Длинные очереди местных жителей на территории школ около полудня 12 февраля 2026 года. Избиратели выстраиваются в несколько длинных рядов, чтобы проголосовать, что говорит о высокой явке и длительных ожиданиях на избирательном участке Мирпур, расположенном в центре Дакки. Фотография автора, использована с согласия владельца

В Бангладеш 12 февраля 2026 года прошли выборы, которые многие называют историческим демократическим событием [анг] и первым по-настоящему конкурентным голосованием в стране за последние двадцать лет. Однако за всеми этими разговорами о новом демократическом старте и возрождении избирательного выбора скрывается сложный вопрос: что это за демократия на самом деле, и кто решил, что она настоящая?

По результатам голосования правоцентристская «Националистическая партия Бангладеш» (BNP) и её союзники одержали убедительную победу [анг], принёсшую им не менее 212 мест из 299 [бенг]. Ультраправая партия «Джамаат-и-ислами Бангладеш» (BJI) и её сторонники оказались на втором месте с 77 местами, в то время как «Национально-гражданская партия» [анг], созданная лидерами протестов 2024 года, дебютировала в парламенте с шестью местами.

Безоговорочная победа BNP — две трети парламентского большинства — поднимает принципиальные вопросы не только о том, кто выиграл, но и о том какая именно демократия формируется. Её можно назвать «демократией исключения» [анг] — голосованием, которое обеспечило процедурную честность во многом за счёт исключения партии [анг], правившей предыдущие пятнадцать лет. Тем самым в самом центре заявлений о демократической легитимности возникает парадокс.

Возвращение демократии участия: статистика электоральной активности

То, что случилось в тот день на 42779 избирательных участках [анг], можно назвать не иначе как выдающимся институциональным достижением — свидетельством работы скоординированного государственного механизма, технических нововведений и устойчивости демократических стремлений нации, изголодавшейся [анг] по реальному избирательному выбору.

Накануне голосования главный советник временного правительства Мухаммад Юнус выступил по телевидению и призвал всех сделать двенадцатое февраля «днём рождения новой Бангладеш» [анг], подчеркнув, что только сами избиратели могут выбрать будущее страны.

Выборы сопровождались крупнейшей мобилизацией сил безопасности за всю электоральную историю Бангладеш — на избирательных участках и стратегических объектах по всей стране заняли место 970948 сотрудников силовых структур [анг] из всех подразделений правоохранительных органов и вооружённых сил. В операции участвовали более 100000 военнослужащих армии, около 5000 представителей военно-морских сил, 3730 сотрудников ВВС, более чем 37000 пограничников и примерно 188000 полицейских.

Помимо этого, 1051 исполнительный магистрат [анг] получил полномочия проводить мобильные судебные заседания. Это позволило оперативно реагировать на нарушения, не откладывая рассмотрение дел на послевыборный период. На 25700 из 43000 избирательных участках полицейские использовали нательные камеры [анг] для записи происходящего, что помогло контролировать действия как чиновников, так и сотрудников службы безопасности в режиме реального времени.

Здесь можно наблюдать усиленную охрану возле избирательного участка в Пайкпаре, рядом с Модельной академией в Дакке. Изображение автора, добросовестное использование

Со 127,7 миллиона зарегистрированных избирателей [анг] — включая 64,8 миллиона мужчин, 62,9 миллиона женщин и 1234 избирателей третьего гендера — эти выборы стали одним из крупнейших демократических голосований в мире в этом году. Пятьдесят зарегистрированных политический партий выдвинули [анг] 1755 кандидатов, 273 независимых кандидата также боролись за места, что обеспечило избирателям реальный выбор. В рядах претендентов были и женщины — 63 от партий и 20 независимых.

Явка избирателей составила 59,44 % [анг] — это, конечно, не 80-87 %, которые можно было увидеть на действительно конкурентных выборах десятки лет назад, но всё же существенный подъём со спорных 41,8 % в 2024 году [анг]. Важнее всего, что они отражают [анг] честный выбор: люди голосовали по своему желанию, а не потому, что их уговорили или их бюллетени были сфальсифицированы.

Конкурентная среда: противостояние двух партий

В итоге борьба свелась к прямому противостоянию [анг] между BNP и «Джамаат-и-ислами» и её союзниками, среди которых была «Национально-гражданская партия», основанная студентами. Несмотря на простоту конфигурации, избиратели должны были выбрать между кардинально различающимися перспективами развития страны.

По результатам, партия BNP и её союзники не просто победили — они победили с большим отрывом, получив 212 мест [анг], что составило две трети голосов. 77 мест альянса «Джамаат-и-ислами» стали лучшим результатом за всю его электоральную историю [анг], что делает его главной оппозицией.

Крайне важно то, что лидер «Джамаат-и-ислами» Шафикур Рахман [анг] продемонстрировал демократическую зрелость и достойно признал поражение [анг], несмотря на возражения внутри партии. Он сказал [анг], что его политическая сила «признает результаты выборов, какими бы они не были» и не будет создавать никаких препятствий.

Глава избирательной комиссии AMM Насир Уддин озвучил итоги 13-х парламентских выборов 2026 года в здании избирательной комиссии Бангладеш в районе Агаргаон, в Дакке. Изображение: Wikipedia, предоставлено пресс-службой Бангладеш. Общественное достояние. 13 февраля 2026 года

Арифметика победы: что означают две трети на самом деле

Чтобы понять причину такой уверенной победы BNP, необходимо учитывать не только электоральную динамику, но и систему подсчёта голосов. Избирательная система в Бангладеш — относительная мажоритарная, то есть, для победы кандидатам нужно набрать не абсолютное большинство голосов, а просто больше, чем ближайший соперник. Эту систему страна унаследовала от британского колониального правления, и она дает победившей стороне значительное преимущество, в то время, как небольшие партии с рассредоточенной поддержкой остаются за бортом.

Многие аналитики отмечают, что по итоговым процентам голосов можно узнать больше [анг] о том, что действительно произошло. Согласно этой системе партия, набравшая 40-45 % голосов избирателей, может получить 65-70 % от всех мест, если её поддержка распределяется эффективно между избирательными округами. С другой стороны, партия с 30-35 % голосов может остаться лишь с 20-25 % мест, если её избиратели либо сконцентрированы в одном округе, либо сильно рассеяны по разным округам. Таким образом, настолько большой перевес BNP по местам в парламенте не обязательно означает, что они расположили к себе всех избирателей; это значит, что они победили там, где это важно.

Эта математическая реальность означает, что альянс «Джамаат-и-ислами», несмотря на лучший результат на выборах за всю историю [анг], мог бы получить значительно бОльшую долю народной поддержки, чем полученные 77 мест. Если альянс действительно набрал 30-35 % голосов, что предполагают некоторые прогнозы, это значит, что миллионы избирателей Бангладеш поддержали партии, влияние которых в парламенте, где у BNP две трети мест, будет крайне ограничено.

Предпочтения этих избирателей будут формировать парламентские дебаты и стратегии оппозиции, но у них практически нет шансов повлиять на реальные политические решения, в то время, как правящая коалиция может принять любой закон, включая поправки в конституцию, даже без согласия оппозиции.

Референдум: конституционная легитимность через народный мандат

На экране телефона избирателя — официальное приложение избирательной комиссии Бангладеш «Умные выборы», с информацией о конкретном избирательном участке. Изображение автора, добросовестное использование

Референдум по Июльской национальной хартии [анг] добавил ещё один уровень сложности и легитимности к избирательной кампании. Хартия предусматривала [анг] переход Бангладеш к двухпалатной парламентской системе, введение ограничения в два срока для будущих премьер-министров, укрепление независимости судебной власти и создание реальных механизмов контроля за исполнительной властью.

Озвученные в неофициальных результатах 65,5 % за Хартию [анг] говорят о том, что проголосовавшие уделили внимание вопросам о двухпалатной системе, об ограничениях по срокам и институциональных гарантиях, а не бездумно расставили галочки.

Более красноречивый показатель — 34,5 % [анг] проголосовавших против конституционных реформ, несмотря мощную волну поддержки. Вероятно, именно эта доля отражает ядро политической оппозиции, не поддержавшей инициативу временного правительства.

Связав выборы с более масштабными вопросами об управлении государством, организаторы голосования сумели превратить энергию июльской революции 2024 года в конкретные институциональные проекты — вместо того, чтобы позволить революционной риторике постепенно угаснуть без последствий.

Парадокс «Джамаат-и-ислами»: демократическое принятие антидемократических сил

Вот тут всё усложняется. Один из самых странных итогов этих выборов — возрождение «Джамаат-и-ислами». Партия, которая выступала против независимости Бангладеш в далеком 1971 году и была запрещена на протяжении долгих лет, продемонстрировала свой лучший результат, став главной парламентской оппозицией [анг].

Тот факт, что Бангладеш позволил «Джамаат-и-ислами» вернуться в политический строй, но отверг «Авами лиг» — силу, сыгравшую ключевую роль в борьбе за независимость в 1971 году, однако отстранённую от выборов после студенческих протестов 2024 года, ставших причиной свержения премьер-министра Шейх Хасины — выглядит [анг] неоднозначным. Он отражает политическое настроение сегодняшнего дня больше, чем какие-либо демократические принципы.

Так как «Авами лиг» была отстранена [анг] от участия, «Джамаат-и-ислами» позиционировала себя главной альтернативой для избирателей, находящихся в поиске «новой политической силы». В случае более инклюзивных выборов «Джамаат-и-ислами», возможно, получила бы значительно меньше мест; однако особые обстоятельства 2026 года создали [анг] возможности, которые партия эффективно использовала.

Предстоящий путь

После референдума, по всей видимости, страну ожидают [анг] большие конституционные преобразования. Однако их реализация потребует серьёзной и длительной работы над текстом документа. Наличие у BNP большинства в две трети мест говорит о том, что у этой партии есть возможность принимать любые законы.

Однако особенности относительной мажоритарной системы наводят на мысль [анг], что распределение мест в парламенте может не точно отражать реальную волю избирателей.