Изображение: Лиз Карриган и Сафа, с визуальными элементами Йоргоса Багакиса, Алессандро Крипсты и La Loma, использовано с разрешения

[Все ссылки в тексте — на английском языке.]

Эта статья была написана Сафой в серии «Цифровое неравенство» и опубликована сайтом tacticaltech.org. Отредактированная и переведённая версия материала предлагается на Global Voices в рамках партнёрского соглашения.

Когда люди говорят о противопоставлении естественного и искусственного, предполагается, что технологии относятся к искусственному, хотя элементы, материалы из которых создаётся техника, происходят из недр земли и обрабатываются множеством людей.

Но что же на самом деле является «естественным»? «Невозможно говорить о зелёной энергии, меняющей мир, без минералов, — заявил гуманист, лидер и оратор Каве Буламбо в своей речи в 2024 году. — Если вы копнёте глубже, пытаясь понять всю историю, то осознаете, что за блестящим ростом крупных технологических компаний скрывается целый мир эксплуатации мужчин, женщин, и даже детей, работающих на кобальтовых рудниках в [Демократической Республике] Конго».

Было бы нечестно пытаться отделить нарушения прав человека, связанные с созданием технологий, от их воздействия на окружающую среду. Сиддхарт Кара, исследователь вопросов современного рабства, высказывался о влиянии добычи кобальта на окружающую среду: «Миллионы деревьев срублены, воздух около шахт наполнен пылью и песком, а вода загрязнена токсическими стоками горндобывающих предприятий».

Кобальт и «зелёная» энергия

Кобальт — минерал потустороннего синего цвета, веками используется в искусстве. Он также необходим для изготовления перезаряжаемых батарей, как, например, в смартфонах, ноутбуках, электрокарах и многом другом. Кобальт — лишь один из природных ресурсов, обеспечивающих «революцию зелёной энергии». Однако этот важный минерал может быть токсичным при контакте с кожей и вдыхании, особенно в больших дозах.

Крупные месторождения кобальта обнаружены в Демократической Республике Конго — на их долю приходится более 70 процентов мировых запасов. Чтобы осознать весь негативный эффект добычи кобальта в ДР Конго, важно иметь представление о колониальной истории страны. Её природные ресурсы эксплуатировались даже после того, как республика обрела формальную независимость в 1960 году. И это наследие [pdf, 6,8 МБ] продолжает формировать горнодобывающую отрасль страны и сегодня. Колвези [pdf, 220 КБ] — город в ДР Конго, построенный Бельгией по системе городской сегрегации в стиле апартеида; сейчас вокруг него расположено множество крупных карьеров.

Добычей кобальта в ДР Конго занимаются как транснациональные корпорации, обладающие концессиями, так и местные горнодобывающие компании, но сейчас в регионе, в основном, доминируют промышленные рудники. Непромышленная и мелкомасштабная добыча (ASM) всё ещё широко распространена: тысячи шахтёров работают неофициально, в опасных условиях, добывая кобальт вручную. Кара рассказывает о том, как так называемые «кустарные старатели» — включая детей — роют землю в поисках кобальта: «На нижнем уровне этой цепи, откуда поступает почти весь мировой кобальт, творится настоящий ужас».

Что приходит на ум когда вы думаете о «непромышленном производстве»? Вряд ли это работники, добывающие минералы в опасных для жизни и здоровья условиях, за мизерную плату, которой хватает только на необходимое, либо в составе небольших бригад, выкапывающих минералы для коммерческой продажи. Термин artisanal буквально означает «непромышленный» и «ручной труд», и в этом контексте он применим к «ремесленной добыче». Однако культурные ассоциации иные — в голове всплывают образы уютного рынка фермерских продуктов, сыра или мыла ручной работы, но никак не сцены, где дети и взрослые выкапывают токсичные камни голыми руками под дулом пистолета.

Использование этого термина обусловлено низкотехнологичным характером работы: люди разрабатывают месторождения, которые либо нерентабельны, опасны, либо по другим причинам не подходят для крупномасштабных горнодобывающих компаний. Однако кустарная добыча — далеко не мелкомасштабный вид деятельности. Ею занимаются так или иначе более 100 миллионов человек по всему миру. Хотя на первый взгляд она кажется более щадящей, чем индустриальная добыча — на самом деле это отрасль с одним из худших рейтингов в плане нарушения прав человека. Ремесленная добыча — часто синоним отсутствия экологических и трудовых гарантий, а также нарушения прав женщин и детей.

Этот вид добычи распространён в Колвези, особенно в районах, где люди были вынуждены покинуть свои дома из-за крупномасштабных горнодобывающих проектов. Несмотря на попытки легализовать этот сектор, неофициальная добыча продолжается: сообщается о «крезёрах» («копателях», как их называют местные жители), продолжающих рыть под своими домами или на новых «незаконных участках за пределами официальных границ шахты». Как выразился один из шахтёров, Эдмон Каленга: «Минералы подобны змее, ползущей по деревне. Просто следуй за змеёй».

«Кровавый кобальт»

В докладе Amnesty International за 2022 год подробно изложены несколько случаев нарушений прав человека на трёх участках. Организация, собрав документальные свидетельства, спутниковые снимки и интервью с бывшими жителями, установила, что людей принудительно выселяли под предлогом перехода к новым методам добычи полезных ископаемых. Насильственные выселения — основополагающее нарушение прав человека, за которым следует утрата средств к существованию, а также других прав человека, таких как доступ к основным сервисам и услугам, включая здоровье и образование. Цель принудительных выселений — формализация горнодобывающего сектора, которой добивается правительство в коллаборации с горнодобывающими компаниями. Люди, живущие вблизи загрязнённых шахт, рискуют здоровьем. Горнодобывающий регион Демократической Республики Конго входит в десятку самых грязных территорий мира. Исследования подтверждают связь между воздействием тяжёлых металлов, таких как кобальт, и врождёнными дефектами: у детей была обнаружена высокая концентрация кобальта в моче.

Помимо уже упомянутых нарушений прав человека, бесчисленные экологические и медицинские издержки ведут к таким проблемам, как потеря биоразнообразия, загрязнение (воздуха, почвы, воды) и социально-экономические последствия нестабильности, насилия и утраты средств к существованию. За этим следуют иные проблемы — перемещение населения, гендерное насилие и распад культурных знаний. Алмазы — не единственный «конфликтный» минерал; как можно отметить, кобальт — один из многих минералов, которые добываются методами, вредящими людям и окружающей среде с разрушительными последствиями.

Компании, которые производят литиевые аккумуляторы, как Tesla, время от времени откликаются на публичные призывы к прозрачности цепочки поставок. Однако проблемы этических прав и прав человека обостряются по мере роста спроса на кобальт. Alphabet (материнская компания Google), Apple, Dell, Microsoft и Tesla обвинялись в том, что покупали кобальт, добытый с использованием принудительного труда, и намеренно скрывали связи с детским трудом, включающим детей, живущих в крайней нищете.

Когда суд Соединённых Штатов постановил, что компании, закупающие кобальт у поставщиков, не несут ответственности за их действия, в отношении Apple уже возникли новые сомнения. «Главный парадокс цифрового века заключается в том, что некоторые из богатейших, самых инновационных компаний мира могут продавать невероятно сложные устройства, но не обязаны указывать, откуда они берут сырьё для компонентов», — заявил Эмануэль Умпула, исполнительный директор Afrewatch (Africa Resources Watch).

Европейский парламент проголосовал за закон, обязывающий крупные компании проводить комплексную проверку соблюдения прав человека и охраны окружающей среды — шаг к привлечению корпораций к ответственности за нарушение прав со стороны их поставщиков. Однако сами цепочки поставок — не самый надёжный источник информации. В случае с кобальтом поставщики на перерабатывающих заводах могут смешивать кобальт, добытый с использованием детского труда, с кобальтом, добытым взрослыми. В итоге становится крайне сложно или даже невозможно определить, какой кобальт получен с нарушением прав. Более того, если кобальт добыт без использования детского труда, это ещё не означает отсутствия эксплуатации и ужасных условий работы. Для получения более подробной информации о комплексной проверке и подотчетности в горнодобывающем секторе Демократической Республики Конго Центр Картера [pdf, 4,9 МБ] выделяет несколько ключевых рекомендаций.

Из-за таких разработок, как ChatGPT, криптовалюта и быстрый интернет, мы будем потреблять всё больше энергии. Один исследователь обнаружил, что использование генеративного ИИ для создания одного изображения требует столько же энергии, сколько зарядка смартфона. В отчёте Goldman Sachs, многонациональной инвестиционной компании, говорится, что один запрос с использованием ИИ расходует в 10 раз больше электроэнергии, чем обычный поиск. И Google, и Microsoft сообщили об увеличении выбросов углерода в результате использования ИИ. Учитывая реальные угрозы дефицита воды и продовольствия, а также постоянное потепление климата, как долго планета сможет поддерживать эти системы? Когда мы наконец критически взглянем на природу, которая питает наши экраны, мы, возможно, увидим их токсичное воздействие на людей и планету.