Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

За рамками «Да» и «Нет» референдума о независимости Каталонии

Женщина делает выговор Национальной полиции во время каталонского референдума, 1 октября 2017 года. Фото от Vicens Forner Puig, использовано с разрешения.

[Ссылки ведут на страницы на испанском и каталонском языках, если не указано иного].

Граждане с правом голосовать в Каталонии, регионе на северо-востоке Испании, участвуя в скандальном референдуме о независимости, публиковали свои фотографии и истории в социальных сетях под хештегом #votarem («мы будем голосовать»). Голосование 1 октября было объявлено незаконным центральным правительством в Мадриде, которое считает его неконституционным.

Последний виток в движении за независимость Каталонии начался в 2012 году, когда каталонский парламент решил запросить у правительства в Мадриде разрешение на проведение референдума о самоопределении. Несмотря на неоднократные отказы Мадрида, поддержанного Конституционным судом страны, каталонское правительство единогласно решило провести консультативный опрос в 2014 году и, наконец, референдум 1 октября.

Освещение событий общественными телеканалами и другими средствами массовой информации подверглось критике, но за каждой минутой дня голосования можно было следить в социальных сетях, которые были наполнены восторженными признаниями, людьми, проведшими ночь около избирательных участков, чтобы их не закрыли, и видео длинных очередей и людей, которые несколько часов прождали, чтобы отдать свой голос.

Особенно популярны были снятые соседями фотографии пожилых людей, входящих на избирательные участки или выходящих с них. Их ключевая роль в процессе вдохновила такие лозунги, как «sense les àvies no hi ha revolució» («без бабушек нет революции») и «nuestros abuelos no se tocan» («руки прочь от наших бабушек и дедушек»).

Во времена угнетения подобная решимость — утешение.

Без сомнения, одной из главных тем стало насилие со стороны государственных служб безопасности, от видео с полными полиции автобусами, покидающими Кордову на другом конце страны, до фотографий баскских пожарных, решивших присоединить к каталонским пожарным в защите участков. Жарким пламенем разгорелись споры о том, было ли оправдано насилие и был ли незаконен референдум.

С негодованием к насилию отнеслись не только каталонцы. Например, в вирусном твите Патрисия Хорильо, активистка и журналистка из Мадрида, заявила, что насилие со стороны полиции следует критиковать безотносительно личных политических взглядов:

Вы можете быть против движения за независимость, но если вы видели фотографии сегодняшнего полицейского насилия и не пришли в негодование, посмотрите ещё раз.

Этот ответ на жестокость можно было видеть и на улицах: на протестные акции в солидарность с каталонцами вышли жители в разных частях страны, например, в Мадриде, Севилье и Гранаде.

Начинается митинг в поддержку #Каталонии на Пуэрта-дель-Соль.

Но в социальных сетях распространялись не только результаты референдума и сообщения о конфликте вокруг судьбы страны, но и нотки примирения, например, вирусные фото и видео людей, идущих голосовать с испанским флагомфлагом Второй Испанской Республики [анг] (существовавшей до 1939 года; сейчас Испания является конституционной монархией) или в футболке национальной футбольной команды. Эти моменты солидарности с разных сторон политического спектра повторились через два дня во время забастовки против полицейского насилия.

Революция тут делается вот так. Не позволяйте СМИ одурачить вам.

Многие граждане решили не участвовать в голосовании, так как считали его незаконным или бессмысленным. Однако, увидев жёсткое подавление референдума, многие из тех, кто не собирался голосовать, выразили свою решимость сделать это в знак протеста и присоединились к забастовке из солидарности.

Надпись на изображении: Я не хочу независимости, но я не могу оставаться дома, пока избивают мой народ!

Твит: Этот жест не нужно объяснять. Так — правильно.

И вот, некоторые из избирателей, сказавших «нет» независимости, объяснили в социальных сетях, что решили участвовать в референдуме для защиты того, что они считают своим демократическим правом. Например, на этом видео Euronews, человек, проголосовавший «НЕТ», объясняет, почему присоединился к забастовке:

Протестующий: Я думаю, что при демократии у всех нас есть право голосовать и неважно, какое у нас мнение, мы должны его показать. Я также здесь в знак протеста против насилия над моим народом, каталонским народом. Оно абсолютно не оправдано, эти люди только хотят показать своё мнение.
Оператор: Откуда вы?
Протестующий: Я из города Эсплугес-де-Льобрегат.
Оператор: Вы поддерживаете независимость?
Протестующий: Нет.
Оператор: Что это у вас? Что это у вас за флаг?
Протестующий: А, это флаг испанской республики.
Оператор: Вы голосовали на референдуме?
Протестующий: Я голосовал.
Оператор: Как вы проголосовали?
Протестующий: Я голосовал «нет». Я голосовал «нет». Я остался до закрытия участка, чтобы они не могли забрать бюллетени.

Референдум также привлёк внимание к определённым противоречиям для некоторых граждан, которые с самого начала не чувствовали себя частью процесса или у которых не было привилегии участия. В статье в газете El Salto живущая в Каталонии активистка-феминистка Ана Бургос родом из Анадлусии спросила себя: «Что андалусийка защищает здесь, когда каждый день мне приходится сталкиватся со стольким андалусофобством?»

Durante el inicio y desarrollo del procés nunca me sentí interpelada: un liderazgo convergente que poco tenía que ver conmigo en una sociedad –como tantas otras– profundamente clasista, racista y patriarcal cuyo proyecto político nacional, poco autocrítico, no me representaba. (…)

Entonces, las ofensas al pueblo por parte de Rajoy [el presidente] y sus secuaces nos hicieron salir a defender un proceso del que desconfiábamos y unas instituciones en las que no creíamos, o al menos problematizábamos, muchas de nosotras. (…) Y es que más bien nos estábamos echando a las calles a defender a nuestras hermanas y vecinas, a un pueblo al que le está cayendo la del pulpo.

С начала этого процесса и по мере его развития я никогда не чувствовала себя его участницей: лидерство Конвергенции, которое мало что имело общего со мной в обществе, которое — как и многие другие — глубоко поражено классизмом, расизмом и патриархией, и чей национальный политический проект, в котором так мало самокритики, меня не представлял. […]

И вот, нарушения, совершённые [президентом Испании Мариано] Рахоем и его сторонниками против народа, вынудили нас выйти на улицы для защиты процесса, которому мы не доверяем, и институтов, в которые мы не верим, или, во всяком случае, которые для многих из нас представляют проблему. […] И дело в том, что на самом деле мы вышли на улицы, чтобы защитить наших сестёр и соседей, народ, который избивали.

Среди прочих противоречий и предметов критики подчёркивался и тот факт, что сотни тысяч мигрантов, живущих в Каталонии, но не имеющих гражданства, были исключены из участия в референдуме. Один активист оставил такой комментарий в ныне недоступном посте в Facebook:

Ella: ¿Iras a votar el domingo?
Yo : No, no tengo el derecho a voto
Ella: Y si lo tienes, irías a votar?
Yo : No Tengo el derecho a voto
Ella: Si, Si, entiendo. Pero en el caso que tengas, irías a votar?
Yo : No tengo el derecho a voto
Ella: Enserio… ¿Irías a votar?
Yo : Iré a vomitar porque votar no puedo.

Она: Ты будешь голосовать в воскресенье?
Я: У меня нет права голосовать.
Она: А если бы оно было, ты бы голосовал?
Я: У меня нет права голосовать.
Она: Да, да, я понимаю. Но если бы оно было, ты бы пошёл голосовать?
Я: У меня нет права голосовать.
Она: Серьёзно… ты бы пошёл голосовать?
Я: Меня сейчас стошнит, потому что я не могу голосовать.

Фатима Аатар, антрополог и активист, поразмышляла о невключении граждан других стран, живущих в Каталонии, в списки избирателей для журнала La Directa:

…com és possible que en un exercici de desobediència política, jurídica i social no s’hagi desobeït en aquesta qüestió concreta? Per què s’ha escollit heretar la Llei d’estrangeria espanyola tenint en compte que és de les qüestions més característiques del règim? Desobediència? Quan i per a qui?

…возможно ли, чтобы при политическом, юридическом и социальном неповиновении не было неповиновения по этому конкретному вопросу? Почему они решили принять испанский закон об иммиграции, учитывая, что это одна из самых характерных для режима проблем? Неповиновение? Когда и для кого?

Проводя параллели между физическим и административными насилием испанского государства над мигрантами и подавлением референдума, Моха Гереу, журналистка и активистка из Мадрида, заметила:

Если ты не из Испании, но хочешь быть её частью, тебя встречают насилием.

Если ты из Испании, но не хочешь быть её частью, тебя встречают насилием.

События будут продолжать развиваться следующие недели и месяцы. Сложно предсказать, что может произойти, но ясно, что Испания и Каталония стоят перед одним из самых сложных и важных процессов в их недавней демократической истории и то, каким образом ответят государственные институты, решит будущее государства, его народов и, превыше всего, рядовых граждан.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо