарными проектами. С самого начала мы отвечали за эту инициативу собственными именами и личными аккаунтами в социальных сетях, но за нами также стоят Antroposabores, Conuco и La Pitahaya Vegana — проверенные общественные проекты, которые годами выстраивали прочные и надёжные связи.

В самые первые дни мы также стали сотрудничать с каракасским рестораном «Masala CCS», который как раз готовился открыться для посетителей. Вместо этого его владельцы предоставили помещение, сотрудников и кухню, чтобы готовить еду врачам, спасателям и пострадавшим.

Благодаря их волонтёрам нам удалось создать цепочку в Каракасе, по которой можно доставлять помощь напрямую людям, без посредников и бюрократии. Пожертвования приходят проверенному человеку в Каракасе, он покупает всё необходимое и доставляет туда, где это требуется, избегая таможенных процедур и проверок, которые могут задержать или развернуть гуманитарную помощь.

Также мы придерживаемся политики строгой отчётности: любое пожертвование фиксируется, чек на каждую покупку сохраняется и фото, видео и отзывы публикуются в наших социальных сетях. Каждый жертвователь может увидеть, на что именно пошли его деньги и кому они помогли.

Не так давно мы запустили проект «Levantemos la Casa» («Давайте отстроимся заново») — серию мероприятий венесуэльского сообщества в Мехико. Художники, поэты, продюсеры, дизайнеры, кинорежиссёры и предприниматели предоставляют свои работы и услуги, чтобы помочь собрать средства. Все деньги идут на помощь пострадавшим от землетрясений, а сами культурные мероприятия одновременно помогают сплотить сообщество.

Музыканты Аугусто Брачо и Лаура Итандеуи выступают на первом культурно-благотворительном мероприятии «Levantemos la Casa» в поддержку сообществ, пострадавших от землетрясений в Венесуэле. Мероприятие проходило на территории книжного магазина Librería Utópicas в районе Койоакан в Мехико. Фотография предоставлена организаторами. Используется с разрешения

ГМР: Есть ли в мексиканской системе самоорганизации общества что-то, что вы хотели бы перенять в Венесуэле?

MÁC: I’m not an expert on the subject, but I would say that Mexico’s earthquake early warning system is something worth replicating. Depending on the earthquake’s epicenter, the alarm can sound up to a minute before the shaking begins, giving people precious seconds to activate emergency protocols that are taught in schools and reinforced through nationwide drills held at least once a year. Those few seconds can make an enormous difference and save lives.

I would also highlight Mexico’s emphasis on prevention and structural safety. Building this culture hasn’t been easy; Mexico’s seismic history is marked by tremendous pain. But those experiences have led both society and specialists to implement stricter building regulations, reinforcement measures, and regular structural evaluations.

We’ve seen how the lack of preventive policies and resilient infrastructure has left Venezuela especially vulnerable. At this point, it often feels as though citizens themselves must organize collectively, beyond the limits of government institutions.

МАК: Я не эксперт в этом вопросе, но думаю, что Венесуэле стоило бы перенять мексиканскую систему раннего оповещения о землетрясениях. В зависимости от расположения эпицентра сирена срабатывает почти за минуту до начала толчков. Эти драгоценные секунды позволяют людям активировать аварийные протоколы, которым учат в школах и которые ежегодно отрабатываются на общенациональных учениях. Даже несколько секунд играют важную роль и спасают жизни.

Я бы также отметила, какое внимание в Мексике уделяют профилактике и безопасности зданий. Сформировать такую культуру было непросто: история землетрясений в Мексике связана с огромным количеством трагедий. Но этот опыт побудил и общество, и специалистов добиваться более строгих строительных норм, укреплять здания и регулярно проверять состояние конструкций.

Мы видели, насколько уязвимой оказалась Венесуэла из-за отсутствия профилактических мер и надёжной инфраструктуры. Сейчас нередко возникает ощущение, что людям приходится объединяться и действовать самостоятельно, поскольку возможности государственных институтов ограничены.