Спускаемся по тропе Гилпин трейс в заповеднике Мэйн-Ридж Форест на острове Тобаго вместе с известным орнитологом Ньютоном Джорджем. Фотография: JuliaC2006 на Flickr, (CC BY 2.0 [рус])

Эта статья — часть серии материалов Global Voices Spotlight за май 2026 года под названием «Глобальный кризис — локальные решения» [рус]. В серии публикуются истории сопротивления и успешных климатических инициатив, рассказы о том, как сообщества стран Глобального Юга противостоят кризису, а также анализ того, что это может означать для будущих поколений. Вы можете поддержать эту инициативу здесь.

Тобаго ищет новые способы преодолеть негативное влияние глобального потепления, включая угрозы мангровым лесам со стороны саргассума [рус], обесцвечивание коралловых рифов и повышение средней температуры. Экологи указывают на возможность использования саргассума в качестве биотоплива, а недавно Институт морских дел Тринидада и Тобаго (IMA) — совместно [рус] с правительством, частным сектором и общественными организациями — приступил к восстановлению коралловых рифов и зарослей морских трав.

Однако этот процесс часто становится похож на борьбу с сильным течением: шаг вперёд и два назад. Спустя всего около года после того, как IMA принял это решение, Тобаго пришлось ликвидировать последствия крупного разлива нефти в своих водах. Местные экологи назвали это «предостережением» — тревожным сигналом о роли индустрии ископаемого топлива, которая в первую очередь и провоцирует климатический кризис. И всё же у острова есть поводы для гордости. Местный символ успешной борьбы с кризисом — лесной заповедник Мейн-Ридж на острове Тобаго [рус] который недавно отметил 250-летие со дня получения правовой защиты [рус]. В честь этой даты Ассамблея Тобаго (THA), главный орган самоуправления острова, единогласно приняла постановление, объявившее 30 апреля Днём Мейн-Риджа.

Начало природоохранного движения

Горный хребет, протянувшийся через остров, образует лесной заповедник Мейн-Ридж — территорию, официально взятую под охрану в 1776 году. Сегодня это официально зарегистрированный старейший лесной заповедник, созданный и защищённый законом именно в природоохранных целях. Организация Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО) цитирует научно-популярный журнал Scientific American: «Защита лесов Тобаго стала первым актом современного экологического движения».

Обосновывая исключительную ценность Мейн-Риджа — благодаря которой северо-восточная часть Тобаго, где расположен заповедник, в октябре 2020 года получила статус биосферного резервата [рус] программы «Человек и биосфера», — ЮНЕСКО отмечает: «Хотя Тобаго и является островом, раньше он был частью Южной Америки, следовательно, его фауна имеет континентальное происхождение  […] В результате здесь сформировалось значительное число эндемичных видов […] Сохранение этого уникального биоразнообразия и исключительно многообразной экосистемы обладает невероятной ценностью для человечества. Кроме того, леса защищают почву от эрозии, способствуют образованию осадков и поглощают значительное количество парниковых газов».

Сегодня Мейн-Ридж — популярное направление экотуризма. В центральной части парк достигает максимальной высоты в 572 метра (чуть выше 1,800 футов). Кроме того, заповедник — важнейшая среда обитания местных растений, включая несколько видов-эндемиков.

Решение сохранить Мейн-Ридж, принятое два с половиной века назад, стало прецедентом, который и сегодня влияет на международную природоохранную политику.

Почему его защищают?

Постановление об учреждении заповедника Мейн-Ридж гласит, что сохранение леса «будет способствовать регулярным дождям, от которых в этих широтах полностью зависит плодородие земель». Этот документ был принят британским парламентом спустя одиннадцать лет после внесения и во многом благодаря усилиям политика Соума Дженинса, отвечавшего за вопросы торговли, в том числе связанной с продукцией британских колоний. В  то время сахарная промышленность переживала бурный рост, а владельцы плантаций вырубали огромные площади леса, стремясь увеличить урожайность. Дженинс внимательно следил за работой учёного Стивена Гейлса, установившего взаимосвязь между деревьями и количеством осадков, и вскоре понял, что здоровье тропических лесов на острове напрямую влияет на водосборный бассейн, а значит — на качество воды, сельское хозяйство и условия жизни животных и растений.

Спустя двести пятьдесят лет учащиеся средней школы на Тобаго воссоздали эти парламентские дебаты 1776 года [рус] в здании Ассамблеи Тобаго. Как сказал один из учеников, играющий Дженинса: «Уберите лес — исчезнет дождь».

В выступлении на церемонии открытия памятной недели в честь празднования юбилея Мейн-Риджа министр охраны окружающей среды, климатической устойчивости и энергетики Даррен Генри особо подчеркнул, что решение защитить тропический лес было для Тобаго вопросом выживания. Вместе с тем оно оставило неизгладимый след в мировой экологической истории: лес сохранили, исходя из понимания того, что благополучие земли, количество осадков и жизнь людей неразрывно связаны между собой. При этом Генри также выразил некоторые опасения по поводу ухудшения состояния окружающей среды, обратив особое внимание на незаконные свалки мусора на территории Мейн-Риджа. По его словам, с ними будут бороться путём просветительских кампаний и более строгого полицейского контроля.

В своём посте, посвященном 250-летию природоохранного решения, блогер Фарааз Абдул заметил, что горный хребет защищали не из-за удивительного биоразнообразия: «Лес сохранили прежде всего из-за его роли водосборного бассейна. Тогда ценность Мейн-Риджа определялась водой, которую он обеспечивал окрестным плантациям. Сегодня мы понимаем, что его значение намного превосходит представления людей двухсотпятидесятилетней давности».

Он продолжил: «Климат Тобаго находится под влиянием тропического леса. Если леса не станет, на острове будет намного жарче и суше.  Над голыми холмами не идут тропические дожди, а ведь это те самые ливни, которые также отвечают за транспортировку питательных веществ с холмистой внутренней части острова на изрезанное побережье, поддерживая богатые рифовые экосистемы. На карте границы Мейн-Риджа могут выглядеть чётко обозначенными, а вдоль дорог стоять соответствующие указатели. Но питающие щупальца этого удивительного дождевого леса простираются по всему острову и далеко за его пределы».

Сообщения с поздравлениями

В сети множатся сообщения с поздравлениями с юбилеем Мейн-Риджа. Пользователи делятся впечатлениями о праздничных мероприятиях и инициативах, приуроченных к знаменательной дате. Один из экскурсоводов поблагодарил «всех и каждого, кто оберегает это чрезвычайно ценное и уникальное место для  будущих поколений». А представители организации Tobago Performing Arts Company, принимавшей участие в празднованиях, особо подчеркнули, что «лес существует потому, что мы решили защитить его».

Одни посты фокусировались на важности коллективных действий по сохранению Мейн-Риджа в первозданном виде, а другие были очень личными. Пользователь Facebook Дэвид Раджпаулсингх написал очень эмоциональный пост: «Лес Мейн-Риджа всегда был для меня больше, чем просто местом… он был домом. В его молчании я обрёл себя, в его дыхании я находил нечто гораздо большее, чем слова. И теперь, когда он отмечает 250-летие […], я осознаю, что всё это время не я шёл через лес — это лес бережно нёс меня через жизнь. С годовщиной, моё самое любимое место в мире».

Новые тайны леса ещё впереди

Как обычно и бывает в случаях, когда природу уважают и дают ей процветать, Мейн-Ридж открывает нам всё новые чудеса. В другом посте на Facebook Раджпаулсингх становится очень лиричным: «250 лет тихой магии заповедника Мейн-Ридж… и он всё ещё хранит тайны. За пределами знакомых вам троп — журчит вода более сотни скрытых водопадов. Они словно нашёптывают нам свои истории, незримые, едва различимые, но всегда присутствующие. Не всему суждено быть явным, некоторые вещи нужно просто почувствовать».

Фарааз Абдул в своём посте вторит восхищению Раджпаулсингха: «Те, кто поднимался к Мейн-Риджу со стороны Роксборо или из Блади-Бэй, не дадут соврать: атмосфера меняется с каждым изгибом дороги. Едва заметные изменения в растительности и пении птиц сопровождают вас на протяжении всего восхождения на подёрнутые дымкой холмы. Когда дорога выравнивается на вершине, вы ощущаете себя в совершенно другом мире, отличном от остального острова. […] Почва мягкая, всегда влажная и почти чёрная. Каждую тропинку в лесу покрывают сетью мириады корневых систем, а в затерянных долинах спрятаны самые большие деревья, сумевшие в 1963 году избежать неистовства урагана «Флора», срезавшего вершины большей части леса. В самых высоких точках хребта деревья низкорослые и искривлённые, их ветви покрывает мох».

Недавно лес преподнёс исследователям ещё один сюрприз: учёные обнаружили редкое дерево под названием Blue Copper («Синяя медь»), известное в наши дни только по историческим записям. Открытие вызвало большой интерес среди дендрологов и сотрудников лесной службы, которые  так вдохновились, что решили назвать в честь дерева одну из лесных троп.

Как объяснил заместитель главного лесничего Уильям Трим, на Тобаго уже довольно хорошо знают кустарник, который местные также называют Blue Copper. Однако найденное дерево относится к другому виду. Довольно высокое, оно имеет опорные корни и возвышается над пологом леса. Его плоды традиционно использовались в народной медицине, а древесина — в кораблестроении. Его нектар  — пища более двухсот видов птиц, обитающих в Мейн-Ридже. Сегодня открытие этого дерева рассматривают не просто как ботаническую редкость. Для многих оно стало символическим подтверждением того, что решение сохранить дождевой лес, принятое двести пятьдесят лет назад, оказалось верным.