Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Смертельная комбинация: как правительства БВСА используют законы о киберпреступности и шпионское ПО, преследуя активистов

Исраа аль-Гомгам в детстве. Фотография много раз публиковалась онлайн.

[Все ссылки в тексте — на английском языке].

Этот пост написан Халидом Ибрагимом (Khalid Ibrahim), исполнительным директором Центра по правам человека в странах Персидского залива (GCHR), независимой, некоммерческой организации, продвигающей идею свободы выражения мнений, ассоциаций и мирных собраний в регионе Персидского залива и соседних странах.

Правозащитнице Исрае аль-Гомгам (Israa Al-Ghomgham) в настоящий момент грозит смертная казнь в Саудовской Аравии. Причина — проводимая активисткой мирная работа, связанная с защитой прав человека.

Арестованной вместе со своим мужем, активистом Мусой аль-Хашимом (Mousa Al-Hashim), в конце 2015 года из-за участия в антиправительственных протестах в Эль-Катифе аль-Гомгам было предъявлено обвинение по статье 6 Закона о киберпреступности 2007 года за «подготовку, отправку и хранение материалов, которые могут нарушить общественный порядок». Правозащитница также обвиняется в «подстрекательстве собраний и молодёжи против государства и вооружённых сил в социальных сетях» и публикации онлайн фотографий и видеороликов, записанных во время протестов. С тех пор она находится в заключении и предстала перед судом в начале апреля 2018 года. Государственная прокуратура запросила в качестве меры наказания смертную казнь.

Ставки в деле аль-Гомгам не могли быть выше. Но обстоятельства её ареста, задержания и уголовного преследования стали ужасающе распространёнными в регионе БВСА [страны Ближнего Востока и Северной Африки].

В течение почти двух десятилетий активисты, такие как аль-Гомгам, использовали онлайн-инструменты в регионе БВСА, требуя создания демократического общества, которое уважает фундаментальные права человека, а также свободно выражая иные идеи, которые не приветствуются в традиционных медиа, в большинстве своём контролируемых правительством.

Однако после лавины социальных движений в регионе БВСА в 2011-2012 годах несколько правительств и их силы безопасности попытались ужесточить контроль над интернетом и урезать возможности его использования для защиты прав человека и поисков социальной справедливости.

В странах, где правозащитные организации зафиксировали серьёзные нарушения прав человека, как, например, в Саудовской Аравии, Объединённых Арабских Эмиратах (ОАЭ), Бахрейне и Катаре, правительства вложили миллионы долларов в слежку, шпионаж и средства взлома, нацеливаясь на правозащитников, а также гражданских активистов и блогеров.

Наряду с этими техническими мерами власти искали правовые механизмы для решения проблемы. Их тактика заключалась в принятии и строгой реализации законов о киберпреступности, которые используются для подавления свободы выражения мнений в интернете, трансформации активистов в преступников и заключении их в тюрьму.

Недавний доклад Центра по правам человека в странах Персидского залива (GCHR) под названием «Карты законов о киберпреступности и нарушении цифровых прав в странах Персидского залива и соседних государствах» показывает, как комбинация технических и правовых мер привела к новой эпохе репрессий в регионе.

В докладе подчеркиваются эти тенденции и предполагается, что региональные правительства могут расширить возможности судебного преследования подобных «киберпреступлений»:

There are two trends at hand we anticipate to proliferate and feel compelled to warn against. First, legislation will introduce more restraints on online freedom of speech and expression under the label of combating ‘fake news.’ Second, now that the UAE and Syria have developed two branches that are specialised in the prosecution of cybercrimes i.e. the police units and courts, other countries are likely to follow suit.

Существуют две тенденции, которые, как мы ожидаем, будут распространяться и о которых мы хотим предупредить. Первая: законодательство введёт больше ограничений на свободу слова и самовыражения онлайн под лозунгом борьбы с «фейковыми новостями». Вторая: теперь, когда ОАЭ и Сирия развили две ветви, специализирующиеся на расследовании киберпреступлений (то есть, полицейские подразделения и суды), другие страны, скорее всего, последуют их примеру.

В дополнение к использованию законов о киберпреступности как свободного юридического прикрытия для преследования активистов, правительства и силы безопасности нанимают иностранные компании, основанные, зачастую, в условиях западной демократии, с целью приобрести новейшее программное и аппаратное обеспечение и получить полный контроль за деятельностью интернет-активистов и гражданского общества.

Канадская компания Netsweeper продала оборудование для фильтрации данных правительству ОАЭ, чтобы блокировать сайты, включая портал GCHR, который заблокирован в стране с января 2015 года.

Помимо мониторинга и наблюдения за онлайн-деятельностью организаций гражданского общества, правительственные структуры пытались взламывать их аккаунты, чтобы получить доступ к содержащимся там конфиденциальным сведениям.

Правозащитник Ахмед Мансур (Ahmed Mansoor) в настоящий момент отбывает 10-летний тюремный срок в ОАЭ. Фотография: Martin Ennals Foundation, Citizen Lab.

Эмиратский блогер и правозащитник Ахмед Мансур, отбывающий в настоящее время 10-летний тюремный срок просто за высказывание своего мнения в интернете, был вычислен с помощью шпионского программного обеспечения, известного как Finfisher и проданного компанией Gamma International, зарегистрированной в Великобритании и Германии. Технический анализ показывает, что за Мансуром также следили с помощью ПО, разработанного итальянской фирмой Hacking Team.

Только за 2015 год власти в ОАЭ использовали ПО Hacking Team, купленное за 634.500 американских долларов, чтобы шпионить за 1.100 человек. В 2016 году Мансур снова стал мишенью попытки фишинга, на этот раз с использованием технологий израильской компании NSO Group.  

Во всём регионе в случае ареста правозащитников и онлайн-активистов их электронное оборудование (а также технические средства, принадлежащие членам их семей) конфискуется. Когда Мансур был арестован в марте 2017 года, силы безопасности изъяли мобильные телефоны и ноутбуки его детей.

Учитывая ужесточение ситуации в регионе Персидского залива, западные демократические правительства должны принять меры в отношении компаний, помогающих поддерживать репрессии. Правительствам стран ЕС, США и Канады необходимо усилить контроль за деятельностью фирм, занимающихся вопросами цифровой безопасности, чтобы остановить экспорт цензуры, блокирующих и шпионских технологий деспотичным правительствам. 

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо