Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Для сирийских беженцев, живущих в Иордании, журналистика — надежда и возможность восстановить свою родину

Джбейли наслаждается вечером, рассказывая о путешествии из Сирии в Иорданию. Фото автора.

Ее лицо блестит в ярком свете фонарей, установленных на растрескавшейся белой стене дома. Жара раннего июля делает капли пота ясно различимыми на ее лбу. Несмотря на поток насекомых, которые безболезненно оккупировали и осадили ее личное пространство, она кажется расслабленной, уравновешенной и, в особенности, уверенной в себе. Она пять лет сопротивлялась оккупации и осаде, и насекомые не действуют на нее так, как на других.

Зейн Джбейли [араб] — сирийская беженка из Алеппо, покинувшая Сирию в 2012 году. Последние пять лет Джбейли является гражданским активистом, избрав борьбу за права своего народа через ненасильственные действия и приверженность перу.

«В истории оружие не являлось лучшим решением. Ненасилие — вот величайшее средство в достижении человечности, оно сильнее, чем самые мощные способы разрушения», — говорит она Global Voices. Говоря о Сирии, Джбейли настаивает: «Пули стреляли не во врага, а в твоего соседа и, возможно, в брата».

Джбейли увлечена ненасильственными действиями: она запустила свою собственную войну, используя литературу и журналистику расследований в противовес ракетам и пулям, чтобы улучшить жизнь сирийцев, находящихся в Иордании.

Однако Джбейли не всегда была писателем. «В Сирии я не работала», — рассказывает она о своей жизни матери-домохозяйки. Во время революции, впрочем, ее внутреннее презрение к режиму Асада — презрение, которое разделяют многие сирийцы в Иордании — сделало журналистику и документирование зверств, совершаемых режимом, практически естественной реакцией.

«В Сирии я снимала демонстрации и отправляла их на телестанции», — говорит Джбейли. Она также добавляет, что во время революции передавала лекарства в осаждённые районы Алеппо.

Она вспоминает свое путешествие из Алеппо в Дамаск и затем через сирийскую южную границу с Иорданией: «Я пережила много стресса по приезде. Я была шокирована». С 2012 до 2016 год Джбейли переходит с одной работы на другую, всюду описывая беженцев или Сирийскую революцию, в которую к этом моменту вмешались в том числе Россия, Иран, США и несколько стран Персидского залива.

В 2016 году Джбейли нашла убежище в Radio al Balad [араб] (Радио страны) Аммана, в частности в их флагманской передаче «Сирийцы среди нас» [араб]. В 2012 году находящаяся в Аммане радиостанция совместно с департаментом внешних связей посольства США в Иордании запустила «Сирийцы среди нас», первый проект такого типа, который обучал сирийских беженцев работе гражданских журналистов, рассказывающих о беженцах в Иордании.

Наилучшим, говорят многие участники программы, было то, что за каждую историю им платили примерно по 100 долларов — скромная сумма для обычного человека, но щедрая оплата для тех, кто за несколько месяцев потерял страну и дом. Джбейли была не первой среди участников, но и не последней. В 2016 году финансирование программы прекратилось, и она была приостановлена на неопределенный срок.

По словам Этафа Рудана, журналиста из Community Media Network [анг], «Сирийцы среди нас» подготовили около 60 простых сирийцев как гражданских журналистов за время действия программы.

С самого начала «Сирийцы среди нас» проливали критический свет на проблемы, затрагивавшие беженцев в Иордании: глубоко укорененная коррупция в лагерях беженцев, отсутствие доступа к образованию и другие виды систематической эксплуатации, жертвами которой становились сирийские семьи.

«Люди знают всё о своей собственной жизни. Мы думали, почему бы не дать шанс сирийцам самим рассказать о себе», — говорит Global Voices Дауд Куттаб, сотрудник Al-Monitor и один из основателей программы. «Мы заметили резкое увеличение агрессивных высказываний в адрес сирийских беженцев, особенно на радиостанциях. Для нас это было: сирийцы с помощью сирийцев о сирийцах», — рассказывает он.

Али улыбается на камеру в Аммане, район Захран. Фото автора.

Саид аль-Хадж Али [араб] также работал с «Сирийцами среди нас», однако в отличие от напарницы он происходит из самого южного города Сирии Даръа и начал для них писать в 2014 году.

Как и многие сирийцы, Али переехал в Ирбид — маленький город примерно в 90 километрах к северу от Аммана. по данным [анг] Агентства ООН по делам беженцев, в Ирбиде проживает около 140 000 сирийских беженцев, что делает этот город одним из самых крупных центров приёма беженцев в Иордании.

Но Али не был журналистом. Он был студентом, изучавшим арабскую литературу в Университете Дамаска; перспектива успешной революции мобилизовала радикальную сторону Али. «Я фотографировал и освещал оппозицию [Асаду]», — говорит он Global Voices. Али начал попадать в тюремные камеры и, в конце концов, оказался в бегах.

«Я прибыл в Иорданию, потому что был напуган арестом и искал безопасность. Из-за продолжающихся угроз от режима Асада мне и моей семье Иордания была единственным вариантом для меня».

Али видит свою работу в «Сирийцах среди нас» как важный голос для тех, у кого его больше нет. «В Иордании не было ни одного СМИ, рассказывавшего о проблемах, делах и историях сирийцев — проблемах в их жизни по поводу еды, помощи, медицины и образования», — говорит он.

«Сирийцы среди нас» уже прекратили свое существование, но жизни примерно 60 сирийцев как журналистов — нет. Теперь Али и Джбейли работают как журналисты на полной ставке, и не похоже, что это изменится в ближайшее время.

Конечно, Али и Джбейли мечтают вернуться в Сирию — Али хочет вести радиопередачу в своей стране, но возвращение выглядит всё более невозможным. В последний год режим Асада вместе с российскими и иранскими союзниками восстановил контроль над большей частью страны, и это заставляет многих верить, что Асад никуда не уйдёт.

Куттаб говорит: «Одной из наших целей было то, что однажды, когда Сирия станет свободной и демократической и ей понадобятся профессиональные подготовленные журналисты, они смогут приехать работать в свою собственную страну».

Поскольку сегодня это выглядит недостижимым, Али и Джбейли продолжают писать, но также и мечтать — мечтать о Сирии, которая была когда-то и которая, благодаря их работе, еще возможна.

Этот репортаж выполнен благодаря Пулитцеровскому центру по освещению катастроф [анг], студентом которого является Аман.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо