Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Гана двадцать лет ждет принятия закона о праве на информацию

Памятник Кваме Нкруме в Аккре. Фото пользователя jbdodane, взято с сайта Flickr. CC BY-NC 2.0

[Все ссылки статьи ведут на сайты на английском языке, если не указано иное].

Гана оказалась на несколько шагов впереди многих африканских государств, когда в 1999 году законодатели составили проект закона о праве на доступ к информации, который обеспечил бы гражданам доступ к общественным данным.

Однако почти 20 лет спустя законопроект остается лишь законопроектом. Он был представлен парламенту в 2010 году, но дебаты не привели к какому-либо определенному результату. Обещания предыдущего президента Джона Махамы, занимавшего должность в 2012-2017 годах, о принятии закона также остались неосуществленными.

Нана Акуфо-Аддо, действующий президент Ганы, в 2017 году заявил о необходимости «скорейшего» принятия законопроекта, но за год проблема не сдвинулась с места.

Тем не менее в январе 2018 года парламент Ганы предложил назначить июль 2018 года крайним сроком для одобрения законопроекта.

Если проект будет принят, он повлияет на конституционное право доступа к какой-либо информации, хранящейся в государственных учреждениях и частных организациях, выполняющих общественные функции в отношении государственных средств.

«Без него наша борьба с коррупцией — всего лишь демагогия»

Почему принятие закона так затянулось? Многие опасаются, что это связано с политикой — политики боятся того, что станет известным, когда народ будет иметь доступ к государственной информации. Частный юрист-практик Эйс Анкома пояснил:

Political players from both divides are afraid of passing the RTI bill because they believe it will not go in their favor.2

Политические игроки с обеих сторон боятся принятия законопроекта о доступе к информации, потому как считают, что это не пойдет им на пользу.

Коррупция является одной из серьёзных проблем для Ганы, и многие граждане уверены, что борьба за прозрачность и подотчетность в государственном управлении не будет достигнута, пока закон о праве на информацию не будет принят.

Penplusbyte, a non-profit organisation committed to enhancing governance by deepening citizen participation through information and communication technology, argued:

Penplusbyte, некоммерческая организация, стремящаяся улучшить госуправлением путём усиления гражданского участия через информационные и коммуникационные технологии, заявила:

Никакая администрация не назвала определенной причины, по которой закон о праве на информацию не может быть одобрен! На сегодняшний день в Гане этот законопроект томится в шкафу. «В 2018 году мы не потерпим никаких извинений»!

Адика Мендс твитнул:

Происходящее на данный момент в Гане — это уже причина, по которой мы должны принять закон о праве на информацию. Без него наша борьба с коррупцией — всего лишь демагогия.

Назначенный недавно специальный прокурор поддержал принятие законопроекта, потому что он уполномочит его расследовать преступления, связанные с коррупцией, в которые вовлечены государственные служащие, представители политических организаций, а также частные лица, замешанные в коррупционной деятельности. Все эти преступления будут преследоваться в судебном порядке под руководством генерального прокурора Мартина Амиду.

Пользователь сайта Twitter @monsieur1_pk пишет:

Законопроект о праве на информацию и офис специального прокурора в конечном счете избавят Гану от самой застарелой и закоренелой болезни. Сейчас у нас есть Мартин Амиду, но где закон о праве на информацию?

Гордон Оффин-Амниапонг в своей статье для новостного сайта Modern Ghana выразил большую надежду на законопроект о праве на информацию:

The RTI Bill will seek to empower the citizens, promote transparency and accountability in the working of the government or the Executive. Plus it will help contain corruption and make our democracy work for the people in real sense. “It goes without saying that an informed citizen is better equipped to keep necessary vigil.”

And did you know one can ask any questions from the government or seek any information. It makes governmental works more transparent. Transparency means clarity of information, which means everything should be open and disclosed to all. We the people that are common citizens put our faith in the system expecting them to work efficiently, fairly and impartially. But that hasn’t been the case as we continue to find ourselves in the cesspool.

Законопроект о праве на информацию должен поддержать граждан, способствовать прозрачности и подотчетности в работе правительства и исполнительной власти. Кроме того, он поможет уменьшить уровень коррупции и заставит нашу демократию работать в буквальном смысле для народа. «Излишне говорить о том, что информированный гражданин располагает большими средствами, чтобы сохранять необходимую бдительность».

И знали ли вы, что можно будет задать правительству любой вопрос или запросить любую информацию? Это заставит правительство работать более прозрачно. Прозрачность означает ясность информации, что подразумевает, что все должно быть открыто и не должно быть скрыто. Мы, народ, имеющий общее гражданство, возлагаем наши надежды на систему, ожидая, что она будет действовать более эффективно, честно и справедливо. Но сейчас ситуация иная, и мы продолжаем обнаруживать себя в выгребной яме.

Закон о праве на информацию «переоценен»?

Однако некоторые люди, среди которых антикоррупционный деятель Сидни Кейсли Хэйфорд, считают, что принятие законопроекта о праве на информацию вряд ли поможет решить проблему коррупции, потому что конституция уже содержит в себе право на информацию в числе «основополагающих свобод».

Брайт Саймонс, ганский предприниматель, поделился схожей мыслью в своей хронике в Facebook:

The “Right to Information” law is heavily overrated. We already have judicial precedent to the effect that a constitutional right to public/official information exists when and where it matters. The problem is not “raw information” in the vaults of government agencies but poor treatment and presentation of relevant information due to weak media practice; a stagnant academia; and the hollowing out of the public sphere. In fact, in many instances, data is not even being collected and handled in the right way due to a general culture that disrespects intellectual activity and constantly depresses its value.

Закон о «праве на информацию» сильно переоценен. У нас уже есть юридический прецедент существованию конституционного права на общественную и официальную информацию там и тогда, когда это имеет значение. Проблема не в «сырой информации» в архивах правительственных агентств, а в том, что слабо развитые медиа не способны как следует предоставить важную информацию, а в академических кругах царит стагнация. Важная информация таким образом оттеснена из общественной сферы. На самом деле, во многих случаях, сведения собираются и хранятся неправильно благодаря общей культуре, которая не уважает интеллектуальную деятельность и постоянно принижает ее ценность.

В ответ на аргумент Саймонса Джастис Сай, бывший ассистент преподавателя из Гарвардской школы права, предложил другое видение:

I think there is a little misunderstanding of what legislation does and what case law does. Case law gives principles. For example, the RTI decision of the High Court merely confirms the constitutional position that a person may not be denied access to public information. In fact, earlier cases have already stated the principle.

A legislation on the other hand goes way beyond the statement of the principle. It gives you an administrative set up for the enforcement the right and the implementation of the principle. In fact, a properly drafted legislation would resolve some (if not most) of the challenges you have listed above. For example, a good legislation would deal with issues of funding, packaging of information and the responsibility to do so, decentralization, etc.

Secondly, without a legislation, anyone who is denied public information would have to go to the Human Right High Court for a remedy. Under a well-constructed legislation, there would be accessible administrative (rather than full judicial) complaint mechanisms available.

I think a legislation is fundamental to the issue of right to information.

Я думаю, существует небольшое недопонимание того, как и в каких случаях действует законодательство. Прецедентное право создает принципы. Например, решение Верховного суда о праве на информацию всего лишь подтверждает конституционное положение, согласно которому физическому лицу не может быть отказано в доступе к публичной информации. На самом деле, этот принцип уже был утверждён в более ранних делах.

С другой стороны, законодательство — это не просто заявление о принципе. Заокн создаёт административные рамки для исполнения права и применения принципа. На самом деле, тщательно составленное законодательство решило бы некоторые (если не большинство) проблем, которые были вами перечислены выше. Например, хорошее законодательство справилось бы с проблемами финансирования, хранения информации, обязанностями делать это, децентрализацией, и т. д.

Во-вторых, без законодательства, каждый, кому отказали в предоставлении публичной информации, должен обратиться за компенсацией в Верховный суд по правам человека. При правильно составленном законодательстве существовал бы доступный административный (а не только судебный) механизм для подачи жалоб.

Я думаю, что законодательство — это основа решения проблемы права на информацию.

Переводчик: Вера Андрусевич

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо