Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Из Сирии миру: заметки о тирании, войне и отчаянии

Фотография Carabo Spain с Pixabay.

Автор: Джихад Эддин Рамадан (Jihad Eddin Ramadan)

Основанные на реальных событиях и историях из жизни сирийцев, в том числе друзей и родственников автора, эти заметки отражают многие аспекты сирийской трагедии и проливают свет на хрупкость жизни сирийцев. В них — чёткое, громкое послание о том, что сирийцы заслуживают мирной жизни, достоинства и свободы — точно так же, как и все остальные в мире. Эти заметки написаны на арабском и переведены на русский с английского текста Тесбих Хаббаль (Tesbih Habbal).

«Я ребёнок, учусь в начальной школе на востоке, на западе, на юге, на севере Сирии, или где-то в центре. На самом деле, неважно, где моя школа. Когда-то я мечтал стать учителем. Моя школа, как и мои мечты, лежит в руинах. Внезапно я оказался беженцем, без мечты, в каком-то лагере».

«Я младенец. Я живу с семью братьями в жалком домике. Но я люблю наш домик. Это мой рай, моё надёжное убежище. А потом, одной тёмной ночью, дикие звери, одетые в человеческие шкуры, вломились в него. Они безжалостно убили меня и моих братьев. Ах, папа, они сделали это, потому что ты сказал „нет“».

«Я надоедливый ребёнок. Каждый день в Рамадан я прошу маму купить мне праздничную одежду и новую обувь. Моё нытьё прекратилось, только когда я примерил новый наряд и туфли. Я смотрю, как мама складывает новую одежду в шкаф — она спрятала её до грядущего праздника [Ураза-байрам]. И тут в одно мгновенье моё тело прошил снаряд. Чтобы не слышать моих криков, мама положила мой праздничный наряд и новые туфли на мою могилу».

«Я быстро повзрослел, увидев, как они жестоко убивают моего отца и двух братьев на блок-посту. Лучше бы они не оставляли меня в живых, блуждать по холодным улицам в одиночестве. О Господи, почему они просто не убили и меня! Чтобы меня больше не считали безумным…»

«Я музыкант. Я играю на скрипке. Мои песни были полны ярости ради моего любимого района. Я сеял семена надежды в сердцах людей. И с помощью своих мелодий я боролся с горем и смертью, пока душа моя не упокоилась на небесах».

«Я ещё совсем девчонка, но мой насильник сделал меня взрослой — в восемь лет. Он вторгся в моё тело в маленькой комнатке в школе. Я зашла туда купить конфет. Он дал мне конфеты и чипсы и сказал: „Не волнуйся, ты можешь взять их бесплатно“».

«Я хороший парень. Я взял в руки оружие, чтобы защищать свою страну. Я знал, кто мои враги, а кто — друзья. Я никогда не думал, что меня может убить мой брат и товарищ по лагерю. Когда они хоронили меня на Кладбище мучеников недалеко от моего родного города, я видел лицо моего убийцы. Он плакал. Это был мой брат, моя плоть и кровь. Он предал меня за несколько долларов».

«Я отец, мне за 50. Здесь у меня не осталось семьи или родственников. Я часто думаю о своём сыне, который сбежал за океан. Каждый день, сидя на скамье в городском парке, я разговариваю с ним, нежно и ласково. Я пою ему: „Я хочу видеть тебя каждый день, любимый мой“».

«Я маленький ребёнок. Мама увезла меня в трухлявой лодке, чтобы спасти мою жизнь. Мои родители, пассажиры морской лодки (балама) и все остальные погибли. Волны вынесли меня обратно на берег, неподалёку от того места, откуда нас тайно вывезли. Контрабандист сбежал. Весь мир сочувствовал мне, но скоро о моей истории забыли. Всё, что осталось, — фотография утонувшего ребёнка по имени Айлан, убитого зверями в обличье людей».

«Я ранимый поэт. Меня закрыли в тёмном подвале, потому что я отказался восхвалять „учителя“. Они пытали меня, били током, выкололи глаза и изнасиловали. Когда меня освободили, я мог видеть только сердцем и чувствами. Люди видели во мне немощное, безумное и бесчувственное существо».

«Я невинное дитя. Они вытащили меня из-под обломков и сняли на видео. Я не знаю, кто разрушил дом над моей головой. Не знаю, кто спас меня, и не знаю, как притворяться или играть. Зачем вы так рано сделали меня кинозвездой?!»

«Я пшеничное поле, обдуваемое ветром, готовое к уборке урожая. Я жду, когда мой хлебороб пожнёт мои хлеба своим благородным серпом. Я вижу, как мои зерновые колосья превращаются в хлеб для голодных. Но в сезон жатвы злые люди сожгли меня. Они заявили, что кто-то бросил сигарету, которая выжгла все поля моей страны».

«Я голова Абуль-Ала аль-Маарри, храм Баала и статуя Ибрахима Ханану на коне. Меня разрушили люди, прибывшие со всего света, они родом из древних времён стягов и завоеваний. Они подняли свои чёрные флаги над моими обломками. Они уничтожили храм и статую и убили коня, заявив, что это были идолы, которым поклонялись вместо Бога».

«Я саркастичный художник. Я нарисовал злобного правителя. Это был кошмар. Они сожгли мои картины и конфисковали мои карандаши и кисти. Они избили меня, сломали мои пальцы и сказали: „Это наказание тем, кто оскорбляет нашего наимилостивейшего лидера. Чаша его терпения переполнена, и пора тебе прекратить его рисовать, иначе мы сотрём тебя с лица земли“».

«Я сириец, восставший перед миром и закричавший: „Я — человек, а не животное“. Но что я получил взамен? Болтовню „очень обеспокоенного“ Пан Ги Муна и снисходительный твит Трампа: „Да, конечно! Он (Асад) — животное, а не ты“».

«Я пекарь. Пеку хлеб и пироги с сыром и заатаром. Мечтаю об апельсиновом или оливковом саде. Они заблокировали меня в „лагере Аль-Ярмук“ и отобрали у меня пшеницу, муку и хлеб. Они вешают хлеб на заборе окружения, чтобы поймать меня, будто бы охотятся на мышь с помощью крошек. Каждый раз, когда я был голоден и пытался прорваться через ограждение, они стреляли в меня, прежде чем я добирался до хлеба».

«Я сириец повсюду. Я стоял лицом к лицу с тиранией. Весь мир атаковал меня во имя борьбы с терроризмом, хотя я — его первая жертва. Меня осуждали все нации и религии. Но вам меня не победить. Вы не ослабите мою решимость и не лишите меня мечты о лучшем завтрашнем дне — в котором светит солнце справедливости».

Джихад Эддин Рамадан — сирийский юрист и писатель из Алеппо, сейчас живёт в Вене как беженец. Тесбих Хаббаль — сирийская исследовательница и редакторка, сейчас работает в Чикагском университете.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо