Ван Дурга, Приянка Бхарали, Рашми Бора, Дипанджали Бораик и Митали Боруах (слева направо). Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Использовано с разрешения

Соавтор статьи — Танудж Дхар

Холодным осенним утром, когда в джунглях округа Сонитпур штата Ассам на северо-востоке Индии забрезжил тусклый рассвет, тихий звук пробудил Приянку от беспокойного сна. Издалека едва слышно доносились предупреждающие крики лангуров. Не привыкшая жить в самом сердце национального парка, девушка осторожно открыла дверь, чтобы не потревожить спящих соседок по комнате.

Приянка перед лагерем «King Cobra» («Королевская кобра») на хребте Агоратоли в национальном парке Казиранга. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Использовано с разрешения

В тусклом утреннем свете она с удивлением разглядела двух тигров на возвышенности рядом с их лагерем. Вероятно, животные там ночевали. «Такова жизнь в джунглях», — заметила 23-летняя Приянка Бхарали в интервью Global Voices всего через два месяца после инцидента в Национальном парке Казиранга (KNP). Сама девушка родом из деревни Гарбхага в округе Сивсагар в Ассаме.

Митали перед началом патрулирования в глубоких джунглях. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Использовано с разрешения

Когда Митали увидела объявление в местной газете о наборе женщин-лесничих, она сразу же подала заявку, поскольку всегда стремилась найти профессию, которая позволит ей быть ближе к природе. «Процесс отбора сложный, но я была готова преодолеть все испытания», — рассказала 27-летняя Митали Боруах из деревни Гхармара в округе Лакхимпур. Позже Митали оказалась в числе 5000 женщин-лесничих [анг], активно работающих в индийских джунглях.

Рашми на контрольно-пропускном пункте Агоратоли. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Используется с разрешения

Работа в национальном парке Казиранга

Национальный парк Казиранга занимает площадь 430 квадратных километров, простираясь от холмов Карби-Англонг на юге до реки Брахмапутра на севере. Национальное шоссе 37 пересекает пять его горных хребтов — Бурхапахар, Багори, Кохора, Агоратоли и Бишванатх, что приводит к частым столкновениям между людьми и животными.

Однорогий носорог в лугах национального парка Казиранга. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Использовано с разрешения

В Казиранге, естественной среде обитания однорогих носорогов, последний случай браконьерства зафиксирован в 2021 году.

«Этих девушек не нанимают специально для ловли браконьеров, но если они замечают кого-то подозрительного в парке в течение дня, то немедленно сообщают об этом рейнджеру», — объясняет Суния Пегу.

«Патруль стартует в пять утра, проверяя конкретные участки — нет ли погибших животных или признаков браконьерства, — объясняет Дипанджали. — Потом мы проходим вдоль ограждений, вооружившись 7,62-мм одноствольными винтовками, а ночное патрулирование может продолжаться до десяти вечера».

Руководитель полевых операций парка Сонали Гхош рассказывает Global Voices: «Девушек направляют в самые уязвимые лагеря, и они тренируются наравне с мужчинами. Они также работают с женщинами из деревень, которые иногда участвуют в браконьерских сетях, — это помогает предотвратить убийство животных».

Бидьют Борах объясняет: «Они ещё не сталкивались с браконьерами, но используют стратегию территориального контроля — держат под наблюдением близлежащие насыпи внутри парка, чтобы перекрыть доступ браконьерам в Казирангу».

«Патрулирование джунглей с ружьём никогда не входило в мои планы. Поначалу было тяжело, во время стрельбы дрожали руки, потому что я боялась промахнуться. Но со временем я освоилась», — говорит 27-летняя Рашми Борах, которая стала лесничей вскоре после замужества в Джорхате.

Дипанджоли перед лагерем «Королевская кобра» — в самом сердце джунглей. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Используется с разрешения

«Когда я решила здесь работать — моя семья возражала, утверждая, что это мужское занятие. Было трудно их убедить», — рассказывает 21-летняя Дипанджали Бораик с чайной плантации Сварнапур в округе Джорхат. Но в итоге семья полностью поддержала девушку.

Дочери фермеров Приянка Бхарали, Митали Боруах, Рашми Бораах и Дипанджали Бораик присоединились к «Ван дурга» («Богиням леса»), в августе 2023 года в национальном парке Казиранга.

Очарование леса

«Меня всегда восхищала музыка джунглей, и я поставила перед собой цель — справиться со всеми трудностями лесной жизни ради этой работы», — говорит Митали.

«Эти девушки проходили подготовку в 11-м полицейском батальоне Ассама [анг] в Дергаоне, но они не привыкли к жизни в джунглях», — поясняет Суния Пегу, глава отряда «Ван дурга» [анг] в районе Восточного Агоратоли Национального парка Казиранга, простирающегося между округами Голагхат и Нагаон в Ассаме. Она также добавила, что персонал обучали сражаться, оперативно реагировать на чрезвычайные ситуации, поддерживать физическую форму, обращаться с оружием, учили стрелять. Частыми были ночные учения.

Женщины обсуждают распределение по зонам патрулирования. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Используется с разрешения

В лагере «Королевская кобра» Дипанджали поначалу боялась постоянно появляющихся змей: «Змеи повсюду. Их нет только зимой. Летом и в сезон дождей мы передвигаемся очень осторожно. Наш лагерь стоит на сваях, но место для купания находится на земле, где мы часто видим свернувшихся клубочками змей». Поначалу это пугало девушку, но со временем она привыкла.

«Наши сотрудницы очень смелые; жизнь в лесу стала для них совершенно новым опытом», — говорит Бидют Бикаш Борах, инспектор лесничества Агоратоли. Он добавляет: «Поначалу они нервничали, но быстро адаптировались и теперь работают без проблем».

Борах объясняет, что, помимо освоения различных методов охраны природы,  женщины постоянно учатся новому: как обращаться со змеями, наблюдать за птицами, распознавать деревья и травы».

Митали и Дипанджоли в патруле. Фотография: Арпита Дас Чоудхури. Используется с разрешения

Оставить мужа и семью в Джорхате и поехать на работу в Казирангу было  сложным решением. «Я сама выбрала профессию лесничей как приоритет при подаче заявления. После замужества это был сложный выбор, но я так решила», — говорит Рашми.

Руководитель полевого отделения  парка Сонали Гхош отмечает мужество девушек в телефонном интервью Global Voices: «Большинство из них родом из сельской местности, некоторые — из деревень, расположенных рядом с национальным парком, поэтому они уже немного знакомы с местностью. Пройдя интенсивную подготовку, они стали увереннее работать в джунглях».

В лагерях используются солнечные батареи, поэтому работникам приходится экономить электроэнергию. «Ночью мы слышим животных, гуляющих возле наших комнат, но не можем включить свет, чтобы их не спугнуть. Приходится сидеть в тишине, — говорит Приянка. — Мы всегда держим фонари наготове на случай чрезвычайной ситуации».

Долг превыше всего

В джунглях на спине слона. Фотография: Митали Боруах. Используется с разрешения

Рашми и Приянка, которых во время патрулирования на машинах не раз преследовали носороги и слоны, рассказывают: «Частые вторжения злят животных. Мы очень осторожны в джунглях и иногда стреляем холостыми, чтобы отпугнуть».

В Казиранге часто случаются сильные наводнения: парк страдает почти каждый сезон муссонов.

«Во время наводнений дороги к лагерям перекрыты, нет электричества, не хватает чистой питьевой воды, — говорит Митали. — Даже хищники, например, тигры, укрываются в высокогорьях недалеко от нашего лагеря».

«Мы ходим босиком по затопленным участкам, помогая самкам-носорогам и их детёнышам перебираться через залитые дороги, — рассказывает Дипанджали. — Мы также просим водителей снижать скорость, чтобы избежать опасных аварий».

Иногда лесничие используют надувные резиновые лодки для навигации по затопленному лесу. «Если животное попадает в ловушку, мы стараемся направлять его с безопасного расстояния», — говорит Суния.

«Богини леса» патрулируют ночью в сопровождении лесничего-мужчины. Фотография: GPS-камера. Используется с разрешения

Гош восхищается самоотверженностью группы: «Они справляются с трудностями во время наводнений».

Когда парк заливает — носороги вместе с другими животными уходят в более высокие районы Карби-Англонг-Хиллз через национальную трассу.

«Во время наводнения в июле 2024 года на шоссе NH 715 вдоль южной границы парка царил хаос, — говорит Гош. — Девушки помогали регулировать движение, направляя животных по девяти безопасным коридорам, спасали особей, оказавшихся в затруднительном положении, боролись с браконьерством. В итоге у нас рекордно низкие цифры гибели животных по вине человека».

Женщин-лесничих высоко ценят сотрудники полиции и местные жители. Бидют Борах говорит: «Эти девушки — пример для подражания. Работать в таких сложных условиях непросто, и каждый должен услышать их историю истинного мужества».