Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Спровоцировал ли COVID-19 кризис веры в грузинском православном сообществе?

Православный священнослужитель окропляет святой водой улицы Тбилиси 17 марта. Фото предоставлено Мариам Никурадзе / OC Media. Используется с разрешения автора.

[Все ссылки ведут на страницы на грузинском языке, если не указано иное.]

Пандемия COVID-19 затронула мир весьма неравномерно; успех Грузии в борьбе c вирусом стал сюрпризом для всех остальных стран.

Такой удаче находятся разные объяснения, включая обвинения в сокрытии подлинных масштабов и реальной статистики (согласно карте Университета Джона Хопкинса [анг] на 29 июня в стране зарегистрировано 926 подтверждённых случаев заражения и 15 смертельных исходов). Какой бы ни была реальная ситуация, первая волна по-видимому ослабевает, что даёт возможность поразмышлять над ответной реакцией известных деятелей и государственных учреждений на Южном Кавказе.

Грузинская православная церковь обладает колоссальным общественно-политическим влиянием в стране, где 83,4% населения являются её прихожанами. Будучи подвергнутой репрессиям в годы советского режима, церковь затем получила значительную материальную поддержку из государственного бюджета и возможность восстановления права на церковную собственность, которая, по информации местных НПО на 2016 год, оценивалась в несколько десятков миллионов лари (с того времени данные финансовые привилегии были опротестованы [анг] национальным Конституционным судом).

Церковь вызывает всеобщее уважение в грузинском обществе. Согласно исследованию Национального демократического института (НДИ) и CRRC-Грузия, опубликованному в минувшем январе, на ноябрь-декабрь 2019 года 50% населения безоговорочно доверяли церкви. Однако этот показатель неуклонно падает: в июле 2019 года он был на уровне 64%, а в предыдущие годы ещё выше.

Это означает, что деятельность церкви в период пандемии заслуживает пристального внимания. Некоторые наблюдатели задаются вопросом, навредит ли эта деятельность популярности церкви ещё больше.

Грузия официально зарегистрировала первый случай заболевания COVID-19 26 февраля. Первая реакция Грузинской православной церкви последовала 17 марта, когда священник окропил святой водой центральные улицы Тбилиси, столицы Грузии. Протоиерей Шалва Кекелия назвал это действие способом обращения к Богу за помощью в защите страны и населения от вируса. Три дня спустя патриархия выступила с заявлением, призывающим прихожан с ослабленным здоровьем избегать контактов с другими до тех пор, пока они окончательно не выздоровеют, и предложила проводить церковные службы на открытом воздухе, дабы предотвратить собрание большого количества народа в маленьких помещениях.

С увеличением случаев заражения COVID-19 правительство Грузии 21 марта объявило чрезвычайное положение [анг], запретив собрания свыше десяти человек. Когда же у премьер-министра Георгия Гахарии поинтересовались, распространяется ли этот запрет на церковные службы, он ответил, что «это относится ко всем и ко всему». Последовало общественное обсуждение безопасности посещения церковных служб, приведшее к публикации 25 марта заявления патриархии. В нём утверждалось следующее: хотя церковные службы будут продолжаться, церковь поддерживает принятые государственные меры по контролю кризисной ситуации. В заявлении также отмечалось, что некоторые СМИ описали всю ситуацию таким образом, словно намекали, что церковь может быть обвинена в распространении вируса.

Попытки властей найти общий язык с церковью и верующими потерпели крах в начале апреля, когда подошёл срок Вербного воскресенья и Пасхи. Гахария заявил [анг], что будет смотреть пасхальную службу дома по телевизору, а министр здравоохранения Екатерина Тикарадзе порекомендовала людям молиться дома, ибо «Бог повсюду», а не только в церкви.

Тем не менее, духовенство Грузинской православной церкви осталось неколебимо и заявило, что церковные службы будут продолжаться. Однако священнослужители подчеркнули, что ввели правила социального дистанцирования, призвали прихожан слушать проповеди снаружи из громкоговорителей, приказали продезинфицировать места богослужений. Церковь оказалась менее гибкой касательно других ритуалов: к примеру, использование общей ложки для причащения вином во время церковных обрядов. «Совершенно неприемлемо членам церкви подвергать сомнению таинство причастия и демонстрировать это такими действиями, как отказ разделить общую ложку, якобы потенциальный источник заражения», — гласило церковное заявление после собрания Синода 20 марта. 

В ответ на решение Синода Гига Бокерия, оппозиционный политик от партии «Европейская Грузия», намекнул, что церкви не следовало бы ожидать особого к себе отношения, и что ограничения должны одинаково применяться ко всем учреждениям и гражданам. 

მორწმუნე ადამიანებს, ან მათ ნაწილს უფლება აქვთ, არ სჯეროდეთ მეცნიერების, ან მიიჩნევდნენ, რომ მათი მნიშვნელოვანი რელიგიური რიტუალის დროს მეცნიერება არ მუშაობს, როგორც ახლა გვესმის, თურმე, კოვზით ზიარებისას დაავადება არ გადავა ადამიანებზე, რაც ჩემთვის არის აბსურდი, მაგრამ მათ აქვთ უფლება, რომ ამის სჯეროდეთ. თუმცა ეს უფლება სამოქალაქო სეკულარულ სახელმწიფოში მთავრდება იქ, სადაც იწყება სხვების უსაფრთხოება

Верующие, или, по крайней мере, некоторые из них, имеют право не верить в науку или верить, что законы науки не распространяются на значимые религиозные таинства в том смысле, в каком они понимаются. Мне кажется абсурдным считать, что при использовании общей ложки болезнь не передается от человека к человеку, но в их праве верить или не верить в это. Однако в цивилизованном светском государстве права одного заканчиваются там, где начинается безопасность другого.

Поэтому часть грузинского населения по-прежнему ожидала Пасху с чувством беспокойства [анг]. Седьмого марта грузинский теолог и бывший протоиерей Василий Кобахидзе дал интервью каналу Pirveli TV, в ходе которого он критиковал патриархию за подход к COVID-19. Кобахидзе, живущий во Франции, заявил, что церковь превратилась в «государство внутри государства» и может способствовать распространению болезни. В то же самое время он подчеркнул, что политическая элита страны и высокопоставленные представители духовенства сами не рискуют, потому что им явно не придётся столкнуться с проблемами получения медицинской помощи.

И несмотря на то, что 15 апреля правительство объявило о закрытии четырёх крупнейших грузинских городов (Тбилиси, Кутаиси, Батуми, Рустави), подготовка к большому пасхальному бдению продолжилась. Тикарадзе крайне деликатно заметила, что всем членам грузинского сообщества, включая церковь и каждого гражданина страны, придётся разделить общую ответственность с правительством ради победы над вирусом.

Отец Шалва Кекелия, настоятель храма Преображения Господня в Тбилиси (район Ваке) рассказал, что намеревается подготовить на этот вечер временное здание для богослужения — даже при соблюдении условия социальной дистанции храм должен вместить 2000 человек. Это позволило бы верующим оставаться в церковных помещениях всю ночь, избегая нарушения комендантского часа. В подобном же ключе архиепископ Иаков Бодбийский, один из влиятельнейших священнослужителей, подчеркнул в интервью «Интерпресс», что церковь никому не приказывала посещать службу, и что «христиане должны сами нести за себя ответственность».

17 апреля Кобахидзе заявил в другом интервью, что стремление патриархии к проведению крупных церковных богослужений представляет серьёзную угрозу здоровью населения. И оказалось, что не только известные критики церкви поддержали его высказывание. В тот же день 13 священнослужителей подписали открытое письмо с заявлением о временном отказе от участия в литургии:

ქრისტესთან ჭეშმარიტი ურთიერთობა, მასთან ზიარება მხოლოდ ტაძარში სიარულით არ გამოიხატება. ჩვენ სხვაგვარადაც შევიქნებით ქრისტეს ჭეშმარიტი ტაძარნი, როგორც მისი სხეულის ნაწილნი (ეფ. 5,30) და მის წმიდა სხეულს ჭეშმარიტად თანაზიარნი. ვინც დღეს ეპიდემიის გამო თავს იკავებს ღვთისმსახურებაზე შეკრებისაგან, არათუ ქრისტეს ღალატობს, პირიქით, ცდილობს მოცემულ ვითარებაში აღასრულოს სულიერი ლიტურგია მოყვასის მსახურებისა. მოშიშება ყოველთვის სიმხდალეს არ ნიშნავს, ხანდახან იგი დიდი საქმის საფუძველი ხდება.

Истинное общение с Христом заключается не только в посещении церкви. Мы можем создать подлинный храм Господень другим способом, как причастники Его Божественного Естества. Те, кто сегодня воздерживаются от участия в молитвенных собраниях из-за эпидемии, вовсе не предают Христа, а наоборот — делают всё, что в их силах, дабы провести духовную литургию с мыслями о своих ближних, учитывая нынешнее положение. Страх не всегда означает трусость, иногда он может служить почвой для великих деяний.

И всё же в ходе подготовки к Пасхе и Страстной Пятнице грузинское православное духовенство, по-видимому, на своё усмотрение выбирает, какие ограничения соблюдать. Во время карантина в Грузии движение транспортных средств было запрещено с 12:00. Тем не менее 17 апреля патриархия заявила, что данный запрет не был заранее с ними согласован, и что духовные лица, члены церковного хора и служки будут свободно передвигаться на машинах для посещения служб.

Таким образом пасхальная литургия была проведена с меньшим количеством прихожан, чем в предыдущие годы, а многие из присутствующих являлись родственниками священнослужителей.

Сотни прихожан по всей стране посетили службу 18 апреля, несмотря на призывы властей оставаться дома. В Свято-Троицком кафедральном соборе в Тбилиси, по информации Reuters [анг], все носили маски и в целом соблюдали социальную дистанцию. Вирус поселил страх в сердцах многих людей, и это направило их разум к Богу, — сказал патриарх Илия II в своей пасхальной речи. «Нам не следует бояться искушения, христианин принимает трудности с благодарностью и видит присутствие Господа во всём… и в то же время старается найти верное решение в текущей ситуации», — продолжил глава Грузинской православной церкви.  

И хотя несколько случаев заражения COVID-19 были выявлены среди представителей духовенства, как например у служащего церкви в Цхнети [анг] в пригороде столицы Грузии, сложно определить, являлись ли в итоге причиной именно публичные моления. Тикарадзе, министр здравоохранения Грузии, заявила 5 мая, что власти не обнаружили массовых случаев заражения COVID-19 в церковной общине.

Может быть уже и не важно, заразились ли прихожане или нет. Для некоторых в Грузии реакция церкви на связанные с COVID-19 государственные ограничения раскрыла истинное отношение духовенства к государству и заставила задуматься, могут ли извлечённые из пандемии уроки вызвать кризис доверия к Грузинской православной церкви в обществе.

Перевод: Жустарева Людмила

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо