Мужчина молится, перебирая в руках старые чётки бодхи в Непале. Фотография: CC BY-SA 3.0, Wikimedia Commons

Эта статья подготовлена в рамках программы Global Voices Climate Justice («Global Voices: Климатическая справедливость»), которая объединяет журналистов из стран с китайскоязычным населением и стран Глобального Юга для изучения влияния китайских проектов за рубежом. Другие материалы по теме — здесь.

Прошло несколько лет с тех пор, как лама Сингха Бахадур вернулся из шестилетней поездки в Малайзию, где он сначала работал на кухне, а затем прорабом. Оказавшись дома в Канпуре, в Кавре, примерно в 56 километрах от Катманду (Непал), лама несколько лет не работал, пока родственник не пригласил его присоединиться к бизнесу по производству буддистских чёток читта-мала. Мала из читты — разновидность чёток, которая очень ценится в тибетском буддизме.

Бусины для чёток читта-мала получают из семян растения Ziziphus budhensis [анг], или дерева бодхи, произрастающего в регионе Темал в центральном Непале.

Лама Сингха Бахадур измеряет размер бусин читта. Фотография: ​​Соня Авале. Используется с разрешения

Согласно анализу [анг, pdf, 695 КБ] Центра лесных исследований и обучения, опубликованному Министерством лесного хозяйства и охраны окружающей среды Непала, в первые годы буддистские чётки читта продавались всего за 2–5 непальских рупий. Но цена выросла, когда Далай-лама заявил [анг, pdf, 695 КБ], что бусины, найденные в Непале, отличаются высоким качеством.

«Двенадцать лет назад жители Темала подарили Далай-ламе буддистские чётки читта-мала, когда он посещал Бодхгаю, и рассказали ему об их важности. Вскоре после этого Далай-лама, выступая в Тайване, рассказал своим последователям, что чётки читта обладают особой силой. Так появился спрос, в том числе и со стороны китайцев», — рассказывает лама Сингха Бахадур.

Семена сортируют по количеству граней и размеру: односторонние бусины – самые редкие и ценные, как и бусины диаметром 7–8 мм. Чем меньше бусины, тем выше их цена. По словам местных посредников, мала из 108 бусин можно продать минимум за 1,5 миллиона непальских рупий (более 10 630 долларов США).

«Невозможно предсказать, дадут ли наши растения более мелкие бусины, сколько у них будет граней, насколько ясными они будут, — всё это естественные процессы», — говорит лама, который теперь занимается посадкой деревьев и консультирует непальцев по вопросам ухода за растением.

३-४ वर्ष आगाडी एक जना Chinese साथिले cover बनाएर ल्याएछ प्लास्टिकको ८म्म, ९म्म को, त्यो cover  राख्यो तर सबै झर्यो , fail  भयो। प्राकृतिक कुरा मा पनि मिल्छ र।

Три-четыре года назад китайский посредник придумал 7-миллиметровый пластиковый футляр для семян, надеясь, что так дерево вырастит множество мелких бусин. Но идея не сработала: растение погибло.

Спрос на высококачественные бусины читта настолько велик, что в прошлом году группа из 20 мужчин, предположительно нанятых китайским посредником, срубила дерево в Роси, которое, предположительно, принесло 30 миллионов непальских рупий (212 600 долларов США) годом ранее. Они вломились в деревню в час ночи и заложили взрывные устройства в дверь и двор хозяев. Четверо мужчин были арестованы, но позже освобождены под солидный залог.

Лама Сингха Бахадур измеряет размер бусин буддачитта. Фотография: Соня Авале. Используется с разрешения

Лама раньше зарабатывал 10 миллионов непальских рупий (70 880 долларов США) за каждое проданное дерево. На доходы от продажи семян буддачитта он построил новые дома и отправил дочь в Японию. Но, по его словам, рынок меняется непредсказуемо, в отличие от прошлого, когда китайские посредники скупали всё, независимо от размера и качества, главное, чтобы это были буддачитта. Лама вспоминает:

१० वर्ष अगाडी Chinaले सबै सामान उठाएको, बुद्धचित्ताको नाम भए पुग्ने, जस्तो खालको पनि, २०७२ सालमा नसोचेको भन्दा बढी पैसा आयो. त्यो हिसाबले २०७३मा मैले २०७२ सालको rateले मैले गाउँमा खरिद गरे तर Chinaका साथीले rate धेरै झरे त्यो साल। मैले एक कारोड लगानी गरेकोमा मात्र १७-१८ लाख मात्र उठेको थियो।

Ровно десять лет назад мы продали всё, что у нас было, по очень высоким ценам, даже те запасы, которые пылились годами. Год спустя я вложил почти 10 миллионов непальских рупий, посадив и купив всё, что смог найти, но потерял 70 процентов этих денег.

Он добавляет:

६ वर्ष सम्म तेस्तै rangeमा लगिरहेहो थियो, २०७९ देखि फेरि रेट आउन थाल्यो, ब्यापारी बढ्न थाल्यो… आहिले भुटानीहरुले sound नआउने खोजिरहेका छन्।

С того года появился спрос на определённые виды бусин, самых мелких. В течение следующих 5–6 лет рынок буддачитта переживал тяжёлые времена, прежде чем снова начал расти три года назад. Но теперь покупатели ищут бусины, которые не издают звуков при встряхивании.

Чётки бодхи-мала. Фотография: Wikimedia Commons. Лицензия: CC BY-SA 4.0

Экология дерева бодхи

Сейчас почти каждая семья в общине тамангов Темала и близлежащих районов, включая Канпур, сажает дерево бодхи. В среднем у них 50 деревьев. Растение хорошо растёт на гравийных и песчаных почвах и нуждается в защите от избытка воды. Оно вырастает до 8–10 метров и начинает плодоносить на третий год, а затем ежегодно после созревания. По данным Центра лесных исследований и обучения, одно дерево может плодоносить до 90 лет.

Плоды собирают вручную каждый июнь и июль, а затем обрабатывают. Твёрдая оболочка семян удаляется либо с помощью дхики [анг] (традиционной мельницы), либо путём кипячения, после чего зерна промывают и сушат на солнце несколько дней. 55-летний Дев Лама, тоже из Канпура, рассказывает:

उत्पादन तेमालमा भएको ६०-७० वर्ष भयो। First first मा अलिअलि चलेको थियो, आइलेको जति बोट पनि नहुने, अइले त घरै पिछे छ। २०७०-७१ साल तिर चै धेरै चलेको, Chinaमा चलेको १२-१३ वर्ष भयो।… मकैको ठाउँ मा पनि रोपछन्।

… यसको गुण भनेको एकचोटी रोपेपछि फेरि केहि गर्न नपर्ने, सजिलो। अब मकई भेने पछि हरेक वर्ष गर्न पर्यो। एक चोटी हुर्के पछि आली अलि सफा सुघर गर्यो, अलि अलि गोद मेल गर्यो, त्यति हो। पानी धेरै पर्यो, आसिन पर्यो भने damage हुन्छ भित्र। बिषालु औसधी छर्यो भने रोग लाग्छ, कालो दाग लाग्छ।

Наши семьи выращивают деревья буддачитта уже несколько поколений, как минимум 60–70 лет, но только 10–12 лет назад это растение стало приносить огромную прибыль. Настолько, что оно даже вытеснило традиционные культуры, такие как кукуруза.

…Что действительно помогает, так это то, что буддачитта не требуют особого ухода: достаточно прополки и полива, нужно защищать от града, а слишком большое количество химикатов может только навредить. Когда растение становится деревом, ему уже не требуется особого ухода, даже удобрений. Вам не нужно обрабатывать его каждый год, как кукурузу, которую нужно сажать из года в год.

Дев Лама из Канпура, недалеко от Темала в округе Кавре (Непал), демонстрирует свои деревья буддачитта. Фотография: Соня Авале. Использовано с разрешения

Крупные плантации буддачитта любят монокультурное высаживание, что может навредить окружающей среде. А вот семьи мелких фермеров в большинстве случаев осознают опасность монокультурного земледелия [анг] и выращивают деревья, чередуя их с другими сельскохозяйственными культурами. Фермеры говорят, что совмещение культур важно для здоровья почвы и повышения урожайности.

Сосед Дев Ламы, 33-летний Шова Шреста, добавляет: «Мы продолжаем выращивать и другие растения — кукурузу, перец чили, бобовые, фасоль, овощи,  включая цветную и белокочанную капусту, а также специи, которые помогают поддерживать высокий уровень питательных веществ в почве».

Между посредниками

Как правило, местные фермеры не продают семена напрямую китайским торговцам — работают с местными посредниками, которые берут небольшую (или значительную) долю, отправляя товар китайским торговцам. Однако даже посредникам достаётся лишь небольшая часть от той цены, за которую китайские торговцы в конечном итоге сбывают товар покупателям в Китае.

Теперь, когда деревья выращивает практически каждая местная семья, фермерам становится трудно находить покупателей. Зёрна порой приходится отдавать по заниженной цене, как это случилось с семьёй тамангов, живущей в деревне недалеко от Темала.

«В тот день меня не было дома, но позже сыновья рассказали, что муж продал целое дерево всего за 1500 непальских рупий [10,60 долларов США], — вспоминает Майя случай двухлетней давности. — Мы спросили его, почему он продал так дёшево, за сумму, на которую невозможно купить даже мешок риса. Он ответил, что всё равно продаётся плохо, а так мы хоть что-то получили».

Два года назад муж Майи продал дерево буддачитта, полное созревших зёрен, всего за 1500 найр. Фотография: Соня Авале. Используется с разрешения

Несколько недель спустя другой посредник, разыскивая деревья буддачитта, наткнулся на одну из семей тамангов. Этот человек попросил их сохранить семена, дал фермерам 55 000 непальских рупий (388 долларов США) и вернулся за созревшими семенами через несколько месяцев.

Семья тамангов узнала о деревьях буддачитта всего шесть лет назад благодаря родственнику, который дал им семена для посадки. Прижились только четыре дерева. Сыновья Майи пытались расширить хозяйство, высаживая больше  деревьев, но, не дождавшись скорого урожая, вырубили их.

Увы, хотя 60-летняя Майя Таманг и получила заметную прибыль два года назад, в прошлом году покупателей не нашлось из-за града, уничтожившего плоды. Удалось только продать семена тем семьям, которые сами хотели посадить деревья буддачитта. Однако в целом бизнес по производству бус увеличил доход семьи, зависящей от животноводства и сельского хозяйства.

«Честно говоря, мы сами не знаем, как правильно ухаживать за растением. Сначала мы использовали удобрения и химикаты, надеясь, что это поможет. Но деревья погибли, — рассказывает таманг Сонам ​​Сингх, сосед и родственник Майле, у которого на заднем дворе росло несколько деревьев буддачитта. — В прошлом году я купил новый саженец за 1000 непальских рупий [7 долларов США] в питомнике. Меня заверили, что из него получатся более качественные бусины, которые принесут доход до одного миллиона непальских рупий [7070 долларов США]. Через два года увидим, повезёт ли мне ещё раз».

Саженцы буддачитта обычно стоят около 500 непальских рупий, но некоторые питомники берут 1000 непальских рупий и больше за бусины с гранями или мукхи, поскольку чем больше граней и бороздок — тем больше денег приносит товар.

На вопрос, сотрудничают ли они когда-либо напрямую с китайцами, местные фермеры отвечают, что у них просто нет контактов, а даже если бы и были — всё равно из-за языкового барьера нужен посредник.

«Посредники избегают прямых контактов с китайскими покупателями — иначе потеряют наценку. Они убеждают нас, что наши бусины некачественные и стоят максимум 15 000 рупий, хотя настоящая цена — 50 000 и выше. Да и мы не знаем, как с ними общаться, даже если бы они сюда приехали», — говорит Сонaм Сингх.

Хикмат Бахадур Майнали из Канпура согласился: «Китайцам въезд в деревню запрещён… Уверен, в Китае эти бусины стоят гораздо дороже, чем здесь».

Хикмат Майнали рядом с саженцами деревьев буддачитта, готовыми к продаже фермерам. Фотография: Соня Авале. Использовано с разрешения

Между тем, лама Сингха Бахадур — одновременно и фермер, и посредник, и  торговец саженцами — говорит, что приход на рынок нового китайского покупателя всегда помогает, поскольку обостряет конкуренцию за бусины.

«В противном случае бывалые китайские покупатели, разбирающиеся в местных условиях, сговариваются между собой, и мы не получаем большой прибыли, — говорит он. — Некоторые мои соотечественники-непальцы пытались торговать напрямую в Китае, но рассказали, что получили ненамного больше, чем в Непале, и, кроме того, им пришлось потратиться на проживание и питание».