Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Ткачи-майя требуют законодательной защиты своего культурного наследия и авторских прав

«Многие годы майя Гватемалы терпели воровство и кооптацию мотивов своих текстильных изделий, со стороны как иностранных корпораций, так и местных дизайнеров неиндейского происхождения». Фотограф Julie Houde-Audet, снято в мастерской Ut'z Bat'z. Публикуется с разрешения.

[Ссылки ведут на страницы на английском языке, если не указано иное].

В 2011 году Алехандра Барильяс (Alejandra Barrillas), представительница Гватемалы на конкурсе «Мисс Вселенная», появилась на сцене в одежде, которая в глазах всего мира, – а, возможно, и некоторых гватемальцев – представляла собой прекрасный образец национального костюма коренных народов Гватемалы. Однако гватемальское коренное сообщество майя было возмущено [исп]. Как оказалось, наряд Барильяс, разработанный гватемальским дизайнером Джованни Гузманом (Giovanni Guzmán), был формой индейской церемониальной одежды, предназначенной исключительно для старших вождей-мужчин.

Многие годы майя Гватемалы терпели воровство и присвоение мотивов своих текстильных изделий, со стороны как иностранных корпораций, так и местных дизайнеров неиндейского происхождения. Например, у сообщества есть серьезные претензии к дизайнеру Алиде Боэр (Alida Boer), основательнице компании Maria's Bags, которая использует национальные мотивы майя без их разрешения и продает свою продукцию онлайн по цене от 600 долларов за штуку.

Правительство Гватемалы, нужно заметить, очень мало делает для защиты текстильных и другого рода изделий, производимых коренной частью населения; существует даже лазейка в законах о правах на интеллектуальную собственность в стране, которая исключает интеллектуальную собственность майя. Тем не менее это не мешает правительству или государственной туристической организации «Inguat» использовать местные текстильные изделия и ремесла для развития туризма. Такое поведение идет рука об руку с общим пренебрежением к коренным гватемальцам, которые составляют примерно 40 процентов населения страны, но при этом 80 процентов его бедной части.

«Они привлекают туристов в страну и используют нас как приманку. Это наша одежда, наша культура, наш труд, но ничего из того, что они зарабатывают, не выплачивается общинам коренных народов. Вот почему мы требуем патент». Фотограф Julie Houde-Audet, снято в мастерской Ut'z Bat'z. Публикуется с разрешения.

Сообщество майя Гватемалы, кроме того, по-прежнему ощущает последствия гражданской войны, которая бушевала в стране между 1960 и 1996 годами, и в результате которой погибли или пропали без вести 200 000 коренных майя. Приблизительно 83 процента убитых во время войны были майя, а многие другие представители этого народа стали жертвами нарушений прав человека, совершенных преимущественно правительством Гватемалы и военными. С тех пор обвинения в военных преступлениях были предъявлены многочисленным высокопоставленным членам правительства того времени, в их числе и бывший глава государства Эфраин Риос Монтт [рус], которому было предъявлено обвинение в геноциде.

«Они относятся к нам как к вещам, а не к людям, – говорит Анджелина Аспуак (Angelina Aspuac), ткачиха и представитель Ассоциации женщин за развитие Сакатепекеса (AFEDES). – Они привлекают туристов в страну, а нас используют как приманку. Это наша одежда, наша культура, наш труд, но ничего из того, что они зарабатывают, не выплачивается общинам коренных народов. Вот почему мы требуем патент».

«Ткачи-майя утверждают, что фактически они являются художниками, а их работы следует признать интеллектуальной собственностью». Фотограф Julie Houde-Audet, снято в мастерской Ut'z Bat'z. Публикуется с разрешения.

Говоря о патенте, Аспуак имеет в виду основную идею начатой в мае 2016 года ткачами-майя в Гватемале кампании за возвращение своего культурного наследия. Группа, состоящая из 30 организаций из 18 языковых сообществ Гватемалы и возглавляемая AFEDES, подала иск в Конституционный суд страны. Ткачи-майя утверждают, что фактически они являются художниками, а их работы следует признать интеллектуальной собственностью. В заявлении утверждается, что исключение текстильных изделий майя из-под защиты закона об интеллектуальной собственности является неконституционным.

Законопроект, представленный в Конгресс, признает то, что ткачи называют «коллективной интеллектуальной собственностью коренных народов», путем изменения пяти статей, регулирующих национальную промышленность и права промышленной собственности. Он определяет интеллектуальную собственность [исп] с учетом права коренных народов управлять своим наследием и признает их в качестве авторов, с тем, чтобы они автоматически подпадали под действие существующих законов об интеллектуальной собственности. Таким образом, те, кто извлекает выгоду из использования или воспроизведения рукотворных изделий майя, должны будут поделиться прибылью с их создателями и признать их вклад.

«На данный момент не существует статей, защищающих именно коллективное творчество, и поэтому нашу работу не ценят, – говорит Аспуак. – Скорее, имели место присвоение и товаризация нашей культуры и наших узоров».

Аспуак говорит, что отчисления, полученные в результате действия патента, могли бы распределяться в сообществе. Сообщество назначит представителей для ведения переговоров от его имени с компаниями, желающими использовать разработки его членов, а также для управления распределением средств в самом сообществе. Аспуак и другие лидеры движения хотели бы, чтобы деньги вкладывались в социальные проекты, такие как школы ткачества или образование женщин и детей.

Фотограф Julie Houde-Audet, снято в мастерской Ut'z Bat'z. Публикуется с разрешения.

Есть надежда, что с получением патента на текстиль и узоры сообщество майя получит больше автономии и контроля над собственным наследием и культурой, тем самым помогая себе справиться с двумя основными трудностями: заимствованием их культуры другими и лишением собственного культурного наследия. Выплаты по патенту также дали бы сообществу возможность разорвать давно существующий замкнутый круг бедности.

Ткачи-майя не одиноки в своей борьбе. В 2015 году члены общины города Тлауитольтепек [исп] (Tlahuitoltepec), штат Оахака, Мексика, обвинили французского модельера Изабель Маран (Isabel Marant) в заимствовании узора, используемого в Тлауитольтепеке уже в течение 600 лет. В 2012 году резервация «Навахо-нейшен» в США подала в суд на Urban Outfitters за использование имени навахо в ряде наименований продукции, например, «хипстерские трусики навахо» или «фляга с принтом навахо». Распространенность такого рода культурных заимствований и плагиата привела к тому, что 189 делегатов из общин коренных народов со всего мира собрались в Женеве в июне 2017 года и созвали специальный комитет в рамках Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) в целях запрещения присвоения культур коренных народов во всем мире.

Возможно, самое главное для сообщества майя — это то, что патент означал бы признание значимости и ценности их работы. Текстильные изделия майя и традиции их одежды, особенно уипиль, предмет одежды, который носят женщины майя и который ткётся вручную, имеют огромное значение для ткачей.

«Вам никогда не сделать уипиль просто так, – говорит Лусия, ткачиха-майя из женского кооператива в Чичикастенанго Ut’z Bat’z. – Всё имеет значение. Например, в Киче [рус] в узоре присутствуют змеи, потому что у них есть изгибы, как изгиб в букве М, которая еще означает горы, на которые наши предки могли подняться, чтобы увидеть окрестности. Шея означает солнце, а углы означают стороны света».

Амбросия Кума (Ambrocia Cuma), ткачиха-майя и профессор, преподающий в Университете Тулане, говорит так: «Уипили для меня – это свидетельство нашей национальной идентичности. Они являются квинтэссенцией знаний, потому что представляют собой повседневные разговоры женщины с природой».

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо