Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Афроколумбийская модель о «социальном отбеливании»

Джульетт Минольта, сфотографированная Паломой Фуэнтес. Изображение используется с разрешения оригинального издателя «Afroféminas».

Ниже приводится заявление колумбийской модели Джульетт Минольты, первоначально опубликованное на сайте Afroféminas [исп], написанное на основе ее размышлений о жизненном опыте потомков переселенцев из Африки и о расизме в Колумбии и других частях Латинской Америки. Более 10% [исп] граждан Колумбии являются потомками африканцев, и они составляют более 90% населения в таких регионах, как регион Тихого океана / Чоко [анг]. Сегодня они являются одним из самых мощных и динамично развивающихся испаноязычных сообществ потомков африканских переселенцев.

Мне было всего восемь лет, когда я поняла, что я другая. Когда вам немного лет и вы ходите в школу, которая полна детей, всё, что вы видите — дети. Я не воспринимала никаких различий, пока однажды кто-то не крикнул на меня «Черная девочка!», и все рассмеялись.

Я ничего не поняла, но этот опыт заставил меня впервые увидеться с психологом. Впоследствии я поняла, что я другая. Мне это не понравилось.

Позже, когда я была в старшей школе, я помню, что у моих одноклассников были прямые волосы. Я думала, что у них красивые волосы. Между тем, учителя говорили о предках черных людей как о рабах. Я решила, что люди, от которых я произошла, были рабами и больше ничем.

Мне никогда не говорили о Гарви, Манделе или Кинге. Никто никогда не рассказывал мне о ла Негра Касильде — бывшей рабыне и лидере в XIX веке — и ее рассказах о том, как помочь ее людям добраться до паленки, секретного места, где черные люди, которые избежали порабощения, могли спрятаться. Не было никаких дискуссий о Розе Паркс или о том, что все люди произошли из Африки.

Меня учили о Колумбе и Вашингтоне, и мне приходилось писать много работах о людях, которых, честно говоря, я уже не помню. Никто в моём классе не говорил об историях черных женщин.

И я продолжила учиться в старшей школе, выпрямляя волосы и пытаясь выглядеть как можно белее, чтобы получить социальное признание.

Я помню учителя, который, каждый раз, когда он обращался ко мне, использовал «черные манеры». Я говорила себе, что это ничего не значит, что это только шутка и что я должна двигаться дальше. И поэтому я начала пытаться изменить манеру своего разговора, стереть свои черные слова.

Я из Боготы, Колумбия, города белых людей. Тогда было не так много черных людей, как сегодня. Я начала использовать химикаты для выпрямления волос и я отказалась от своих традиций. Однажды я даже купила отбеливающий крем.

Он не сработал.

Я была в отчаянии, мне нужно было отбелить свою кожу. Я ненавидела, что я всегда была самой темной в семье.

Мои взгляды не изменились после поступления в университет. Всякий раз, когда люди называли меня «черной девушкой», я говорила, что мне это не нравится.

Я выросла в окружении белого социума, где быть черным — плохо, кудрявые волосы не считаются красивыми, а люди думают, что быть черным означает иметь большие ягодицы и грудь.

И, знаете, у меня нет ни того, ни другого.

Мы происходим не от рабов, мы происходим от людей

Однажды я слушала музыку, и появилась песня Баррингтона Леви «Mandela Free». Эта песня побудила меня исследовать мою родословную. Я поняла, что общество заставило меня отбеливать себя. Слова «черная девочка» как оскорбление — это то, с чем ежедневно сталкиваются многие женщины африканского происхождения. Изменять цвет волос только для того, чтобы тебя принимало общество — плохо.

Интересно, сколько детей «отбеливают» себя социально, даже не осознавая этого. Они подвергаются дискриминации и не знают своих предков и людей, которые боролись, чтобы история не повторилась. С какими последствиями могут столкнуться эти дети, если мы не осудим это?

Мы происходим не от рабов, мы происходим от людей, которые были порабощены. Это факт, который школа не преподает. Например, чилийский друг сказал мне, что ему никогда не рассказывали о рабстве или исторических черных лидерах. Как это так, если в Чили, где я живу сейчас, всегда были черные чилийцы?

Почему образование должно быть таким «белым» и почему существует необходимость в устранении образа черноты?

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо