Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Отношение общества — главная проблема сексуальных и гендерных меньшинств в Эквадоре

Социальная структура, определенные религиозные убеждения и отсутствие правовой реакции со стороны государства — опасная комбинация, которая привела к появлению и активной деятельности клиник, предлагающих курсы лечения по «сексуальной переориентации» представителей ЛГБТК-сообщества. Иллюстрация Моники Родригес (Mónica Rodríguez), используется с разрешения.

[Все ссылки в тексте — на испанском языке, если не указано иное]

Это третья часть серии материалов о «клиниках избавления от гомосексуальности» в Эквадоре, подвергающих насилию и издевательствам лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендеров, квир-идентичных и интерсексов (ЛГБТКИ), именуя этот процесс «лечением». Доклад написан Карлосом Флоресом (Carlos Flores) и  впервые был опубликован на сайте Connectas. Отредактровано для Global Voices с помощью автора.

Первая часть серии некоторые из этих историй, тогда как вторая часть исследует юридическую составляющую, которая делает представителей ЛГБТКИ уязвимыми, допуская возможность их похищения и пыток так называемыми клиниками.

В заключительной части рассказывается о работе активистов и общественных организаций, которые борются за права представителей ЛГБТКИ, сталкиваясь с самым серьёзным препятствием на этом пути: с социальными условностями.

В феврале 2017 года город Куэнка на юге Эквадора одобрил муниципальное постановление о включенности и уважении сексуального выбора. Постановлением запрещается работа центров, предлагающих якобы лечение от гомосексуальности, бисексуальности или транс-идентичности.

Несмотря на введение правил с целью отрегулировать и предотвратить похищения и жестокое обращение с представителями ЛГБТКИ-сообщества, поток подобных дел не прекращается.

Когда же случаются такие происшествия, то, как гласит статья 8 вышеупомянутого постановления: «муниципальные власти, занимающиеся контролем землепользования, начнут процесс окончательного закрытия. Как только процедура будет завершена компетентными муниципальными органами, её результаты будут переданы в соответствующую уголовную инстанцию».

Однако в этом же году, в этом же городе две лесбиянки были посажены под замок против воли — ситуация, которая заставила активистов и местных властей начать активный поиск пострадавших.

Можно вспомнить историю с Элиасом в прибрежной провинции Гуаяс. Мальчик открыто заявил о своей гомосексуальности, после чего его мать, очень религиозная женщина, сначала поместила его в школу адвентистов в Санто-Доминго-де-лос-Тсачилас, а затем — в нелегальную клинику в Кининде, расположенную в провинции Эсмеральдас на границе с Колумбией.

По словам кузена Элиаса, в этой школе мальчика запирали и заставляли драться со своими собратьями по несчастью, «потому что именно так поступают мужчины». Когда Элиас сбежал оттуда, то некоторое время провёл у своего двоюродного брата, пока не помирился с матерью и не вернулся к ней. Однажды он просто исчез, и тогда его кузен подал жалобу в Совет провинции Гуаяс по правам человека.

После вынужденных признаний, Элиас вместе с матерью получили психологическую помощь и поддержку. Элиас, по мнению двоюродного брата, вернулся к нормальной жизни. Теперь братья живут вместе с понедельника по пятницу, а в выходные мальчик навещает свою мать. Судебного разбирательства не было, так как мать, по крайней мере в теории, пересмотрела свою позицию — заявляет Людовико Гарсез (Ludovico Garcés), адвокат, курировавший это дело. Он также рассказал, что «клиники» и семьи тщательно скрывают свои мотивы от властей: «Очевидно, что эти пыточные центры никогда не скажут вам „мы удерживаем его, так как он гей“, потому что это противозаконно и наказуемо».

Кайетана Салао (Cayetana Salao) из Женского практикума по вопросам коммуникации рассказывает, что кроме вышеприведённых случаев они узнали «о четырёх недавних [делах], плюс еще двух [в которых пострадал один и тот же человек]». Эти истории были преданы гласности благодаря опубликованному в октябре 2017 года материалу под названием «Портреты заключенных, выживших в клиниках по избавлению от гомосексуальности» [исп].

«Мы не избавляем от гомосексуальности»

Многие активисты были удивлены отсутствием реакции местных властей на принятие подобных нормативных актов в Куэнке, даже когда наружу выплыла вышеупомянутая история о насильственном тюремном заключении двух лесбиянок. Одна из женщин оказалась в центре по борьбе с зависимостями под названием Mujer de Valor (Мужественная женщина). Когда мы поговорили с его директором и собственником Марсело Кампузано (Marcelo Campuzano), он признал, что действительно одна из молодых лесбиянок попала в центр, но исключительно из-за её проблем с алкоголем. «Мы не избавляем людей от гомосексуальности, потому что это не наша работа».

Однако единственный документ, имеющий отношение к делу и открытый для изучения, — это копия постановления Управления здравоохранения провинции Куэнка, где указано, что одна из женщин страдает от проблем с алкоголем и в клинику её поместили собственные родственники. При этом в документе отмечено, что пациентка не подписывала форму об информированном согласии; это противоречит тому, о чём заявляли представители центра Mujer de Valor. Несмотря на эти нюансы, администрация провинции освободила центр от ответственности, лишь обязав следовать предписанным в постановлении требованиям.

Когда речь заходит о делах по избавлению от гомосексуальности в других подобных центрах, ответы директоров идентичны: «Мы не избавляем от гомосексуальности». Некоторые категорически заявляют, что те ситуации, которые действительно имели место, связаны только с иными зависимостями, а сами дела были надлежащим образом рассмотрены судебными органами.

Хорхе Бетанкур (Jorge Betancourt) из организации Verde Equilibrante (Зелёный баланс) в Куэнке считает, что мы не должны забывать о том, что первые проявления агрессии случаются в семье:

Muchas veces, en los grupos focales nos han comentado, [que] llegan a consumir el alcohol u otras sustancias porque es un medio que les ahonda sus penas, o la angustia de que en la casa los están martirizando, burlándose o muchas veces, hasta pegándoles. Luego las familias los internan por el uso de alcohol y drogas.

Бесчисленное множество раз в фокус-группах нам говорили, что в попытках залить свое горе и избавиться от боли, причиняемой высмеиваниями, издевательствами и порой физическим насилием в собственном доме, люди начинают пить или употреблять наркотики. Затем члены семей просто помещают жертв в клиники из-за зависимости от алкоголя и иных веществ.

Анни Уилкинсон (Annie Wilkinson), автор книги «Sin sanidad, no hay santidad» (Без здравомыслия нет святости), посвященной эквадорской терапии сексуальной идентичности, описывает модель поведения тех, кто управляет клиниками:

El director de un centro salió desde otro centro. Luego una persona sale de ese segundo centro y abre otro, y de allí sigue igual, creando una cadena o red informal de centros. Algunos están vinculados a personas en el gobierno y muchos tienen relaciones con iglesias cercanas que les ayudan en su trabajo.

Директор одной из клиник появляется из другой подобной. Далее следующий человек увольняется и открывает очередную клинику. Это повторяется снова и снова, что создаёт цепь или неформальную сеть учреждений. Некоторые связаны с людьми из правительства, у множества налажены взаимоотношения с ближайшими церквями, которые помогают в этой работе.

«Мы должны декриминализовать гомосексуальность в людских умах и сердцах»

Подобную «терапию» предлагают не только центры лечения от наркозависимости. Так работают и церкви, прикрываясь формулировкой «оказание духовной помощи».

Серая зона на стыке религиозного самоопределения, психологической терапии и насильственного изменения сексуальной идентичности вызывает различные реакции. Патрисио Агирре (Patricio Aguirre), давший интервью в то время, когда руководил Национальным управлением по правам человека и гендерным вопросам при министерстве здравоохранения, заверяет, что церкви не могут предлагать подобные «методы лечения», поскольку это считается нарушением прав.

Что касается Патрисио Бенальчазара (Patricio Benalcázar) из Департамента по защите прав граждан, то он смотрит на ситуацию с другой точки зрения:

Si las personas libremente consienten en ir a un culto y a un tipo de apoyo espiritual con el ejercicio de su autonomía qué puede hacer usted, qué puedo hacer yo […] otra cosa es si es que hay manipulación, si es que hay abuso y hay algún atentado a tu integridad psíquica, física o moral, donde por supuesto el eje de los derechos humanos tiene que participar.

Если люди: независимые личности, добровольно соглашаются пойти на службу или получить духовную поддержку, что вы можете сделать? Что я могу сделать? […] Но если это манипуляция, то картина сразу меняется. Если это злоупотребление властью, атака на вашу духовную, физическую и моральную целостность, то, разумеется, должна идти речь о защите прав человека.

На вопрос о том, знает ли он церкви, вовлечённые в подобную нелегальную практику, Патрисио ответил отрицательно.

Однако те, кто стал жертвой жестокого обращения со стороны религиозных организаций, отлично представляют себе реальное положение дел. В ряде случаев пострадавшие были похищены родственниками, объединившимися с агентами, которые работают на клиники и которые забирают пациентов насильно или под выдуманным предлогом. Те же методы применяются, когда клиники, о которых идёт речь, являются центрами лечения от зависимостей. Те, кого удерживают против воли, могут выйти на свободу только с помощью родственников, друзей или партнёров. Однако на этапе подачи жалоб в судебные инстанции обычно всё останавливается и к реальным действиям не переходит.

Габриэла Альвеар, которая участвовала в инспекции центров, подозреваемых в проведении «терапии» сексуального переориентирования, сделала вывод:

Vamos a cumplir 20 años de la despenalización de la homosexualidad, pero se requiere despenalizar la homosexualidad de la mente y del corazón de la gente y la sociedad y, adicionalmente, de que el Estado de manera progresiva deje de mirar a la comunidad GLBTI como una minoría y como ciudadanos y ciudadanas de segunda clase.

Мы готовы отпраздновать 20 лет со дня декриминализации гомосексуальности, но мы должны декриминализовать гомосексуальность в человеческих умах и сердцах, в обществе. Также, со временем государство обязано прекратить рассматривать ЛГБТИ-сообщество как меньшинство и граждан второго сорта.

Детальное описание упомянутых дел, а также свидетельства, касающиеся жестокого обращения с жертвами в клиниках, можно найти в полном докладе [исп] на сайте Connectas.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо