Студентки шьют одежду в центре для беженцев Bondeko. Фотография: Годфри Люзинда. Используется с разрешения

[Все ссылки ведут на страницы на английском языке, если не указано иное.]

Эта статья Айебаре Синдереллы была опубликована Peace News Network 8 апреля 2026 года. Отредактированная версия предлагается на Global Voices в рамках партнёрского соглашения.

Уганда давно славится прогрессивной миграционной политикой. В отличие от других государств, которые устанавливают жёсткие ограничения в лагерях беженцев, власти Уганды выбирают модель интеграции и свободы передвижения.

Согласно статистике канцелярии премьер-министра Уганды, по состоянию на 31 октября 2025 года в стране находится 1 961 518 беженцев. 91 % из них живёт в специальных лагерях, которые, зачастую, расположены в сельской местности. Тем временем массовая, но практически невидимая миграция преобразовывает столицу Уганды, где проживают остальные 9 % беженцев. Тысячи готовы обменять скудные пайки из лагерей на непоколебимый дух Кампалы [рус] с её безграничными возможностями.

На шумных окраинах Макиндье и Заны беженцы из Демократической Республики Конго (ДРК), Сомали, Южного Судана, Эритреи, Эфиопии, Руанды и Бурунди — уже не просто просители убежища. Они становятся налогоплательщиками, работодателями и предпринимателями.

Выходцам из этих стран пришлось столкнуться с жестоким насилием, гражданскими войнами, политической нестабильностью и другими крупными потрясениями. Однако сегодня они ведут бизнес в сферах пищевой, швейной и косметической промышленности, тем самым стимулируя экономику Уганды и сближая сообщество иммигрантов с местным населением.

Нить стойкости: Джон Бабиш Макандо

В округе Макиндье проживает большое количество беженцев из разных стран. Именно там Джон Бабиш Макандо управляет своим швейным бизнесом, ломая устоявшиеся представления об этой отрасли. Спасаясь от конфликта 2019 года в восточной части ДРК, Макандо сознательно отказался от жизни в лагерях для беженцев и полностью положился на свои навыки, чтобы выжить в конкурентной среде Кампалы.

Статус беженца не мешает Макандо достигать успехов в работе. Он заработал хорошую репутацию благодаря пунктуальности и аккуратности — качествам, которых, по его мнению, часто не хватает на местном рынке. Макандо дал комментарий Peace News Network (PNN):

I am removing the common client misperception about local tailors. Many are known for letting down clients by not meeting deadlines or spoiling designs. Here, it is different. I focus on quality and being a good timekeeper.

Я развеиваю распространённые заблуждения клиентов о местных портных. Многие из них подводят своих клиентов: не укладываются в сроки или портят одежду. У нас всё иначе. Я уделяю особое внимание качеству и пунктуальности.

Макандо работает в своём магазине в Макиндье. Фотография: Айебаре Синдерелла. Используется с разрешения

Вклад Макандо в экономику Уганды ощутим. В отличие от беженцев в лагерях, которые получают гуманитарную помощь, городские беженцы вроде Макандо практически лишены финансовой поддержки. Напротив, в Кампале мелкие предприниматели — опора местной экономики, они поддерживают её за счёт выплаты налогов. Большинство предпринимателей оформляет торговую лицензию городского совета Кампалы (KCCA), цена которой варьируется от 8,34 долларов США (31,500 угандийских шиллингов) за небольшую торговую точку до 23,83 долларов США (90,000 угандийских шиллингов) за салон или мастерскую. Кроме того мастера платят подоходный налог, а рыночные торговцы — ежедневные взносы. Несмотря на ограниченный капитал, микропредприятия гарантируют стабильные доходы, необходимые для развития городской инфраструктуры. Макандо арендует помещение для своей швейной мастерской и исправно платит налоги, внося вклад в развитие города.

Его путь к самостоятельности начался с прохождения трёхмесячных профессиональных курсов, организованных Международным комитетом спасения (IRC) и инициативой Great Lakes Peace and Reconciliation Ministries (GRS). Теперь Макандо сам делится полученными знаниями с другими. Он отмечает:

I went for a three-month skill training and after that I did a short course in tailoring. After some years of getting experience, we decided to start transferring these skills to fellow refugees and host communities by training them how to make clothes using different fabrics.     

Я прошёл трёхмесячную профессиональную подготовку, а после этого взял небольшой курс кройки и шитья. Спустя несколько лет, когда появился опыт, мы решили делиться знаниями с другими беженцами и местным населением. Мы обучаем их шитью одежды из разных тканей.

Макандо добавил:

We decided to teach people to show them how we are connected to our Ugandan neighbours, because there is a saying that my neighbour is my first family.

Мы решили просвещать людей чтобы показать, насколько сильно мы связаны с нашими соседями из Уганды. Ведь, как говорится, мой сосед — это моя первая семья.

Соединяя моду и еду: свежие продукты Амины

Экономическая экосистема, созданная беженцами, простирается от гардероба до обеденного стола.

Амина — тоже беженка из ДРК, которая проживает в Макиндье. Она следит за тем, чтобы и иммигранты, и угандийцы питались хорошо. Амина опирается на высокий спрос на свежие продукты в густонаселённых кварталах Макиндье.

Её лавка — место пересечения культур. Амина продает томаты и зелень, но настоящим успехом пользуются сомбе (листья маниока), суйя (мясо со специями), додо (жареный плантан) и баклажаны — они нравятся и руандийцам, и бурундийцам, и суданцам. Амина отмечает:

Ugandans love Congolese food and Congolese love Ugandan food.

Угандийцы любят кухню Конго, а конголезцы любят кухню Уганды.

История Амины — пример культурной адаптации, выходящей далеко за рамки простого выживания. Поддерживая работу своей лавки, Амина не просто обеспечивает свою семью. Она активно принимает участие в городской неформальной экономике.

Амина моет и сортирует зелень. Фотография: Айебаре Синдерелла. Используется с разрешения

Мигранты — двигатель экономики

Инициатором этих преобразований стала организация Bondeko Refugee Livelihoods Center, основанная преподобным Михаелем Лингиси и расположенная в Наджананкумби в районе Стелла. С момента создания в 1997 году из обычной системы соцзащиты центр беженцев превратился в сложную платформу, помогающую людям обрести экономическую самостоятельность.

Руководитель организации Поль Китима активно высказывается в поддержку локализации, считая, что наилучшие решения для беженцев способны принять сами беженцы. Китима сказал:

We have livelihood activities where we train refugees in different areas like hairdressing, tailoring, ICT, and makeup.

У нас есть программы профессиональной подготовки, где беженцев обучают парикмахерскому делу, шитью, ИКТ и визажу.

Он добавил, что в центре также есть сберегательные группы, которые обеспечивают необходимую подготовку в области предпринимательства и финансовой грамотности.

We have a total of 37 saving groups, attending to 1,110 individuals, with each group comprising 30 people.

В общей сложности у нас есть 37 сберегательных групп, каждая из которых состоит из 30 человек. Общее количество участников — 1100 человек.

Китима продолжил:

We help them to register as Community Based Organizations (CBOs) so they can access financial institutions to explore options like loans and other products.

Мы помогаем этим группам зарегистрироваться в качестве местных общественных организаций, чтобы у их участников была возможность обратиться в финансовые организации и воспользоваться различными услугами, например, кредитами.

Только в прошлом году организация Bondeko помогла более 3500 людям, работая как с беженцами, так и с местными жителями. Такой инклюзивный подход имеет ключевое значение для поддержания сплочённости общества и предотвращения конфликтов.

В центре доступно множество программ, начиная от современной пекарни и грибных ферм и заканчивая молодёжным центром и юридической клиникой, которая помогает семьям иммигрантов получить статус беженцев.

Новая глава самостоятельности

Переход к городскому предпринимательству стал необходимостью. Сокращение финансирования в 2026 году привело к радикальному уменьшению продовольственных пайков в лагерях, из-за чего невидимая миграция стала не выбором, а способом выживания. Всё больше людей отказываются от зависимости от гуманитарной помощи и переходят к активному участию в экономической жизни страны.

Как показывают примеры Пола Китимы и предпринимателей из Макиндье, когда у беженцев есть возможности для достижения успеха, они не просто выживают — они помогают строить будущее страны, которая их приняла.