Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Путь к справедливости в Новом Свете: три женщины рассказывают свои истории в Кингстоне, Ямайка (часть 1)

(Слева направо): Шакелия Джексон (Ямайка), Катрина Джонсон (США) и Ана Паула Оливейра (Бразилия) в гавани Кингстон с фотографиями их погибших родственников. Фото защищено авторскими правами и принадлежит Amnesty International/Mario Allen, используется с разрешения.

Три женщины из трёх очень разных стран недавно встретились в Кингстоне, Ямайка. В нормальных обстоятельствах их пути, возможно, никогда бы не пересеклись, но у этих трёх вдохновляющих активисток есть что-то общее: у каждой погиб родственник от рук полиции.

Пытаясь привлечь внимание к проблеме полицейской жестокости, Шакелия Джексон из Ямайки, Ана Паула Оливейра из Бразилии и Катрина Джексон из США недавно стали частью делегации на Ямайку от Amnesty International.

Их поездка совпала с Международным днём борьбы с полицейской жестокостью 15 марта. Женщины приняли участие в публичной дискуссии в кампусе Университета Вест-Индии в Моне под названием «Путь к справедливости в Новом свете», организованной отделением Amnesty International в странах Карибского бассейна [анг] и поддержанной местной правозащитной лоббистской группой Jamaicans for Justice [анг].

Они использовали это событие, чтобы доставить 64331 письмо и столько же подписей ко всемирной петиции, которая с декабря 2017 года собрала более полумиллиона сторонников по всему миру [анг], призвавших правительство Ямайки положить конец незаконным убийствам со стороны полиции.

Через кампанию Amnesty International «Марафон писем» петиция собрала тысячи сообщений солидарности с ямайской правозащитницей Шакелией Джексон [анг], чей 29-летний брат year Нейкиея был застрелен [анг] полицией в центре Кингстона 20 января 2014 года.

В 2016 году Amnesty International опубликовала доклад «Напрасное ожидание: Незаконные убийства, совершаемые полицией, и долгая борьба родственников за справедливость» о незаконных методах, используемых полицией по всей Ямайке в попытках помешать родственникам жертв добиться справедливости.

Но эти методы не остановили попытки Джексон. Она открыто выразила разочарование тем, как мало людей пришли на мероприятие, которое в прямом эфире транслировалось в Facebook, но дело в том, что многие ямайцы относятся ко внесудебным убийствам двояко. Их внимание приковано к общему росту числа убийств в стране (в 2017 году их было более 1600 [анг]) и волнениям [анг] о личной безопасности.

И вообще, ямайцы часто открыто (или молчаливо) поддерживают методы «твёрдой руки». Недавно значительная часть общества поддержала назначение Ренето Адамса — «жёсткого» полицейского в отставке, который якобы участвовал во внесудебных убийствах, когда возглавлял скандальный Отдел предотвращения преступлений — на пост комиссара полиции.

Адамс участвовал в операциях в районе Тиволи-Гарденс в центре города в 2001 году, которые привели к значительному числе жертв. Ещё жива память по последовавшему в 2010 году вторжению спецназа в тот же район, во время которого якобы погибли 72 человека. Премьер-министр Эндрю Холнесс в конце концов в прошлом декабре извинился за произошедшее в парламенте [анг] — через год после публикации специального доклада Amnesty [анг] о долгой борьбе родственников за справедливость после внесудебных убийств.

Как говорится в докладе Независимой комиссии расследований (INDECOM), которая изучает нарушения со стороны полиции, после падения числа связанных с полицией смертей в 2014-2016 годах в 2017 оно подскочило на 51% процент, что не может не беспокоить. На данный момент в 2018 году полиция застрелила 31 человек, а сама INDECOM находится в состоянии неопределённости после того, как 16 марта апелляционный суд постановил [анг], что организация не является юридическим лицом и, следовательно, не может производить аресты, предъявлять обвинения или вести судебные дела.

Район Оранж-Вилла, Кингстон, Шакелия Джексон читает сообщения от некоторых из тысяч, отправивших реальные письма и писавших в социальных сетях в солидарность с ней через кампанию «Марафон писем» в ноябре/декабре 2017 года Фото Amnesty International/Robin Guittard, использовано с разрешения.

На этом обескураживающем фоне Шакелия Джексон [анг] остаётся решительным, красноречивым и харизматичным представителем ямайских семей, чьи любимые были убиты полицией. Их семьи часто страдают от других последствий, включая стигматизацию, угрозы, запугивания и неудовлетворительные итоги расследований.

Джексон (ШД) поговорила с Global Voices (GV) о путешествии своей семьи:

SJ: I lost my brother, Nakiea Jackson, on January 20, 2014, after he was fatally shot by a police officer in Jamaica.

It was alleged by the police that they were chasing a Rastafarian-looking man who robbed a gas station. In pursuit of the individual, my brother was approached while carrying out his routine operations in his cook shop/restaurant; gun shots were later heard. He was pronounced dead at approximately 4:20 that afternoon.

Our immediate reaction was one of disbelief, because of who I know my brother to be. It had to be an error we thought, but in the same breath, I was aware of the history of our police force and some members’ disregard for the right to life. Hence, to take my innocent brother’s life was another manifestation of their deviation from the duty to care.

To stop [my activism] would mean that I am giving another police officer permission to kill another of my brothers, or anyone else for that matter. The campaign for justice became that more critical because of my participation in our judicial process: I realised justice was fictitious and that the system was plagued with structural barriers and a history of police impunity that force families to give up before seeking judicial remedy. Campaigning for justice meant living or dying.

The violation and egregious act committed against my brother, the suffering, the harassment and the plight of so many other families gave me strength and were my impetus in campaigning. I continue because the work is necessary, the threat is growing and its normalisation has to be refuted by the need for policy and legislative changes that could contribute to national development.

ШД: Я потеряла брата, Нейкиею Джексона, 20 января 2014 года, когда его застрелил ямайский полицейский.

Полиция заявила, что они преследовали мужчину растаманского вида, ограбившего автозаправку. В погоне за ним они приблизились к моему брату, который занимался обычными делами в своём кулинарном магазине/ресторане; позже раздались выстрелы. Тем днём, примерно в 4:20, было объявлено о его смерти.

Мы сразу отреагировали с недоверием из-за того, кем, как я знаю, был мой брат. Мы подумали, что, наверное, это ошибка, но в то же время я знала об истории нашей полиции [анг] и неуважении некоторых её служащих к праву на жизнь. Таким образом, то, что они отняли жизнь у моего невинного брата, было ещё одним знаком их отклонения от долга заботиться [о людях].

Прекратить [активизм] — разрешить другому полицейскому убить ещё одного моего брата или, раз уж на то пошло, кого угодно. Борьба за правосудие стала ещё более важной от моего участия в нашем судебном процессе: я поняла, что правосудие — это выдумка и что система запятнана структурными препятствиями и историей полицейской безнаказанности, которая вынуждает семьи сдаваться, не найдя в судах ответа. Борьба за правосудие идёт не на жизнь, а на смерть.

Нарушения и вопиющие действия против моего брата, страдания, преследования и бедствия стольких многих других семей дали мне силу и были побуждением к кампании. Я продолжаю её, потому что эта работа необходима, угроза растёт и её нормализацию нужно побороть необходимостью изменения политики и законодательства, которое могло бы способствовать национальному развитию.

GV: Что насчёт стратегий по борьбе с проблемой внесудебных убийств на Ямайке? Могут ли, например, быть полезными изменения законодательства, повышение общественной осведомлённости и образовательные кампании?

SJ: We have employed some of these strategies to try and curtail extrajudicial killings; however, there is an unwillingness to commit to long-term solutions. As such, I think legislative changes would serve as a deterrent and positively impact and influence the areas of public awareness/education and police reform.

ШД: Мы использовали некоторые из этих стратегий, пытаясь сократить число внесудебных убийств; однако есть нежелание поддерживать долговременные решения. В качестве таковых, думаю, что законодательные изменения стали бы средством сдерживания и оказали бы положительное влияние на общественную осведомлённость/образованность и реформу полиции.

Тем не менее Шакелия добавила:

I am an optimist at heart, it is the hope that dwells in me that compels me to run this marathon and to take other families on the journey with me. My resolve is that change is necessary and achievable.

Я оптимистка в сердце, именно живущая во мне надежда побуждает меня бежать этот марафон и вести за собой другие семьи. Я уверена, что перемены необходимы и достижимы.

Для тех ямайцев, кто относится к её кампании скептически, Джексон объяснила:

You are one indiscretion or violation from becoming the next Nakiea Jackson, who is emblematic of so many in Jamaica.

I would like my fellow Jamaicans to know that our pursuit is not an anti-government stance, but one that seeks to right a history of wrong. [It is a campaign] geared towards preventing another family from experiencing a similar fate.

Вы в одном неосторожном поступке или нарушении от того, чтобы стать следующим Нейкиеей Джексоном, который воплощает так многих на Ямайке.

Я хотела бы, чтобы другие ямайцы знали, что мы не боремся с правительством, а хотим исправить историю несправедливостей. [Эта кампания] направлена на то, чтобы такого не произошло с другими семьями.

Всех, кто беспокоится о правах человека — на местном, региональном или глобальном уровне, — она призывает поддерживать неправительственные организации, «которые пытаются вывести жертв из теней, [дать] им безопасное место для горя, и неустанно трудятся над сохранением прав и достоинства человека».

Шакелия Джексон — как и её коллеги Ана Паула Оливейра и Катрина Джонсон, о которых Global Voices расскажут в следующих двух статьях этой серии — может быть и сломлена, но не уничтожена.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо