Студенты за учёбой в библиотеке Уюаня, Китай. Фотография: Jason Hu on Pexels. Свободное использование

[Все ссылки в тексте — на английском языке, если не указано иное.]

Автор: Салима Эннасаби

Число африканских студентов, уезжающих в Китай получать высшее образование, постоянно растёт. Молодых людей вынуждает мигрировать экономическая и социальная напряжённость.

Между 2011 и 2018 годами число африканских студентов в высших учебных заведениях Китая выросло с 20744 до 81562, что делает Китай второй после Франции по популярности страной среди африканских учащихся.

Больше всего молодёжи региона уезжает учиться за границу из Марокко: 18-е место в мире в 2022 году и 74289 студентов, которые получают образование за пределами родины.

Почему уезжают студенты?

Марокканским зумерам, которые остаются на плаву только благодаря поддержке семьи, учёба за границей открывает путь к лучшему образованию и перспективам трудоустройства, что позволяет надеяться на социальную защищённость и финансовую стабильность. 

В некоторых странах Европы, а также в Китае выпускники могут рассчитывать на стабильную работу, которая даёт возможность жить самостоятельно и планировать будущее. На родине такой стабильности не найти, так как там уровень безработицы среди молодых людей в возрасте от 15 до 24 лет достиг беспрецедентного уровня в 39,5 % в первой половине 2025 года, согласно анализу рынка труда, предоставленному Высшей комиссией по планированию (HCP). 

Если же кому-то удаётся найти работу, средняя зарплата после вычета налогов для выпускников университета не превышает 4,959 дирхам (550 долларов США) в месяц, что в таких городах, как Касабланка и Рабат, где арендная плата крайне высока, с трудом позволяет закрыть базовые расходы. 

В этих реалиях большинство чувствует себя заложником системы, которая не ценит их усилия.

«Нет возможностей и нет выбора», — объяснил 20-летний Ихсан в разговоре с фондом Фридриха Науманна. «Некоторые очень талантливые люди — я бы даже сказал гении — работают там, где платят недостаточно. И это очень печально потому, что я представляю себя на их месте в будущем, после получения диплома», — добавил студент-филолог, изучающий английскую литературу. 

Зумеры протестуют

Недовольство таким положением дел подтолкнуло сотни молодых марокканцев к организации протестов [рус], которые начались 27 сентября. Во время демонстраций, на которые власть отреагировала очень резко, активисты требовали реформ рынка труда, здравоохранения и образования — важных отраслей для развития человеческого капитала страны, — поскольку система образования очень слаба.

Систематические проблемы в сфере высшего образования сохраняются, несмотря на попытки властей изменить ситуацию. В 2021 году бюджет был увеличен до 16,9 % [pdf, 555 КБ] (выше среднего показателя Организации экономического сотрудничества и развития, ОЭСР, составляющего 12,4 %). При этом университеты всё ещё переполнены, некоторым студентам приходится заниматься, сидя на полу. В научных лабораториях недостаточно материалов для проведения экспериментов, и студенты могут рассчитывать только на своё воображение. Доступ к качественным программам сильно различается в зависимости от региона страны, что заставляет многих переезжать за сотни километров от дома в новый город, где нет мест в общежитиях, а стипендии недоступны.

Неудивительно, что молодёжь выбирает миграцию, как описывает Хаким, основываясь на собственном опыте жизни в прибрежных городах, расположенных ближе к Испании. С самого рождения даже дети из обеспеченных семей слышат, что Европа — это «рай», и хотят покинуть Марокко, находясь под влиянием родственников, живущих за границей, или того, что видят по телевизору.

Образовательные агентства и создатели контента пользуются растущим спросом на обучение за рубежом, трансформируя при этом рынок образовательного консалтинга.

Создатели контента устраняют информационные пробелы

Весомую роль в увеличении числа студентов, уезжающих в Китай, играет «электронное сарафанное радио». В Марокко, где около 97 % молодых людей активны в социальных сетях, цифровой контент, создаваемый местными образовательными агентствами, и студенческие рекламные кампании китайских университетов находят благодарных зрителей в лице потенциальных иностранных студентов. В подобном контенте используется простой, доступный язык и предлагается взглянуть на жизнь его создателей, которые уже учатся в Китае и часто имеют схожее с аудиторией происхождение.

