Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

В поисках «индио» в Эквадоре и Венесуэле: урок языка и данных

Протест коренного населения в Эквадоре, февраль 2017 года. Снимок: общественное достояние (CC0 1.0 Universal)

[Ссылки в статье ведут на страницы на английском языке, если не указано иного].

В работе над проектом Global Voices NewsFrames мы используем данные для создания основанных на эмпирической базе историй, освещающих самый разнообразный круг вопросов. Данные позволяют нам проникать в суть загадок и приводят наши истории к удивительным развязкам. Тем, кто занимается качественным анализом, хорошо известно, что даже «поиск по неточному соответствию» может привести к глубокомысленным находкам. Однако удача не всегда находится на нашей стороне. Проблема с данными заключается в том, что поиск ответа не всегда проливает свет на тот вопрос, ответ на который хотелось найти. Это рассказ о том, что происходит, когда данные не подтверждают историю, которую мы ожидали найти.

Раздел «В объективе» включает в себя статьи NewsFrames, с помощью которых изучаются риторические модели подачи новостей на темы культуры. Подобные истории носят качественный характер, основываются на открытиях и позволяют обнаруживать необычные ракурсы освещения определённых тем в СМИ. Впервые желание написать статью о слове «индио» [индейцы] для раздела «В объективе» у меня появилось после просмотра на YouTube вирусного видео, вызвавшего не только противостояние между венесуэльцами и эквадорцами [исп], но и вопросы об отображении коренных народов в СМИ.

Размещённая в сентябре 2017 года и позднее удалённая видеозапись содержала интервью с уличными торговцами и покупателями из Эквадора, а также с уличными торговками из Венесуэлы, работающими в столице страны, городе Кито. По ряду причин видеорепортаж вызвал бурю негодования. Во-первых, автор фильма демонстрировал своим респондентам сексуализированные изображения венесуэльских женщин, провоцируя комментарии сексуального характера в адрес уличных торговок. Во-вторых, он задавал торговцам из Эквардора наводящие вопросы о мигрантах из Венесуэлы, таким образом предопределяя ксенофобные высказывания. Кульминацией видео стала реплика продавщицы мороженого из Венесуэлы. В ответ на неоднократно заданный ей вопрос о том, почему она предпочитает венесуэльцев эквадорцам, женщина заявила, что эквадорские мужчины:

…son feos porque parecen indios.

… уродливы, потому что они похожи на «индио» [индейцев].

Пока одни эквадорцы выражали в социальных сетях свою обиду на комментарий, другие задавались вопросом, почему вообще обращение «индио» считается оскорбительным [исп].

Полемика, вызванная видеорепортажем, вдохновила меня на поиск тех оттенков понятия «индио», которые используются эквадорскими и венесуэльскими СМИ — я стремилась найти различия в представлении коренных народов между этими двумя странами. В NewsFrames отображение в СМИ является важной областью исследований, а наша рубрика Rising Frames, результат сотрудничества с Rising Voices (другим проектом Global Voices), позволяет заниматься изучением представлений о маргинализированных группах в СМИ.

В работе над этой статьёй было необходимо принять во внимание определённые языковые и исторические факторы. Эквадор и Венесуэла по-разному относятся к своему коренному населению, поэтому я ожидала найти существенные различия в том, как указанный термин употребляется в прессе. Доля коренного населения в Эквадоре превышает аналогичный показатель по Венесуэле: около 8% всех граждан страны относят себя к одной из 13 официально признанных коренных народностей [исп], и более половины населения страны имеют предков из коренных индейцев. Кроме того, для борьбы со структурной дискриминацией у коренных народностей в Эквадоре имеются мощные политические организации [исп]. В Венесуэле коренные жители составляет значительно меньшую долю от общей численности населения: около 2% [исп], которые распределены между 34 этническими группами. Дискриминация носит скрытый характер, а политические организации, представляющие интересы индейцев, не обладают таким влиянием, как в Эквадоре.

Однако в обеих странах уже много лет понятие «индио» ассоциируется с расовой дискриминацией. В Латинской Америке, где в большинстве официальных ситуаций употребление слова «индио» считается неприемлемым, многие предпочитают [рус] использовать термин «коренной». В Эквадоре преимущество зачастую отдаётся словосочетаниям «pueblos originarios» (первоначальные народы) и «коренные национальности», тогда как в новостных СМИ обычной практикой является обращение к определённым этническим группам по их названиям, например, хиваро или сараяку. «Индио», хотя и широко употребляется в разговорной речи венесуэльцев, расценивается как политически некорректное для использования в официальной обстановке. В СМИ, наряду с академическими и политическими публикациями, предпочтение отдаётся термину «коренной». В Венесуэле тоже нередко встречается обращение к отдельным этническим группам по их названиям, как например, вайю, юкпа, яномамо или варао.

В ходе исследования я искала слово «индио» в коллекциях Media Cloud (определение приведено ниже) из NewsFrames по Венесуэле и Эквадору.

Что такое Media Cloud?

Media Cloud — это платформа с открытым исходным кодом, разработанная Центром гражданской журналистики Массачусетского технологического института (МТИ) и Центром Беркмана и Клейна по изучению Интернета и общества Гарвардского университета. Media Cloud создана для сбора, анализа, представления и визуализации информации путём поиска ответов на комплексные количественно-качественные вопросы относительно материала, размещаемого в интернет-СМИ.

В период с 1 июня по 30 сентября 2017 года слово «индио» встречалось в 1 344 статьях венесуэльских СМИ, что свидетельствует о высокой частоте его использования. Однако большинство историй были связаны с крупным бейсбольным клубом США «Кливленд Индианс». Несмотря на то, что мне было известно о высокой популярности этого клуба в Венесуэле [исп], я не предполагала, что статьи о них будут доминировать в результатах поиска по термину «индио». В прессе Эквадора за весь означенный период было найдено всего 102 статьи, большинство из которых освещали события в Индии. Значительная доля историй на темы, связанные с коренным населением, приходилась на публицистические статьи с критикой в адрес скрытого расизма [исп] в стране.

И всё-таки среди всей этой информации удалось обнаружить нечто удивительное. Поиск по слову «индио» также вывел небольшое подмножество статей на тему чавизма или, говоря иначе, социализма XXI века [рус]. Так уж получилось, что контролируемые правительством венесуэльские СМИ время от времени публикуют статьи, в которых представляют свою идеологию как борьбу «Боливарианских индио» [исп] с неолиберальным капитализмом.

Запутанность и ограничения в исследовании данных

Изученные мною данные не пролили света на интересующий меня вопрос относительно различий в использовании термина «индио» между Эквадором и Венесуэлой. Наибольшая часть данных, полученных на мой запрос по слову «индио», была связана не с сообществами коренных жителей, а с другими смыслами этого понятия. Появление американского бейсбольного клуба в результатах поиска по слову «индио» в венесуэльских СМИ лишний раз напомнило о том, что для журналистики данных омонимы и прочие особенности лингвистики могут стать препятствием при работе над семантическим анализом. И хотя мне так и не удалось найти подходящей информации для написания статьи в раздел «В объективе», я получила следующие уроки на тему журналистики данных:

Урок первый: Понятия со множественными значениями могут вывести результаты, не имеющие никакого отношения к поиску, что существенно затрудняет анализ данных. Иногда процент актуального материала оказывается слишком незначительным в сравнении с попавшим в результаты бесполезным контентом, что не позволяет сделать содержательные выводы.

Уроки второй и третий: Хотя в молчании может быть заложен глубокий смысл, оно также способно указывать на присутствие дополнительных нюансов и осложнений. Возможно, этим и объясняется нечастое использование обращения «индио» по отношению к коренному населению в венесуэльских и эквадорских СМИ  — вследствие политической некорректности. Однако отсутствие слова «индио» в общественном дискурсе также может свидетельствовать о том, что обсуждение проблемы скрытого расизма избегается, и расследование остаётся на повестке дня, принимая значительно более сложную форму.

И, в завершение, урок четвёртый: Занимающиеся анализом данных журналисты также должны быть готовы к тому, что, при отсутствии надёжных данных, подтверждающих их версию, историю придётся отложить в сторону. 

В конечном счёте я оставила идею о написании статьи для раздела «В объективе». Вместо этого мне показалось необходимым рассказать историю своей неудачи, одновременно признав то, что вопросы стоит задавать даже при условии, что статьи на основе данных не всегда получаются однозначными. Мы продолжаем поиск, потому что знаем — даже запутанное расследование сегодня может заложить краеугольный камень более глубокого понимания в будущем. 

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку, чтобы получать лучшие материалы Global Voices по-русски!



Подписку нужно будет подтвердить по почте; ваш адрес будет использоваться исключительно для писем о Global Voices в согласии с нашей миссией. Подробнее о нашей политике конфиденциальности вы можете прочитать здесь.



Рассылка ведётся посредством Mailchimp (политика конфиденциальности и условия использования).

Нет, спасибо