Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Активная реакция одной австралийской медсестры на кризис беженцев

Helen Zahos with lifejackets on Lesbos

Элен Захос со спасательными жилетами на острове Лесбос. Фото любезно предоставлено Aussie Volunteers Helping Refugees in Greece (страница Facebook)

Гуманитарная деятельность Элен Захос — волонтёра, помогающего беженцам — является ярким примером того, как люди могут сами изменить ситуацию. Захос, медсестра скорой помощи и парамедик, родилась в 1977 году в Дарвине, столице австралийской Северной территории. Ее детство прошло на находящемся в заливе Карпентария острове Грут-Айленд, где ее родители, греческие мигранты, работали в горнодобывающей компании.

Она закончила среднюю школу и бакалавриат по медсестринскому делу и парамедицине в Дарвине. Начиная с 1999 года, Элен работала медсестрой и через год, в 2000 году, начала оказывать помощь как парамедик. Ее очень волнуют вопросы здоровья коренных народов, поэтому с 2006 по 2009 годы она работала в отдалённых землях аборигенного совета анангу [анг].

Элен имеет богатый волонтёрский опыт. В ноябре 2013 года она была на Филиппинах в составе команды реагирования на стихийные бедствия, которая оказывала помощь населению, после того как над страной пронесся тайфун Хайян [анг]. С 2014 года, после того как Элен пригласили на работу на Остров Рождества [анг], в австралийский центр для лиц, ищущих убежище, она сфокусировалась на правозащитной деятельности и вопросах здоровья мигрантов. Во время своего отпуска Элен оказалась в Греции в период охватившего страну финансового кризиса, где помогала организации «Medecine du Monde Grece» как волонтёр, оказывая медицинскую помощь пенсионерам и неимущим. Она также работала в центре по приему беженцев в Науру [анг].

В апреле 2015 года, во время землетрясения в Непале, Элен снова стала волонтёром команды реагирования на стихийные бедствия и помогала организации «Non-Nepalese Residence Association», выезжая в отдаленные места в районах Горкха и Аркет. В августе 2015 года, когда фотографии беженцев потоком хлынули в социальные медиа, Элен организовала кампанию по сбору средств на покупку медицинских расходных материалов, а в сентябре уехала в Грецию, на остров Лесбос  оказывать волонтёрскую помощь организации Medecine Du Monde Grece [анг]. Здесь она увидела тысячи беженцев из Сирии и соседних с нею стран и оказывала им медицинскую помощь. Австралийская газета Neos Kosmos [анг] рассказала о деятельности Элен в октябре 2015 года [газета освещает новости, связанные с жизнью греков в разных странах, включая Австралию прим.пер.]:

Гречанка из Австралии, медсестра-волонтёр Элен Захос, сообщает о кризисе мигрантов на острове Лесбос.

Позже Элен поехала на границу Республики Македония (БюРМ) и Греции, где стала свидетелем первого закрытия границы и беспорядков, которые произошли после этого.

После возвращения в Австралию Элен удалось собрать средства на пересылку на остров Лесбос медицинского оборудования для оказания первой помощи, которое пожертвовали «Ambulance Victoria» [официальные службы скорой помощи Виктории, штата на юго-востоке Австралии  прим. пер]. В настоящее время Элен работает медсестрой скорой помощи в госпитале «Gold Coast» штата Квинсленд.

После подробной беседы по видеосвязи Элен любезно ответила в письменном виде на вопросы о полученном опыте.

Кевин Ренни (КР): Расскажите нам о Вашем детстве, которое прошло на Северной территории. Как годы взросления, особенно те, которые Вы провели на Грут-Айленд, помогли подготовиться к Вашей деятельности волонтёра, оказывающего гуманитарную помощь?

Helen Zahos (HZ): Groote Eylandt in the late 70’s and 80’s was a great place to grow up as a child. It was a small community that had a warm community spirit and I grew up being a part of that community focus. Organizations such as the Lions club and Girl Guides were very active on the island and there was always a fundraiser of some sort that I was involved with. The Groote Eylandt mining company was the main source of work on the island, which attracted many workers from diverse backgrounds from the local indigenous people to migrants from all over the world. This meant that my classmates at Alyangula Area School were all from different backgrounds and cultures.

Элен Захос (ЭЗ): Грут-Айленд в конце 70-х и в 80-х годах был прекрасным местом для ребенка. Это было небольшое сообщество с сердечными людьми и я выросла, воспитанная в таком же духе. Организации «Клуб львов» и «Девочки-скауты» вели активную деятельность на острове; всегда проводились сборы пожертвований, в которые я была вовлечена. Горнодобывающая компания на Грут-Айленд, основное место работы живущих на острове, привлекала много разных людей  начиная от представителей местных коренных народов до мигрантов со всего мира. И мои одноклассники из школы Альянгула также были из семей с различным происхождением и культурой.

КР: В одном из Ваших видеоинтервью Вы сказали, что «беженцы такие же люди… как вы и я». Пожалуйста, расскажите о некоторых Ваших встречах, которые могут это проиллюстрировать.

HZ: There were so many encounters that I had where I thought that could be me, or that could be my mother or father.

I spoke with teachers that fled at gunpoint and hoped to resettle in Germany and one day teach gymnastics again. I had a professor from a university who helped me one day in the tent/clinic where we saw hundreds of people. As our interpreter was sick that day, he helped interpret and was mortified and embarrassed that he had been wearing the same clothes and had not changed his socks for 3 weeks.

I spoke with a mother who was a teacher, her husband a lawyer, and she was pregnant and had a 4-year-old boy with her. She had left her husband behind.

I helped a lady who had brought her own chemotherapy, having had dad go through chemotherapy before he died. I couldn’t believe we were setting this up in a dirty, dusty tent with no machinery or monitoring equipment, no blankets or cups of tea to help this woman’s therapy be more comfortable. How cruel… everyone had a story and everyone you could relate to.

ЭЗ: У меня было много встреч, когда я думала, что в таком положении могла оказаться я или что на месте этих людей могли оказаться мои мама или отец.

Я говорила с учителями, которым угрожали оружием и которые надеялись переселиться в Германию и снова начать обучать гимнастике. Я встретила профессора из университета, который помог мне в один из дней в палатке-клинике, где мы приняли сотни людей. Наш переводчик в этот день заболел и этот человек переводил нам. Он чувствовал себя униженно и неловко, потому что в течение 3 недель ходил в одной и той же одежде и носках.

Я говорила с матерью 4-летнего мальчика, который находился с ней. Она была беременна. Ей пришлось разлучиться со своим супругом-юристом.

Я помогла женщине, которая привезла с собой лекарства для химиотерапии; ранее через процедуру химиотерапии прошел ее отец, до того как скончался. Я не могла поверить, что мы делаем процедуры в грязной, пыльной палатке, без  какого-либо медицинского оборудования. Не было ни одеял, ни даже чашки чая, чтобы помочь этой женщине почувствовать себя более комфортно. Как жестоко… каждый мог бы рассказать свою историю и вы могли бы представить себя на его месте.

КР: Вы говорили о том, что некоторые греки чувствуют себя преданными, видя угрозу в Вашей работе с беженцами.  Что может помочь преодолеть возникшую пропасть? 

HZ: There are many reasons why some local Greek people see refugees as a threat and I guess fear is the biggest precipitator of this. I have had many people make comments like ‘why is she helping them (the refugees) and not the Greek people that are suffering from the financial crisis?’ Often people that make this comment don’t realize that I have volunteered specifically for the local Greek people in a polyclinic where pensioners and the underprivileged could access healthcare and medication. I have sent equipment and supported local first aid organizations that support Greek people.

I think the situation at the moment is dire in that refugees trapped in Greece by the border closures do not want to be in Greece. They were aiming to go to other countries in Europe with better job and education prospects than Greece can provide and unite with family members. Many local Greek people do not want the refugees in Greece as they fear loss of jobs, increase in crime and the government having to handout money for housing, food and medical services, in a country already struggling with its own financial pressures.

Until there are more definitive answers on what is going to happen with the 80 thousand plus refugees stuck in Greece, then the local people’s views will not change. Many Greek people remember the war where it was the Greeks that were arriving on boats in the thousands, it is for this reason that many older Greek people are tolerant and understanding of the situation and are empathetic with the Syrian refugees.

ЭЗ: Есть много причин, почему некоторые местные жители-греки оценивают беженцев как угрозу; я предполагаю, что страх является одной из наиболее весомых. Я от многих людей слышала комментарии подобные этому: «Почему она помогает им (беженцам), а не грекам, которые страдают от финансового кризиса?» Зачастую люди, которые говорят такое, возможно, не знают,  что я помогала как волонтёр именно местным жителям-грекам в поликлинике, где пенсионеры и неимущие могли получить медицинскую помощь и лекарства. Я высылала оборудование и поддерживала местные организации по оказанию первой медицинской помощи, которые предоставляют ее грекам.

Я думаю, что ситуация в настоящий момент ужасная: беженцы, по причине закрытия границы, оказались в ловушке в Греции, где они не хотят находиться. У них была цель попасть в другие страны Европы, где ситуация с работой и образованием лучше, чем в Греции, и где они могли бы присоединиться к членам их семей. Многие жители-греки не хотят, чтобы беженцы оставались в Греции, поскольку боятся потерять работу, опасаются роста преступности и того, что государство будет раздавать деньги на жилье, питание и медицинское обслуживание в стране, которая уже борется с собственными финансовыми трудностями.

До тех пор пока не будет принято окончательное решение по поводу 80 тыс. с лишним беженцев, которые находятся в Греции, взгляд местных жителей на происходящее не изменится. Многие греки помнят войну, во время которой они тысячами прибывали на лодках; вот почему многие пожилые греки толерантнее, понимают ситуацию и симпатизируют сирийским беженцам.

КР: Каким образом Ваша работа в центрах по приему беженцев на острове Рождества и в Науру повлияла на Ваше решение стать волонтёром?

HZ: My time working at Christmas Island and Nauru allowed for me to speak with refugees and asylum seekers, hear their stories and gain an understanding of what they were fleeing from. Had I not spent this time at the detention centres, I don’t think I would have fully understood the impact of what was happening. I gained insight and knowledge of the resources and processes involved on Christmas Island especially when one small boat arrived with asylum seekers. Seeing images of thousands arriving on the Greek islands in a mass exodus, I knew that help in the form of manpower was needed urgently.

ЭЗ: Когда я работала на Острове Рождества и в Науру, я разговаривала с беженцами и теми, кто просит убежище, слушала их истории и ко мне постепенно приходило понимание, от чего им удалось спастись. Если бы я не работала в центрах по приему беженцев, думаю, я не понимала бы полностью, как то, что произошло, воздействовало на людей. Представление о том, каков процесс и какие ресурсы используются для приема беженцев, я получила на Острове Рождества, когда приплыла небольшая лодка с теми, кто ищет убежище. Видя тысячи беженцев прибывающих на греческие острова, я знала, что вскоре понадобятся людские ресурсы для срочной помощи.

КР: Как Вы узнали о французской НПО Médecins du Monde и почему решили работать с ней? Чем уникальна ее деятельность? 

HZ: When I was working on Christmas Island in 2014 and I was headed to Greece for a holiday, I felt the need to use my skills as there were reports of Greek people suffering (particularly pensioners) in the Greek financial crisis. My conscience did not sit well with going to Greece and holidaying when its people were suffering so I simply looked up volunteer organizations that needed nurses. I contacted them via email and it was as simple as that. I went through their extensive application process.

ЭЗ: Когда я работала на Острове Рождества в 2014 году и поехала в отпуск в Грецию, я почувствовала, что следует использовать свои навыки. Появились сообщения о том, что жители Греции (особенно пенсионеры) испытывают проблемы во время финансового кризиса в стране. Мне было некомфортно ехать и наслаждаться отдыхом в такой ситуации, поэтому я начала искать организации волонтёров, которым были нужны медсестры. Я просто послала этой организации письмо по электронной почте. И прошла через весь процесс утверждения меня как кандидата.

КР: Что нового Вы узнали о себе и о других в процессе разрешения проблем?

HZ: I have learnt that not everyone is as caring; that the term ‘refugee’ is a dirty label that strips people of their identity. I have learnt that when a natural disaster happens the whole world turns up to help in full force, such as the Nepal earthquake or the Philippines after typhoon Hyan, but when the disaster is a result of war, no one turns up except civilian volunteers and non government organizations.

I learnt about the spontaneous volunteers and how they impacted negatively on the efforts of the teams on the ground, as they were well meaning but uncoordinated.

I have learnt that the refugee crisis is political and that the Australian public is so far removed from the situation. I have learnt that Australia is such a large country and yet they cannot accommodate 1000 or so refugees that are stuck in offshore detention centres and are using these people as a political pawn in a game that these innocent people have no control over.

I have suddenly become an advocate. As a nurse we are taught to be a patient advocate, suddenly I was in a situation where these people needed support and the public needed to be made aware of what was happening.

I have learnt to look at the one person in front of me that I am caring for and not the 5 or 10 thousand as it can be overwhelming. I have also learnt that a lot of people chose not care and chose not to take notice.

I now look back and remember that moment when I lay there in bed looking at those images on social media and thinking ‘ I can do something, I can go and volunteer’. Now that I have returned I am realizing the impact of the situation on me, and that you can come up with an idea and follow through and have a positive impact on people. That you don’t have to be special or skilled. You just need to be passionate and care and things just fall into place and you just have to hang on for the ride.

ЭЗ: Я узнала, что не каждый человек заботлив и что термин «беженец» — это негативный ярлык, который лишает людей индивидуальности. Я узнала, что когда случается стихийное бедствие, такое как землетрясение в Непале, на Филиппинах, или такое как тайфун Хайян, мир стремится помочь всеми силами. Однако когда бедствие является результатом войны, никто, кроме волонтёров — гражданских лиц и неправительственных организаций — не бросается на помощь.

Я узнала о спонтанных добровольцах и о том, как их усилия порой мешают командам, работающим на месте; такие добровольцы действуют с добрыми намерениями, но разрозненно.

Я узнала, что кризис беженцев является политическим и что люди в Австралии далеки от понимания ситуации. Я поняла, что Австралия, такая большая страна, всё еще не может разместить примерно 1000 беженцев, которые находятся в центрах по приему беженцев на островах и использует беженцев в качестве политической пешки в игре, над которой невинные люди не имеют никакого контроля.

Я внезапно стала защитником. Нас, медсестер, учат быть защитниками пациентов; внезапно я оказалась в ситуации, когда люди нуждаются в поддержке, а общественности следует знать, что произошло.

Я научилась смотреть на того, кто находится передо мной, на человека, которому я оказываю помощь, а не на 5 или 10 тысяч человек, поскольку это может подавлять. Я также поняла, что многие люди выбрали позицию равнодушия и решили не обращать внимание.

Теперь я оглядываюсь назад и вспоминаю момент, когда я лежала в постели, смотрела на фотографии в социальных сетях и думала: «Я могу что-то сделать, я могу стать добровольцем».  Сейчас, когда я вернулась, я осознаю, какое влияние оказала на меня ситуация и что человек может  предложить идею, следовать ей и оказать положительное влияние на людей. И что ты можешь и не быть кем-то особенным или специалистом. Тебе просто надо быть неравнодушным, беспокоиться, и все сложится. И останется только быть готовым к действию.

КР: Какой совет Вы дадите тем, кто хочет изменить манеру обращения мира с беженцами, которые стремятся к лучшей, более безопасной жизни?

HZ: For those people supporting refugees and wanting to help them have a better life like they deserve, I say stay strong and stay true to yourself. There are so many hate stories and politicians filling people with fear. It is easy to be hurt by words that are said or disheartened, but then there will be a story or you will meet someone with an amazing story of courage and it reminds you of why you feel so passionately about helping refugees.

ЭЗ: Тем, кто поддерживает беженцев и хочет помочь, чтобы они стали жить лучшей жизнью, которую заслуживают, я хочу сказать: оставайтесь сильными и будьте честны с собой! Столько историй о ненависти и политиках, вселяющих в людей страх. Очень легко обидеть, сказав слова, которые повергнут в уныние. Но затем вам расскажут о ком-то или вы встретите кого-то с удивительной историей мужества и это напомнит вам о том, почему вы чувствуете себя столь приверженным делу помощи беженцам.

Вы можете больше узнать о волонтёрской деятельности Элен, посмотрев несколько видеороликов. Antony Shows загрузил нижеследующее интервью в апреле 2016 года. А этот видеоролик представлен на греческом языке.

Интернет-ТВ Meraki TV также беседовало с Элен в августе 2016 года.

Недавно Элен встречалась с собственниками кафе в Дарвине, которые собрали средства и поддержали ее, когда она ездила в Грецию.Они хотели опять устроить сбор средств, чтобы Элен посетила лагеря и предложила помощь тем, кто в ней нуждается.

Элен также открыла страницу на Facebook Aussie Volunteers helping Refugees in Greece, куда могут зайти те, кто хотел бы помочь.

Благодарю автора Global Voices Астериса Масураса из Салоник (Греция) за помощь в организации встречи.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо