Акция Lying flat («Лежать пластом»). Фотография: пользователь Flickr Митч Хуан, CC-BY-NC-ND 2.0

Государственная канцелярия интернет-информации Китая (CAC) объявила 22 сентября [кит] о начале двухмесячной кампании по ограничению контента, разжигающего враждебность и насилие, а также усиливающего пессимистические и негативные настроения.

CAC считает, что китайское общество поглощает негатив: семейные травмы, разочарование родителей в «неблагодарных детях», враждебность мужчин к «меркантильным женщинам», враждебность женщин к «лживым мерзавцам-мужчинам», критика «неамбициозной молодежи» на рабочем месте и насмешки над «странными начальниками». Теперь такой контент будет помечаться как негативный [кит] в широко распространяемом онлайн-бюллетене, публикуемом государственным Центральным телевидением Китая. Чиновники подчёркивают, что новая кампания CAC призвана положить конец «торговле» враждебностью и негативом.

В заявлении CAC также указывается, что кампания охватывает все онлайн-каналы, включая публикации в социальных сетях, видеоплатформы и платформы прямых трансляций, хештеги, комментарии, популярные темы, форумы и многое другое.

В течение недели после начала кампании были заблокированы четыре известных инфлюенсера из материкового Китая: Ху Чэньфэн (戶晨風), Чжан Сюэфэн (張雪峰), Лань Чжаньфэй (藍戰非) и Фанчжан (方丈). Каждый — с десятками миллионов подписчиков. Их посты и видео в социальных сетях, включая Weibo, Weixin, Xiaohongshu, Kuaishou, Douyin и Bilibili, удалены.

Кроме того, вынуждены умолкнуть пользователи, выступающие за умеренный образ жизни, также известные как «лежащие пластом» (躺平系), фан-сообщества и онлайн-тролли поколения Z (喷系少年). Их сообщения тоже массово удаляются.

Зарубежные аналитики предполагают, что главная мишень этой кампании цензуры — субкультуры в молодёжных онлайн-сообществах. Возможно [кит], это связано с рекордно высоким уровнем безработицы [анг] и растущим недовольством среди молодёжи в материковом Китае.

Согласно данным Национального бюро статистики Китая, уровень безработицы среди молодёжи в августе этого года достиг 18,9 % [кит]. Это новый максимум, поскольку методология расчёта уровня безработицы среди молодёжи была пересмотрена в декабре 2023 года после рекордного значения в 21,3 % в июне 2023 года. Корректировка методологии резко снизила показатель до 14,9 % в декабре 2023 года.

Понимание того, кто стал мишенью кампании, может раскрыть её логику.

Онлайн-инфлюенсеры обвиняются в «торговле» негативными настроениями

В разжигании конфликтов и повышении уровня тревожности в рамках текущей кампании по цензуре обвиняются четверо ключевых инфлюенсеров.

Первый из них — Ху Чэньфэн [кит], контент-мейкер на полную ставку, который начал прямые трансляции и съёмку видео в феврале 2023 года. Его излюбленные темы — из разряда «Социальный низший класс», «Жизнь обычных людей» и «Что можно купить на 100 юаней?». В последнее время он часто говорит о разделении потребителей на «любителей Apple» и «любителей Android». Первые изображаются как стремящиеся к высокому уровню жизни, а вторые — как потребители из низшего среднего класса, борющиеся за выживание.

В сентябре он сформулировал четыре критерия, которыми должна руководствоваться молодёжь при выборе города для проживания: наличие Sam’s Club, магазина Apple Store, международного аэропорта с прямыми рейсами в Японию, США, Австралию и другие страны, а также не менее десяти линий метро. Его высказывания были восприняты как разжигание классовой ненависти и подталкивание граждан к западному образу жизни и ценностям.

Вторая мишень-инфлюенсер — Чжан Сюэфэн [кит], консультант по образованию и депутат Народного конгресса провинции Цзянсу. Он запустил программу «Карта мечты» стоимостью 17 999 юаней (примерно 2530 долларов США), чтобы помочь детям из семей среднего класса поступить в престижные университеты. Критики считают его образовательную философию чрезмерно прагматичной. Чжана обвиняют в том, что, называя базовые дисциплины вроде математики, физики и химии «ловушками» для будущей карьеры, он лишь подогревает тревожность и мешает развитию интеллектуального потенциала страны.

Третий инфлюенсер — Лань Чжаньфэй [кит], прославившийся в 2018 году благодаря трансляциям онлайн-игр, а в 2023 году избравший жанр трэвел-блога и рассказывавший о своих путешествиях по миру. Его раскритиковали за смену направления, обвинив в пропаганде гедонизма и демонстрации богатства.

Наконец, Фанчжан [кит] (настоящее имя Цзян Юйчэн), получивший известность на видеоплатформе Kuaishou в 2014 году за публикацию комедийных видеороликов. Позже он провоцировал ссоры и драки с другими инфлюенсерами. Недавно его забанили за кибербуллинг в отношении видеоблогерши и блогера, выступающего против мошенничества.

Помимо инфлюенсеров, в борьбу также вовлечены онлайн-сообщества, включая «лежащих пластом», троллей и фан-клубы.

«Лежащие пластом», фанаты и тролли

Власти материкового Китая годами пытаются блокировать распространение движения «лежащих пластом». Его последователи выступают против феномена «инволюции» (жёсткой рыночной конкуренции) и мифов о меритократии и социальной мобильности.

За несколько недель до того, как CAC объявила о кампании, несколько видеоблогеров, продемонстрировавших «лежачий» образ жизни, были забанены [анг], в том числе «Сяо А онлайн» (小A在上網), «Девушка из интернет-кафе Сяо Цин» (網吧少女小青), «Десятилетняя легенда интернет-кафе» (十年網吧大神), «Лю Эр Гоу» (劉二狗) и «Ся Лао Эр» (夏老二).

Эти блогеры в основном рассказывают, как пытаются выжить вне капиталистической системы, избегая постоянной работы, проводя время в интернете, берясь за случайные заработки, а также экономя и сокращая потребление. Например, «Сяо А онлайн» демонстрирует непритязательный кочевой образ жизни по всему Китаю — он останавливается в хостелах за 400 юаней в месяц (примерно 55 долларов США), ночует в интернет-кафе и ест раз в день дешёвую еду на вынос, используя каждый день с пользой. По словам его фанатов [кит], Сяо А не строит из себя жертву и не принимает пожертвований, полагаясь исключительно на минимальные доходы от рекламы на платформе, чтобы выжить. Он выглядит вполне довольным жизнью.

Представители китайских социальных сетей Douyin и Bilibili заявили, что аккаунты этих авторов были удалены за «нарушение правил публикации контента», не уточнив, какие именно правила были нарушены. По мнению аналитиков, тренд «лежания пластом» относится к категории «негативных и пессимистических настроений», о которых говорится в последнем уведомлении китайского регулятора CAC. Когда «лежащие пластом» исчезли из публичного пространства, ведущие соцсети начали активно продвигать истории о «преодолении трудностей», вдохновляющие молодёжь оставаться оптимистами — даже в условиях низких зарплат.

Государственная канцелярия интернет-информации Китая более открыто высказалась о своей атаке на группы троллей, обвинив их в разжигании вражды и насилия. В числе упомянутых практик — доксинг, когда открыто публикуются в интернете личные данные человека, включая имя, адрес, место работы и т. д.

В июле 2025 года одно из китайских СМИ [кит] рассказало об индустрии кибербуллинга, действующей через иерархическую организацию онлайн-троллей, напоминающую банду. Ядро команды выбирает жертв, опытные участники обучают техникам доксинга, а сообщество разгневанных молодых людей преследует жертв как онлайн, так и офлайн. Такая молодёжь, как правило, активна в фан-сообществах, онлайн-играх, а также в кругах, создающих вторичный контент, в том числе пародии.

Хотя некоторые акты кибербуллинга связаны с организованной преступностью, иногда и обычные граждане раскрывают личные данные отдельных лиц. Это  своего рода тактика давления на государственные органы, чтобы заставить их решать проблемы, беспокоящие население.

Недавно китайские пользователи сети заговорили о подозрительной гибели 37-летнего актёра Юй Мэнлуна [анг] (于朦朧). Люди обвиняли известных деятелей индустрии развлечений и делились теориями заговора о «негласных правилах» (часто сексуального характера) в этой сфере. Мало кто поверил официальному решению о том, что смерть Юй Мэнлуна наступила в результате «несчастного случая».

В ответ на волну общественного возмущения, с 11 сентября (дня гибели актёра) по 23 сентября только Weibo удалила более 100 000 публикаций за распространение необоснованных слухов, закрыла более 1000 аккаунтов и заблокировала возможность комментирования более 15 000 аккаунтов. Кроме того, пекинская полиция арестовала трёх распространителей слухов в интернете. И даже это не заглушило обсуждение этой темы, просто пользователи перешли на зарубежные социальные платформы.

В заявлении CAC от 22 сентября также разъясняется, что организация считает проблемным поведением в субкультурах фан-клубов:

挑動群體極端對立情緒的操作是借社會熱話和事件，與個人身份、地域、性別等信息聯繫並污名化，挑動群體矛盾，又借影視、脫口秀和體育賽事等，鼓動飯圈粉絲群體惡意攻擊、謾駡和舉報等。

Манипуляторы общественным мнением используют горячие темы, чтобы стравливать людей, сводя разговор к вопросам пола, происхождения, региона и превращая индивидуальные различия в повод для вражды. Через фильмы, ток-шоу и спортивные мероприятия они втягивают фанатские сообщества в агрессивные кампании — от словесных атак до координированных жалоб.

Однако репрессии не сводятся к одним лишь злонамеренным атакам, они  касаются также постов, затрагивающих социальные конфликты. Например, если верить трактовке CCTV [кит], комментарии типа «оставайтесь одинокими и бездетными ради душевного спокойствия» и «все мужчины одинаковы» под постами о домашних конфликтах также считаются разжиганием крайней групповой вражды.

В прошлом мишенью онлайн-репрессий становился в первую очередь контент, задевающий государственные органы или социалистические ценности. Однако последняя кампания нацелена на так называемые негативные взгляды на жизнь, маркируя разрушительными и экстремальными любые мнения по вопросам гендера, образа жизни, занятости, образования и семейных ценностей, которые расходятся с официальной позицией.

В комментарии «Би-би-си» [кит] о масштабном подавлении свободы мнения сингапурский профессор государственной политики Саймон Ло предупредил, что этот план может вызвать жёсткую обратную реакцию. Дело в том, что корень негативных настроений, циркулирующих в материковом Китае, — это реальные социально-экономические проблемы, а идеологический контроль не способен решить проблему экономической стагнации или жестокой конкуренции на рынке труда. Ло опасается, что репрессии могут иметь обратный эффект и лишь усугубят пессимизм молодежи.