Когда агентства или инфлюенсеры демонстрируют опыт, близкий и понятный аудитории, это формирует более прочную эмоциональную связь и вызывает больше доверия, чем классические рекламные кампании.

Алае Кандиль — известный инфлюенсер, которая делится информацией о Китае. На YouTube-канале с 200000 подписчиков она рассказывает о своей жизни иностранной студентки в китайском городе Ханчжоу.

В двухсерийном видеопроекте Алае и Абдеррахман Захид — основатель посреднического агентства Tawjeeh — откровенно рассказывают о своём опыте обучения в качестве иностранных студентов. Они поднимают такие важные темы, как вопросы безопасности, стереотипы о Китае в западных СМИ, качество китайских университетов и то, как по максимуму использовать студенческую жизнь.

В деятельности контент-креаторов, подобных Алае, прослеживается устойчивый паттерн: они сосредотачиваются на позитивных и вдохновляющих нарративах, продвигая образ жизни и преимущества обучения в Китае, избегая подробного разбора процедур поступления и бюрократических требований. Это позволяет привлечь аудиторию и при этом сохранить спрос на платные консультации и услуги образовательных посредников.

Создатели контента делятся на два типа: одни остаются в категории инфлюенсеров, фокусируясь на монетизации контента и сотрудничестве с образовательными агентствами, другие превращают работу в бизнес, запуская собственное агентство.

Образовательные агентства как посредники

Как правило, образовательными агентствами в Марокко руководят бывшие студенты [фр], по максимуму использующие личный опыт обучения в Китае. Так возникли организации в Касабланке, Рабате и Маракеше.

В целом, есть два вида образовательных агентств. Первый ориентирован на учебные заведения: такие агентства заключают контракты с университетами на привлечение студентов и получают вознаграждение за каждое успешное зачисление. Второй тип ориентирован на студентов; они берут деньги непосредственно со студентов за помощь в поступлении. Оба типа работают как онлайн, так и офлайн, организуя рекламные кампании в соцсетях и  образовательные ярмарки.

Официальные сайты агенств [фр] указывают, что при наборе студентов они опираются на три фактора: доступность, качество образования и перспективы трудоустройства. Последний фактор развит меньше, чем на традиционных направлениях, таких как Канада и Великобритания, где пути получения вида на жительство или гражданства ясны, хотя и не всегда просты.

В Китае международные студенты сталкиваются со сложным процессом смены студенческой визы (виза X) на рабочую визу (виза Z). Последняя требует предложение о работе, спонсорство работодателя и, чаще всего, минимум два года опыта работы за границей, что фактически вынуждает многих выпускников возвращаться на родину. Такие ограничения, наряду с языковыми и культурными барьерами, ещё больше сокращают возможности трудоустройства для иностранных выпускников.

Тем не менее молодёжь очень заинтересована в обучении в Китае, и образовательные агентства нашли готовый рынок среди марокканских студентов, многие из которых не знакомы с процедурами поступления в международные вузы, имеют ограниченный доступ к информации о финансировании и нуждаются в помощи в процессе поступления и получения визы.

Часть студентов довольны оказанной помощью, другие рассказывают о неэтичных практиках, когда интересы агентства — выше интересов студента. Блогер Валид Эламри [урду], обучающийся в Китае, записал видео о том, как его обмануло хорошо известное местное агентство. Ему пообещали поступление в университет на годичную языковую программу в Китае, а также визовую поддержку, но выяснилось, что курс проводится онлайн, и Валид не сможет никуда уехать. Блогер также собрал аналогичные отзывы в своём аккаунте Instagram, чтобы привлечь внимание к мошеннической деятельности некоторых образовательных агентств в Марокко.

Пока трудно сказать, как возрастающее влияние блогеров-студентов и образовательных агентств повлияет на мобильность марокканских студентов, выбирающих обучение в Китае, и на их опыт на всех этапах этого пути. Учитывая, как мало исследована эта тема, долгосрочные последствия остаются неясными. За всем этим кроется более важный вопрос: что ждёт Марокко, если самая образованная и талантливая молодёжь продолжит покидать страну.