Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

«Скучный мужчина без каких-либо планов», — поёт Няруач из Южного Судана в своём феминистском хите

Няруач. Фото Тани Кэмпбелл-Голдинг. Опубликовано с разрешения.

Наверное, каждый мужчина с именем Гатлуак, живущий в Южном Судане, чувствует себя не в своей тарелке, поскольку певица Няруач называет его «скучным мужчиной без каких-либо планов» в своём музыкальном хите, набравшем популярность с июня 2018 года. Дело в том, что в Южном Судане это имя достаточно распространено, и «все знают Гатлуака [который себя ведёт соответствующим образом]» — говорит Няруач.

Заключая в себе жёсткий феминистский посыл, казалось бы, шутливая песня Няруач возвращает женщине ее достоинство после крушения всех надежд на любовь. Она также напоминает миру о том, что эта жизнеутверждающая музыка и искусство родились в одном из самых крупных лагерей беженцев [анг] региона — в Какуме [анг], что на севере Кении.

В своём скайп-интервью Global Voices Няруач, мать-одиночка двоих детей, с которыми она живет в Какуме, сказала:

South Sudanese men fail women with the wrong kind of love. So, my message is to the young girls of the new generation … Love is killing the new generation.

В Южном Судане мужчины ведут себя недостойно и этим разочаровывают женщин. Поэтому я обращаюсь к молодым девушкам нового поколения… Любовь губит молодое поколение.

Легко запоминающаяся мелодия и выпущенный в ноябре 2018 года яркий музыкальный клип, в котором можно увидеть некоторых резидентов того же лагеря в Какуме, где живёт и сама Нярауч, сразу же привлекли внимание зрителей по всему миру своим завораживающим африканским ритмом и смелым текстом.

Женщины… нет ничего хуже, чем скучный мужчина без каких-либо планов. Гатлуак, ответь на звонок?!? Мы с моим братом выпустили новый клип и альбом. Смотрите у меня в био. Альбом NAATH Гатлуак

Гатлуак покупал ей холодные напитки, приглашал на долгие прогулки, а потом вдруг исчез [анг]! «После того как ты получил, что хотел, ты не отвечаешь на мои звонки! Ты негодяй, и я не желаю тебя больше знать! Да благословит тебя Бог, где бы ты ни был! Ты скучный мужчина без каких-либо планов! Без планов» — поёт Няруач.

«Гатлуак» — это вторая выпущенная песня с альбома NAATH (что означает «люди» на языке народности нуэр), записанного Няруач и её братом Эммануэлем Джалом, исполнителем хип-хопа, который прославился благодаря своей автобиографической книге «Дитя войны: история ребёнка-солдата», изданной в 2009 году. В детстве брата и сестру разлучили [анг] экстремальные обстоятельства.

Музыканты использовали фольклор и песни о любви народности нуэр, сочетая их с увлекательными битами танцевальной музыки. «Нельзя забывать свою культуру, — говорит Няруач. — Мы должны напоминать молодому поколению о нашей истории, а музыка делает людей счастливее».

Няруач и Джал назвали альбом NAATH в честь «прославленного царства Куш [анг]» на Ниле как противоядие картинам войны и бедности, присущим Южному Судану.

Долгий путь к музыке

Няруач родилась в 1983 году в Тондже (Судан) и рассталась со своей семьёй в возрасте 4 лет после смерти матери. Её брата Джала ребёнком [анг] рекрутировала Народная армия освобождения Судана (НАОС) и заставила воевать. В возрасте 11 лет его перевезли в Кению при содействии британской сотрудницы гуманитарной организации [анг], которая была женой тогдашнего старшего командира НАОС Риека Мачара. Там он и открыл для себя хип-хоп, с помощью которого проповедовал миротворческие идеи.

Жизнь Няруач складывалась иначе: сначала неспокойные годы в окружении родственников, побег от жестокого отца в возрасте 10 лет, потом тяжелые скитания и бегство из Судана в Эфиопию и позже в Кению.

Южный Судан получил независимость [анг] от Судана в июле 2011 года после 22-летной гражданской войны (1983-2005). Однако мирный период продлился недолго, несмотря на крупные инвестиции в развитие экономики Южного Судана. В 2013 году в Джубе, столице Южного Судана, разразился вооруженный конфликт, который охватил и другие территории страны, постепенно перерастая в межэтнический конфликт между двумя крупнейшими этническими группами: динка в лице президента Сальваторе Киира Маярдита и нуэр в главе с тогдашним вице-президентом Риеком Мачаром.

Воссоединение Няруач и Джала произошло лишь после встречи в Найроби. Они стали вместе работать над песней Gua, что означает «мир» на языке нуэр. Тогда ей было 22 года. В 2005 году песня стала хитом в Кении и одновременно прорывом в творчестве Джала, который продолжил карьеру отмеченного наградами музыканта и путь борца за мир.

Однако Джала критиковали [анг] за то, что он противоречил своему статусу образца для подражания, высказывая в соцсетях спорные мнения, раздувавшие этническое напряжение после начала конфликта в Южном Судане в 2013 году.

В 2015 году Няруач приехала в Южный Судан с коротким визитом. По возвращении она стала открыто говорить о насилии, которому явилась свидетелем. Беременная вторым ребёнком, она решила переселиться в Какуму в целях безопасности.

Лагерь для беженцев в Какуме был организован Управлением Верховного комиссара ООН по делам беженцев в 1992 году для принятия 20 тысяч суданских детей и подростков, позднее названных «потерянными парнями Судана» [анг], которые спасались бегством от насилия во время Второй гражданской войны в Судане.

Сегодня более 56% населения Какумы и близлежащей Калобейи происходят из Южного Судана. К концу января 2018 года в лагере было в общей сложности 185 449 зарегистрированных беженцев и искателей убежища.

Няруач рассказала, насколько тяжела была жизнь в лагере беженцев для женщин с детьми.

They give us firewood for a month, it finishes after seven days. We need to eat our meal, we wake up at 4 a.m. to steal. Yes, we have to steal it — and it's very dangerous.They rape us, they can even shoot and kill us. But we can't report. Who is going to report? We have no voice or authority.

Древесное топливо, которое нам выдавали на месяц, заканчивалось уже через неделю. Нам хотелось есть, поэтому мы просыпались в 4 часа утра, чтобы успеть своровать еду. Да, нам приходилось воровать, хотя это было опасно. Нас насиловали, в нас могли выстрелить и убить, а мы пожаловаться даже не могли. А кто будет жаловаться? У нас нет никаких прав.

Годы лишений сказались на душевном состоянии Няруач, а воссоединение с братом Джалом и музыкальное творчество стали для неё спасением. «Я очень люблю петь! — говорит Няруач. — Джал научил меня рифмовать».

«У женщин нет прав»

Своей песней Няруач старается поддержать женщин и девушек в Южном Судане, которые, как она заявила в недавнем интервью [анг] кенийской газете The Star, «ни в каком возрасте не имеют прав».

Женщины Южного Судана являются одной из самых маргинализованных групп, а военный конфликт ещё больше усугубил ситуацию. Боле 80% [анг] людей, которые спаслись бегством от насилия в Южном Судане, — это женщины и дети.

Это моя жизнь в лагере беженцев в Какуме. У нас, женщин Южного Судана, практически нет прав, нет элементарных прав человека, поэтому я хочу воспеть магию женщин нашей страны в своей музыке. Все, кто содействовал выпуску альбома NAATH, будут получать специальные сводки о моей жизни в Какуме и больше узнавать о моей ситуации. Спасибо за вашу поддержку. Пожалуйста, слушайте нашу музыку и следите за нашей историей через ссылку в описании профиля.

Южный Судан прошёл несколько неудачных и зыбких [анг] мирных переговоров, и статистика показывает, что женщины в гораздо меньшей степени [анг] принимают участие в миротворческих процессах, чем мужчины, несмотря на результаты исследований, согласно которым участие женщин на высоких уровнях могло бы способствовать стабильности ситуации.

В октябре 2018 года, после двух лет изгнания в ЮАР, Мачар возвратился в Южный Судан, [анг] чтобы сотрудничать с Кииром, но после пяти лет затяжного конфликта многие настороженно относятся к мирному соглашению.

В сентябре 2018 года следователи ООН [анг] заявили: «В Южном Судане женщины становятся военной добычей для правительственных солдат и вооружённых групп, включая местных боевиков». В связи с вызывающими серьёзную обеспокоенность свидетельствами жертв насилия было сказано: «Больше нельзя игнорировать бедственное положение женщин и девушек в Южном Судане».

Согласно исследованию, [анг] проведенному в 2017 году Международным комитетом спасения и Глобальным институтом по проблемам женщин, 65% опрошенных женщин Южного Судана подвергались физическому или сексуальному насилию.

Няруач делится своими мыслями:

[South Sudanese] men's ideas are changing about love. They get married to many wives and then destroy our lives. They fail to take care of their children properly. They rape us, use young girls, get us pregnant and leave us.”

[В Южном Судане] у мужчин изменилось понятие о том, что такое любовь. Они женятся на нескольких женщинах и затем разрушают наши жизни. Они не заботятся должным образом о своих детях. Они насилуют нас, используют молодых девушек, а потом бросают нас беременных.

Няруач говорит, что музыка — это её призвание. «Если я буду прятать в душе то, что меня мучает, как же я тогда смогу что-то изменить?» — спрашивает она.

Неудивительно, что песня «Гатлуак» стала хитом. Это шанс Няруач предъявить мужчинам требование стать лучше — и в любви, и в войне, и в мире.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо