Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Иран протестует: пули над головой и отключение интернета

Протестующие на демонстрации в районе Содегийе (Ариашехр), Тегеран, 15 ноября 2019 года. Авторское фото GTVM92, CC BY-SA 4.0

После того, как в полночь 15 ноября правительство Ирана объявило о резком повышении цен на бензин, по всей богатой нефтью стране вспыхнули протесты. Объявление было сделано как раз в тот момент, когда страна оказалась в тяжелом экономическом положении из-за жестких санкций США, коррупции и проблем в руководстве финансовыми учреждениями. Правительство заявило, что повышение цен направлено на увеличение доходов с целью финансирования выплат пособий беднейшим слоям населения.

Правительство отреагировало на протесты жестоким обращением и огнем на поражение, однако пока не смогло их остановить. Лозунги, по большей части,  несут скорее политический, чем экономический характер: протестующие скандируют лозунги против лидеров Исламской Республики, внешней политики, а в некоторых случаях выражают поддержку династии Пехлеви.

Amnesty International осудила жесткие меры, предпринимаемые государством.

Мы в ужасе от сообщений о том, что в Иране с пятницы были убиты десятки протестующих, сотни ранены и более 1000 арестованы. Мы встревожены тем, что власти отключили интернет, чтобы скрыть свои жестокие действия информационной блокадой. Мы ведем расследование.

Правительство Ирана поспешило [анг] выплатить обещанные пособия миллионам граждан. Это показывает, что власть обеспокоена масштабами протестов, во время которых протестующие поджигают банки, религиозные школы, военные базы и правительственные учреждения.

Иран протестует, день 4: протестующие перекрыли шоссе Тегеран-Карадж важный транспортный маршрут. #InternetForIran [Интернет для Ирана]

Пули и цветы

Примерно два года назад в Иране проходили массовые акции протеста, довольно похожие на нынешние, однако между ними есть ряд отличий.

Саид Пайванди, парижский ученый и социолог, рассказал Global Voices, что «нынешнее движение спонтанное, у него нет лидеров и таких неясных требований, как в 2017-2018 годах». Пайванди отмечает, что лозунги протестующих особенно направлены против таких деятелей, как Высший руководитель аятолла Хаменеи, и президент Рухани. По словам Пайванди, еще одно существенное отличие заключается в том, что «протестующие, в отличие от двух лет назад, пытаются привлечь внимание путём оккупации улиц и площадей».

Пайванди заявляет, что резкий рост цен на бензин «придал движению экономическую легитимность, хоть лозунги быстро и стали радикальными. Основная проблема, как и прежде, состоит в том, чтобы завоевать общественное мнение и вывести людей на улицы».

Пайванди говорит, что значительная часть населения согласна с протестующими, но не решается присоединиться к ним. «Власти знают о нерешительности среднего класса и не зависящей от государства элиты. Именно поэтому они создают хаос и небезопасность. В краткосрочной перспективе победителем выйдет иранское правительство, поскольку средний класс побоится присоединяться к протестующим».

Люди умирают в тишине.

Шахед Алави, журналист, который следит за протестными движениями, рассказал Global Voices, что одним из главных отличий является диапазон участвующих в протестах социальных классов. «Два года назад, говорит Алави, протестовали в основном бедные люди из небольших городов. Но в этот раз к ним присоединился средний класс, протесты шире по охвату и возникли как в малых городах, так и в больших (Тегеран, Шираз, Исфахан)».

Еще одно ключевое отличие, по словам Алави, — это использование крайних форм насилия со стороны силовых структур. Согласно источнику в Министерстве внутренних дел, число погибших составляет около 200 человек, тысячи получили ранения и по меньшей мере 1000 человек были арестованы. Иранский Корпус Стражей революции также сообщил, что в результате столкновений с протестующими погибли трое его членов.

В то время как в стране повсеместно наблюдаются насилие и репрессии, некоторые протестующие призывают к миру и отказу от применения насилия:

Протестующие в Ширазе дарят цветы полиции со словами «Мы не враги».

Где интернет?

Еще одно отличие от предыдущих протестов это масштаб [анг] отключения интернета.

Иран может похвастаться богатым опытом цензуры, фильтраций и репрессий против интернет-пользователей, но почти полностью отключив интернет [анг] в субботу 16 ноября, правительство вышло на новый этап. Альп Токер, генеральный директор неправительственной организации NetBlocks, которая работает в сфере цифровых авторских прав, рассказал CNN [анг], что нынешнее отключение в Иране — «самое серьезное из когда-либо замеченных NetBlocks в какой-либо стране в плане технической сложности и масштаба».

Амин Сабети, исследователь интернета из Лондона, отмечает, что в то же время президент Рухани и министр информационных и телекоммуникационных технологий продвигают идею свободного интернета. «Мы увидели полное отключение в Иране, говорит Сабети. Сейчас основной способ общения — это старый добрый телефонный звонок».

Посол США в Германии заявил [анг], что у США есть техническая возможность восстановить интернет-соединение в Иране, но Сабети не считает это возможным.

Внимание международного сообщества

Иранцы, проживающие за пределами страны, пытаются привлечь внимание к ситуации, организуя демонстрации, но оказать давление на правительство Ирана сложно, так как страна давно находится под санкциями и уже достаточно изолирована.

По словам Азаде Пурзанд, правозащитницы и директора Фонда Пурзанд, правительство Ирана искренне заботится о своем международном имидже.

Пурзанд утверждает: «У международного сообщества, безусловно, есть рычаги воздействия на Иран в свете недавних беспорядков и применения насилия при подавлении протестов. По крайней мере избиения и убийства протестующих могут стать обременительными для Исламской Республики и привести к потере оставшейся международной легитимности».

Однако Пурзанд считает, что недавние протесты не получают того внимания, которого они заслуживают. «Частично это может иметь отношение к политическим соображениям некоторых газет и изданий, говорит она. Но есть и еще один фактор, который следует учитывать на этот раз: мы видим глобальную тенденцию в отношении недовольства граждан, восстаний и протестов. Например, сейчас в новостях говорят о протестующих в Гонконге, но они протестуют уже несколько недель и раньше не всегда попадали в заголовки. В последнее время так много произошло в Чили, и я не уверена, что иранцы следили за теми событиями так же, как они (мы) хотели бы, чтобы мир следил за нами».

По этой причине Пурзанд считает, что ключевой является роль иранской диаспоры. «Скажем так,  говорит она.  Если международного освещения недостаточно, то мы также частично виноваты в том, что у нас недостаточно ресурсов для своевременного и эффективного общения с международными изданиями и на таких языках, как английский, французский, немецкий, арабский, испанский и т. д. Давайте не будем забывать и то, как трудно получать новости из Ирана и проверять их. Международным газетам нужны постоянные обновления и свидетели, которых, к сожалению, не хватает. Тем не менее иранцы рискуют своими жизнями, чтобы привлечь правительство к ответственности. По крайней мере, они заслуживают того, чтобы их признали, а не проигнорировали».

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо