Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Почему бастовали испанские журналистки?

Фотография с марша протеста, размещенная в открытом доступе журналисткой Элизой Пиньейро. Используется с разрешения автора. Надпись на транспаранте: «Мы, журналистки, бастуем».

[Ссылки в статье ведут на страницы на испанском языке, если не указано иного].

Недавно около 8 000 испанских журналисток, включая автора этой статьи, подписали манифест под названием «Мы, журналистки, бастуем», который был оглашён на прошедшей 8 марта в десятках городов страны «Забастовке феминисток».

Необычным в данном случае было то, что, в отличие от других подобных ситуаций, как идея создания манифеста, так и инициатива проведения забастовки не исходили ни от профсоюзной организации, ни от политической партии, ни от представителей прессы. Впервые женщины-ведущие телевизионных шоу, радиостанций и новостей приняли решение отключить свои студийные микрофоны и перенести свои голоса на городские улицы.

#МыЖурналисткиБастуем

В сфере парламентской информации работают многие, очень многие женщины. Здесь некоторые из них, бастующих журналисток, которые выступают против дискриминации.

Мадрид 18:20 #МыЖурналисткиБастуем #ЖенскийДень

Почему они вышли на забастовку?

Во-первых, потому что слово не всегда переходит в дело. По данным исследования, опубликованного в издании El profesional de la información, мужчины занимают три четверти всех высших руководящих постов, а также две трети редакторских должностей. В целом, семьдесят пять процентов руководителей в Испании — это мужчины.

Во-вторых, потому что в журналистике до сих пор существует разрыв в размере заработной платы между мужчинами и женщинами. В Испании восемьдесят пять процентов журналистов, получающих меньше 1 000 евро (около 1 200 долларов США) — это женщины.

Сообщение в Twitter:#ЗабастовкаФеминисток #8Марта #мыжурналисткибастуем

Надпись на плакате гласит: «Мы — внучки женщин, которым не позволяли писать».

Помимо экономических требований в манифесте поднимался не менее важный вопрос о домогательствах на рабочем месте, озвученный в результате таких протестов, как #MeToo [Я тоже] и #TimeIsUp [ВремяПришло]. Журналисткам приходится сталкиваться с дополнительными опасностями: они подвержены не только домогательствам со стороны начальства и коллег, но также и от своих источников. Более того, в ряде редакций испанских СМИ, наряду с различными проявлениями микроагрессии, присутствует культура снисходительности и патернализма.

Твит Франсиско Маруенды: Эта забастовка — просто блажь женщин, в жизни которых не бывает серьёзных проблем. Я никогда не видел, чтобы в редакциях мужчины или женщины подвергались дискриминации.

Твит Ноэлии Рамирес: Привет, Пако: Ты помнишь, когда ты проводил со мной собеседование при приёме на работу (без трудового договора), ты спросил, есть ли у меня парень, а потом добавил, что в газете La Razón непозволительно беременеть, потому что «это не TV3»? Это дискриминация. Сегодня журналистки бастуют, чтобы такого больше не повторялось. Будь здоров!

И наконец, журналистки выступали против предвзятости в освещении событий. Как обзорные передачи, так и ток-шоу ориентированы на мужчин. По данным Global Media Monitoring Project, 91 процент специалистов и 82 процента пресс-секретарей СМИ составляют мужчины.

Твит: #МыЖурналисткиБастуем

Надпись на плакате гласит: «Я в состоянии говорить о политике и экономике, не надо мне это объяснять. Прекратите эту манию!»

 «Чтобы выйти на улицы и высказать свои требования, нам нужна была всего лишь искра»

Движение росло благодаря группе, организованной в мессенджере Telegram за несколько дней до забастовки. В группе проводились обсуждения о мобилизации и организации в рамках онлайн-кампании по созданию манифеста. Внимание группы также было уделено проверке своих новых членов, один из которых, задачей которого было получать видеозаписи, был захвачен троллями, совершившими (безуспешную) попытку подорвать протест.

Некоторые из организаторов протеста рассказали Global Voices о том, какие черты стали для инициативы определяющими, а также какие составляющие привели к успеху мероприятия. Мы также задали вопрос о том, что сделало это событие неповторимым — почему именно сейчас настало время для людей выйти на улицы и бороться за эти требования?

Lucía Gómez – Lobato: Las periodistas nos hemos conseguido organizar por primera vez, con lo que ello supone de arrastre de medios de comunicación de todos los colores. La repercusión inevitable ha conseguido doblegar incluso a políticos y con todo, la sociedad entera ha reaccionado. Efecto contagio y efecto bola de nieve, mucho.

Люсия Гомес-Лобато: Впервые мы, журналистки, добились успеха в организации, что сопровождалось замедлением работы всех типов СМИ. Последствия были неизбежны, в том числе и для политиков. Реакция последовала от всего общества. Это прокатилось как снежный ком, заразив всех.

María José Romero: Solo hemos necesitado una chispa para salir a la calle a reivindicar. Los asesinatos del año pasado, la manada (el caso de la violación en grupo a una joven), el #metoo, el goteo continuo de actitudes machistas… Todo ha llenado el vaso de nuestra paciencia y en el caso de las periodistas sólo ha bastado que unas pocas iniciaran el movimiento para acabar todas metiéndonos de lleno, porque nuestras desigualdades son las mismas.

Мария Хосе Ромеро: Чтобы выйти на улицы и высказать свои требования, нам нужна была всего лишь искра. Убийства, произошедшие в прошлом году, групповое насилие девушки [рус], движение #metoo, постоянно просачивающиеся сексистские предрассудки… Всё это перешло границы терпения. В случае с журналистками, понадобилось организовать всего нескольких женщин, чтобы все мы окунулись в эту инициативу с головой, потому что все мы сталкиваемся с таким же неравенством.

Rocío Ibarra Arias: Uff creo que ha sido la chispa, como en otras ocasiones. Bajo mi punto de vista, creo que hoy ha sido el resultado de un cúmulo de injusticias y la necesidad de decir a una de ellas básica: ¡BASTA YA! Pero no sé, creo que también hay una parte de necesidad de la gente de salir a la calle y mediante la unión demostrar que tenemos fuerza y tenemos el poder de cambiar las cosas. Y creo que las Periodistas Paramos ha sido un impulso.

Росио Ибарра Ариас: Я считаю, что это была такая же искра, как и в других случаях. С моей точки зрения, я думаю, что сегодняшний день был следствием накопленной несправедливости, а также необходимости высказать главное: ХВАТИТ УЖЕ! Но я не знаю, мне также кажется, что отчасти людям было нужно выйти на улицы и воспользоваться мощью чисел, чтобы показать нашу силу и могущество, способные привести к переменам. И я думаю, что забастовка журналисток стала одним из таких импульсов.

Ana de la Pena: Desde mi punto de vista, nosotras cubrimos la actualidad y aquí este [año] se han difundido más los casos de violencia machista. También hemos ido quitando la etiqueta “tabú” durante estos meses, tocando estos temas una y otra vez.

Ана де ла Пена: С моей точки зрения, мы освещаем новости, а в этом году в новостях встречалось больше случаев насилия в отношении женщин. В течение этих месяцев мы также стремились искоренить негласное «табу», снова и снова затрагивая эти темы.

María Grijelmo: No lo sé, pero en el último año el número de noticias sobre machismo y feminismo ha sido exponencial respecto a años anteriores. Un caldo de cultivo de muchos años de movilización feminista que ha ido calando en los medios y en las calles hasta conseguir vivir lo que hemos vivido hoy. Hemos hecho historia pero el movimiento es eso. Seguir caminando.

Мария Грихельмо: Я не знаю, но в прошлом году в сравнении с предыдущими значительно возросло количество репортажей на темы сексизма и феминизма. Понадобилось много лет, чтобы мобилизовать феминисток в прессе и на улицах, чтобы добиться сегодняшнего результата. Мы войдём в историю. Вот это движение. Так держать.

Mariona Sòria: Creo que el éxito de hoy es que por primera vez se han encontrado la primera generación de mujeres feministas con las que se acaban de incorporar, que ven que la situación que les toca vivir e tan nefasta como la de nuestras madres, precariedad, falta de oportunidades, patriarcado latente.

Мариона Сория: Я уверена, что сегодняшний успех заключается в объединении первого поколения феминисток с самой новой волной тех, кто видит, что ситуация, в которой они живут, не многим отличается от времен наших матерей: такая же пагубная, неустойчивая, а также сопровождающаяся отсутствием возможностей и скрытым патриархатом.

Kristina Zorita: La cifra de mujeres asesinadas, la manada, una crisis que ha golpeado más a las mujeres, pueden ser parte de la causa.

Кристина Зорита: Количество убитых женщин, групповое изнасилование, а также экономический кризис, который сильнее всего ударил именно по женщинам — всё это могло послужить причиной.

Claudia Morán: Yo creo que los casos mediáticos de asesinatos machistas como [el de] Diana Quer y el intento de violación en Boiro tuvieron mucho que ver. Este año se mezcló con el movimiento #metoo en EEUU y un presidente diciendo sobre legislar contra la brecha salarial.

Клаудия Моран: Я считаю, что освещение в прессе случаев насилия в отношении женщин, как например, дело Дианы Кер и попытка изнасилования в Бойро, сыграли в этом не последнюю роль. В этом году в Европе также разворачивается движение #metoo, а президент поговаривает о создании законодательной базы по устранению разницы в оплате труда.

Экономический кризис, которому в 2007-2008 годах подверглись испанские СМИ, привёл к беспрецедентному росту безработицы среди журналистов, от которой больше всего пострадали женщины. В журналистике доля безработных женщин превышает аналогичный показатель у мужчин и, согласно официальным данным, составляет 63,8%.

Тем не менее, всё больше и больше женщин выбирают журналистику своей профессией. По сообщениям Ассоциации прессы Мадрида, за последние четыре года шесть из десяти студентов в указанной сфере являлись женщинами. 

Историческая демонстрация, которая прошла 8 марта, положила начало дискуссии не только на тему принятия решений в пределах испанских СМИ, но также в рамках общественной и экономической политики по другим сферам трудоустройства. Спустя пятьдесят лет после возникновения девиза феминисток «Личное — это политика», а также после гражданских волнений мая 1968 года во Франции, новое поколение женщин, по всей вероятности, начинает понимать, что они по-прежнему нужны делу.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо