Женщины выходят с корзинами на мелководье, встречая рыбацкие судна, чтобы купить свежую рыбу в Порт-де-Пеш, или на Рыбацком пляже, в Нуакшоте, столице Мавритании. Фотография: Wikipedia, Attribution 2.0 Generic

Эта статья подготовлена в рамках стипендии Global Voices Climate Justice (Global Voices: климатическая справедливость), которая объединяет журналистов из синоязычных стран и стран глобального большинства для изучения последствий китайских проектов развития за рубежом. С другими статьями этого проекта можно ознакомиться здесь [анг].

Мавритания, западноафриканская страна с прямым выходом к Атлантике, славится процветающей рыбной промышленностью. Однако крупномасштабный промышленный лов рыбы иностранными траулерами угрожает отрасли, оставляя местное население без средств к существованию и лишая местных рыбаков возможности вернуться к нормальной жизни.

Хотя в водах Мавритании можно встретить суда со всего мира, согласно докладу Европарламента, не менее 80 % этих судов [анг] — китайские. Дело в том, что в июне 2010 года Китай через компанию Poly-Hondone Pelagic Fishery Co. подписал 25-летнее соглашение о сотрудничестве [анг] с Мавританией.

По этому соглашению власти Мавритании получают от Китая инвестиции в размере 100 миллионов долларов США [фр] на строительство и эксплуатацию рыбоперерабатывающего завода в Нуадибу, экономической столице и втором по величине городе на юго-западе страны. Взамен Мавритания передаёт Китаю права на рыболовство сроком на 25 лет, подкреплённые эксклюзивными лицензиями на эксплуатацию, что делает китайские рыболовные компании влиятельными игроками в этом секторе Мавритании.

По данным надзорных органов, бесконтрольный промысел рыбы истощил прибрежные воды Мавритании: это навредило как местным рыбакам, так и окружающей среде.

Крупные иностранные промышленные траулеры у берегов Мавритании. Скриншот из YouTube

О тотальном доминировании Китая в мавританских водах сообщали [анг] мавританские организации гражданского общества, а также международные организации, в том числе Greenpeace Africa. Уми Сен из Greenpeace Afrique призвал [фр] правительство Мавритании обеспечить охрану водных территорий.

Le gouvernement Mauritanien doit faire montre de responsabilité: il doit sauvegarder, maintenir et conserver ses ressources naturelles et protéger les moyens de subsistance de ses pêcheurs, qui en retour nourrissent et maintiennent le pays. Cette convention doit être dénoncée sans délai.

Правительство Мавритании должно проявить ответственность: обязанность властей — охранять, поддерживать и сохранять свои природные ресурсы, а также защищать своих рыбаков, которые кормят и поддерживают страну. Следует немедленно отозвать эту конвенцию.

Хотя вторжение китайского флота в мавританские воды можно рассматривать как шаг на пути к модернизации местной рыболовной промышленности, в итоге оно создало крайне неблагоприятные условия для развития региона. Очевидная недобросовестная конкуренция приводит к значительному сокращению рыбных запасов и наносит ущерб местным жителям.

Бедность рыбаков и пустота океана

Образ жизни жителей побережья Мавритании — рыболовство. Рыболовная отрасль — это всего 10 процентов ВВП страны [анг], но на неё приходится от 35 до 50 процентов экспорта и сотни тысяч рабочих мест, как официальных, так и неофициальных.

Хотя большая часть мавританских вод отведена китайским судам, это не мешает некоторым компаниям незаконно [фр] ловить рыбу в районах, зарезервированных для местных рыбаков, и заниматься серыми практиками [анг], как перелов и ловля рыбы вне сезона.

Китайский флот выходит в море на судах, оснащённых передовыми технологиями [фр]. С ним не могут конкурировать [фр] мавританские рыбаки на простых традиционных лодках, с самодельными снастями. Объёмы улова снижаются, и, как следствие, падают доходы.

Команда возвращается с промысла осьминога в Мавритании на пироге. Фотография: Wikipedia. Attribution-Share Alike 4.0 International

На берегу залива Банк-д'Арген [фр], недалеко от Атлантического океана, живёт несколько имрагуэн — кочевых общин, членов которой также можно найти в некоторых деревнях между Нуадибу и Нуакшотом на территории Мавритании. Рыболовство здесь — семейный бизнес на протяжении поколений. Ульд Сиди (псевдоним) — из семьи рыбаков. В интервью Global Voices он трезво рассуждает о своём будущем в дни, когда работа на море перестаёт приносить плоды.

Je suis née dans une famille où la pêche est l’unique activité génératrice de revenus que nous pratiquons. Cette activité a toujours rapporté de l’argent à notre famille. Mais depuis la période où nos autorités ont signé cet accord avec les chinois, tout est parti en vrille. Nous pouvons passer des jours en mer et revenir bredouille, parce que les chinois sont déjà passés par là avec leurs flottes. Le poulpe et le mulet jaune, deux espèces que nous pêchons ont disparu. C’est triste pour notre activité.”

Я родился в семье, единственный источник дохода которой — рыболовство. Так мы всегда зарабатывали деньги. Но с тех пор, как наши власти подписали это соглашение с Китаем, всё полетело к чертям. Мы можем провести несколько дней в море и вернуться ни с чем, потому что китайцы уже прошли там целыми флотилиями. Два вида, которые мы ловим обычно, — осьминог и кефаль — исчезают. Это печально для нашего бизнеса.

В мавританском рыболовстве [фр] один из главных объектов охоты — осьминог. Этот вид, наряду с жёлтой кефалью и другими редкими и очень важными видами рыб, исчез с радаров местных рыбаков после появления китайских флотилий. Это угрожает не только рыболовству Мавритании, но и Атлантическому океану в целом: запасы некоторых видов рыб уже истощаются [анг].

Обычно мавританские рыбаки держались близко к берегу и собирали огромный улов. Сегодня им приходится заходить на большую глубину [анг] в поисках рыбы. Это требует больших затрат топлива, но не даёт гарантии, что рыбалка будет успешной.

Причал с местными лодками в Мавритании. Скриншот из YouTube

Другой рыбак, пожелавший сохранить анонимность, считает, что несмотря на значительный вклад Китая в индустриализацию отрасли, будущее рыболовства Мавритании под угрозой:

Tant que les chinois seront présents dans ce secteur, la pêche mauritanienne est dans une impasse. Et les conséquences seront très graves pour l'ensemble du pays si rien n’est fait. Aujourd'hui, avec cet accord signé avec la Chine, les pêcheurs mauritaniens sont fortement exclus et marginalisés. Que deviendront les pêcheurs locaux une fois que cet accord aura pris fin? Les autorités doivent changer de cap et considérer notre contribution au développement socio-économique du pays.

Пока китайцы остаются в этом секторе — мы в тупике. И если ничего не предпринять, последствия будут очень серьёзными для всей страны. Подписание этого соглашения с Китаем привело нас в сегодня, где мавританские рыбаки в значительной степени исключены из процессов и маргинализированы. Что станет с ними, когда истечёт срок действия соглашения? Властям необходимо изменить курс и задуматься о нашем вкладе в социально-экономическое развитие страны.

Раньше улов попадал на рыбные рынки, где рыбу покупали и ели местные жители. Но теперь всё меняется: значительная часть рыбы, пойманной у берегов Мавритании, перерабатывается на иностранных заводах [анг], построенных на 600-километровом побережье страны. Там производят рыбную муку, рыбий жир и другие побочные продукты, которые затем отправляются за границу. Рыбная мука — это продукт из сушёной, измельчённой рыбы, который в основном используется для корма животных на промышленных фермах.

В интервью Southworld [анг] 69-летний Шейх Мухаммед Салим Бирам заявил, что правительство виновно в резком падении улова у местных рыбаков.

My neighbours come to me and complain because they haven’t caught anything. But what can I do against the government? They brought the Chinese into the country. They steal our fish and make meals for their pigs while our people don’t have enough to eat.

Мои соседи приходят и жалуются, что ничего не поймали. Но что я могу сделать против власти? Правительство завезло в страну китайцев. Они воруют нашу рыбу и готовят из неё пищу для своих свиней, в то время как нашим людям не хватает еды.

Рыбоперерабатывающий завод в Мавритании с траулером на заднем плане. Скриншот из YouTube

Что Китай думает об этой ситуации?

Пока мавританские рыбаки говорят об экономических трудностях и экологической нагрузке, китайские государственные СМИ рассказывают совершенно иную историю — о героической экспансии, взаимном процветании и ответственном развитии. В официальных государственных изданиях — «Синьхуа» [анг], «Жэньминь жибао», на портале «Один пояс, один путь» — китайские рыболовные предприятия изображаются не только как силы модернизации, но и как защитники окружающей среды и созидатели сообществ.

Китайские СМИ представляют партнёрство двух стран как крупный успех инициативы «Один пояс, один путь» [анг] (ОПОП), международного плана развития страны. «Мы движемся по новому Шёлковому пути» [кит], — заявили китайские рыболовные компании государственному изданию People’s Daily. На портале «Один пояс, один путь» [кит] один из опрошенных описал цели Китая в отношении Мавритании как «стремление к цивилизации через океаны».

«Плотные косяки рыбы курсировали вдоль берега», — писало агентство «Синьхуа» в 2018 году [кит], передавая восторг китайских предпринимателей, открывающих для себя западноафриканские воды. Океан называли «благословенной землёй» для дальнего рыболовства. Но местные мавританские рыбаки спустя пятнадцать лет используют совершенно иную риторику.

В то время, когда необходимо заниматься проблемой исчезающих видов, Мавритания изображается как страна «богатых ресурсов». Финансируемая государством часть [анг] африканского канала Китайской глобальной телевизионной сети (CGTN) именует страну «землёй обетованной для рыбаков».

Эти нарративы, которые старательно поддерживает руководство, в том числе председатель рыболовной компании Hongdong Лань Пинъюн [кит], формируют имидж Китая как щедрого партнёра в Африке, ведущего местных жителей к успеху [анг]. Это резко контрастирует с сообщениями на местах об истощении ресурсов, изоляции и невыполненных обещаниях.

Помимо истощения океана, местные мавританцы также говорят о чрезмерной добыче ресурсов китайскими компаниями на суше для реализации собственных планов развития. Китайская сторона преподносит эти действия как «строительство инфраструктуры». В одной из статей [кит], опубликованных на портале «Один пояс, один путь», говорится:

(“渔业公司却先做了建筑公司的活”)

В этой пустыне мы сначала стали строителями, и только потом рыбаками.

Чэнь Чжунцзе, президент компании Hongdong Fishery, вспоминает [анг] о работе компании по строительству дорог, холодильных установок, огромного «порта дружбы» [анг] и перерабатывающих заводов в Нуадибу. Он с гордостью отмечает, что даже воду приходилось возить на грузовиках за десять километров. Однако ни один из этих амбициозных проектов не помог местным жителям, которые лишились и заработка, и доступа в прибрежные воды.

Скриншот из видеоролика CGTN, рекламирующего китайский «порт дружбы» в Мавритании. Фотография: YouTube. Добросовестное использование

Последствия для региона

Теперь Китай обрёл репутацию мирового лидера незаконного промысла [фр]. Его флот годами действует [анг] в обход [анг] международных законов [анг] и правил рыболовства, тогда как местные жители требуют более строгого соблюдения правил охраны океана и соблюдения экологических норм. Китайская рыболовная промышленность, как правило, игнорирует правила, установленные для защиты океанов и их экосистем от растущих угроз, таких как загрязнение, изменение климата и чрезмерная эксплуатация.

На берегах Банк-д’Аргена будущее потомков рыбаков-кочевников туманно: им не дают сесть со всеми за стол переговоров, и всё меньше рыбы остаётся для них в океане.

Но эта проблема не ограничивается Мавританией. Страдает, по большому счёту, вся Западная Африка [анг], воды которой бороздят преимущественно иностранные суда. Три четверти [анг] этих кораблей, по оценкам, китайские.

У рыбаков, чья работа была единственным способом прокормить себя и семью, мало вариантов. Некоторые уезжают в города в поисках нового места, другие переходят работать на китайские рыболовные суда, соглашаясь на рабские условия [анг], а некоторые предпочитают мигрировать в другие страны в поисках лучшей жизни. Фактически, спад в западноафриканской рыболовной промышленности привёл к увеличению числа попыток нелегального проникновения в Европу [анг], часто со смертельным исходом.

Без немедленных изменений в промысле рыбаки Мавритании обречены на дальнейшие лишения — и, рано или поздно, отчаяние вынудит их пойти на крайние шаги.