Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Нескончаемый конфликт, терзающий Центральноафриканскую Республику

Военные из Бурунди в Центральноафриканской Республике. Автор снимка — Idriss Fall, общественное достояние

9 августа 2017 года Хуан Хосе Агирре, глава католической епархии Бангасу в Центральноафриканской Республике (ЦАР), заявил о гибели минимум 50-ти мирных граждан [анг] от рук боевиков-мусульман. Инцидент имел место в селе, что находится в 72 километрах от Бангасу, и стал очередным звеном в цепи кровавых событий, сопровождающих обострение разногласий между христианскими и исламскими боевиками. Многие полагают, что страна балансирует на грани геноцида.

Экскурс в историю конфликта

Беспорядки захлестнули ЦАР в 2013, когда повстанческий альянс «Селека», состоящий главным образом из мусульман, насильно сместил христианина Франсуа Бозизе с поста президента. Ключевой целью группировки являлось установление мусульманского правительства в стране, где 80% населения исповедуют христианство. Путч вывел на арену конфликта нового игрока — христианское ополчение «Антибалака» («Антимачете»), призванное бороться с «Селекой». Это стало последней каплей, которая вынудила ООН вмешаться во избежание геноцида. Пятого декабря 2013 года Совбез ООН инициировал миссию МИНУСКА, подкреплённую французской операцией «Сангарис». В скором времени дальновидная стратегия и слаженная работа западных войск обернулись мирным соглашением, которое было заключено в июле 2014 года. Но затем ситуация вновь покатилась под откос. 2017 год ознаменовал новый виток вооруженных столкновений. После вывода французских сил в прошлом году ЦАР очутилась на пороге катастрофы сродни той, что накрыла Руанду в 1994 году. На фоне эскалации насилия, эффективность МИНУСКА была поставлена под вопрос. Хотя «Селеку» и распустили в 2014 году, отдельные образования, именуемые «экс-Селека», до сих пор сохраняют влияние, особенно в районах, вышедших из под контроля правительства.

Важно заметить, что Центральноафриканская Республика стоит особняком на политическом ландшафте континента. Львиная доля гражданских войн в Африке всходит на культурной или этнической почве, тогда как ЦАР снедают сугубо религиозные распри. Как христианская «Антибалака», так и мусульманская «Селека» выбирают мишени для убийств среди мирных жителей именно по конфессиональному критерию. В этом плане конфликт заметно отличается от таковых в Руанде и Конго, где этнические разногласия неизменно перевешивали религиозные.

Вместе с тем, религиозные корни усобиц в ЦАР нельзя назвать глубокими. Ведь христианство и ислам долгие годы мирно сосуществовали тут бок о бок. Прямой антагонизм возник лишь в 2013 году, что объясняет резонанс, порожденный конфликтом.

В отличие от стран-соседей, ЦАР непривычна к столь кровопролитным столкновениям. Некогда она сумела избежать крупной гражданской войны, поэтому текущий конфликт признан самым масштабным со времен обретения страной независимости.

Градус насилия растет

В марте 2016 года, после избрания нынешнего главы страны Фостена-Арканжа Туадера, в республике воцарился мир. Однако несколько месяцев спустя градус насилия вновь стал неуклонно расти. Многие аналитики осудили Францию за то, что она вывела из ЦАР миротворцев [фр], невзирая на напряженную обстановку. С начала 2017 межконфессиональные трения усугубились, и столкновения между «Антибалакой» и «экс-Селекой» не прекращаются. Согласно ООН, в конце июля жертвами их стычек пали 34 человека. Кроме того, 3 августа боевики «экс-Селеки» учинили резню в городе Гамбо, в ходе которой было убито шесть волонтеров «Красного Креста». Так выглядел ответ мусульман на нападение «Антибалаки», случившееся [фр] несколькими днями ранее. Мирный процесс, стартовавший в 2013 году на фоне французской интервенции, сегодня кажется утерянным воспоминанием. На горизонте — исключительно эскалация конфликта.

За последние несколько недель война, которая терзает страну с 2015 года, вернулась во множество различных областей, в частности Алиндао. Бойня, случившаяся там в июне 2017 года, по сообщениям, унесла жизни [анг] более 133 мирных граждан. Дотла сгорели целые районы.

В своем Twitter «Врачи без границ» приводят слова мужчины [анг], чудом уцелевшего во время нападения:

They shot me in the shoulder and I fell down. I played dead; that's how I survived. Elisée R., 27.

Они выстрелили мне в плечо, и я рухнул наземь. Я притворился мертвым — благодаря чему выжил. Элизе Р., 27 лет

Эти трагические события произошли недалеко от мест, где развёрнуты силы МИНУСКА. Лагеря ООН не могут предоставить кров и все необходимое вынужденным переселенцам, поэтому люди из атакованных городов бегут в соседние государства, например Демократическую Республику Конго. Так, за последние недели 50% жителей Бангасу покинули город [анг]. Кардинал архиепархии Банги Дьедонне Нзапалаинга отметил:

It is only in Bangui that we have the semblance of a state. Out of Bangui, there is no state. Rebels are in control.

Лишь в Банги до сих пор сохраняется подобие государства. Вне Банги безоговорочно доминируют повстанцы.

Пусть миссия ООН и не вполне эффективна, следует взять в расчет тяжелые условия, в которых работают миротворцы. ЦАР – абсолютно нищая страна, и, несмотря на свой внушительный размер, вдвое превосходящий Францию, располагает лишь 1450 километрам асфальтированных дорог. Войскам ООН отнюдь не легко дается передвижение по республике, а отдельные ее районы и вовсе недоступны.

Более того, в ЦАР нет полноценной армии, а власти похожи на ждущее своего череда «теневое правительство», лишенное всяких рычагов влияния на обстановку. С момента избрания Туадера прошел год, но колоссальные территории всё еще не подчинены государству.

ООН бьет тревогу в связи с риском геноцида

Сегодня атмосфера накалилась до такой степени, что Стивен О’Брайен — заместитель генсека ООН по гуманитарным вопросам — окрестил [анг] столкновения «первыми ласточками геноцида». В ходе визита в ЦАР О’Брайен сообщил прессе о том, что воочию наблюдал, как 2000 мусульман оказались заперты в католическом соборе Бангасу. Это случилось после того, как боевики христианской «Антибалаки» сожгли целую деревню, собрали мирных жителей, и, по словам О’Брайена:

Were just lying in wait to kill them if they tried to move. There’s a very deep ethnic cleansing approach.

просто ждали, чтобы убить [мусульман], если те шелохнутся. Иначе, чем этнической чисткой, такое не назовешь.

В свете увиденного О’Брайен призвал Совбез ООН увеличить дотации и пополнить стан миротворцев в рамках МИНУСКА. Сейчас в стране насчитывается около 12,700 «голубых касок». Он добавил, что за последний год количество вынужденных переселенцев в стране выросло на 40% и составило 600 000 при численности населения в 4,5 миллиона человек.

Тем временем, глобальное сообщество обходит вниманием явные признаки грядущего геноцида. В мае «Красный Крест» заявил о 115 трупах [анг], обнаруженных после серии набегов повстанцев. По данным Crisis Group [анг], насилие на севере и востоке страны ужесточилось, погибло минимум 100 человек. Кризис сопровождается экономическим регрессом: государственный долг ЦАР вырос на 20% и теперь близится к половине ВВП.

Участь страны, вероятно, в наших руках

Сейчас важно принять экстренные меры. Былой успех французский миссии, конечно, обнадеживает, но достигнутый ей «мир» невероятно хрупок, а о безопасности граждан не может быть и речи. Находясь на пороге коллапса, ЦАР медленно, но верно движется к геноциду. Текущий расклад напоминает Руанду 1994 года, которую удалось спасти лишь благодаря интервенции других африканских стран и международного сообщества.

В данный момент будущее ЦАР видится крайне мрачным, а Африканский Союз вмешиваться не намерен. Страны Западной Африки, как то члены ЭКОВАС Либерия и Сьерра-Леоне, получали военную поддержку от ЭКОМОГ, однако ЦАР не входит в этот альянс и, стало быть, не может претендовать на аналогичную помощь. Остается лишь уповать на резонанс в глобальном сообществе, подобный истории с Руандой в 1994 году. Как бы то ни было, опасность в ЦАР подстерегает на каждом шагу, ставя палки в колеса миротворческим операциям. 8 мая 2017 года пять «голубых касок» погибли [анг] в ходе нападения на конвой ООН, и теперь этот эпизод вынуждает миротворцев действовать осторожно.

Вместе с тем, следует отметить, что конфликт не несет прямой угрозы Западу. Рост террористической угрозы от таких проблемных точек, как Йемен, Афганистан, Сомали и Мали — особенно для французского правительства — означает, что, вполне вероятно, кровопролитие в ЦАР так и останется на втором плане в повестке международного сообщества.

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо