Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Всемирный день беженцев: боясь ареста, журналисты покидают свою родину

Sanna Camara with his wife and daughters. Photo courtesy of Sanna Camara via CPJ.

Покинувший свою страну гамбийский журналист Санна Камара с женой и детьми. Фото любезно предоставлено Санной Камара через КЗЖ.

Автор материала — Nicole Schilit, старший сотрудник программы помощи журналистам КЗЖ. Эта статья публикуется как часть партнёрства между Global Voices Advox и Комитетом по защите журналистов (КЗЖ). Изначально она появилась в блоге КЗЖ на английском языке.

В августе 2014 года два журналиста, которых разделяло более 6000 километров, пересекли границу в поисках безопасности: один с женой и тремя детьми, другой в одиночку. Идрак Аббасов из Азербайджана и Санна Камара из Гамбии столкнулись с угрозой тюремного заключения из-за своей работы. Ни один из них не смог вернуться домой.

Их истории, как и истории радио-директора из Бурунди Боба Ругурики и редактора из Турции Севги Акарчешме, отражают опыт многих журналистов, которым приходится бежать из своей страны каждый год, спасаясь от преследований, вызванных своей работой. Каждому из журналистов, с которыми КЗЖ поговорил перед Всемирным днём беженцев, пришлось сделать трудный выбор между ссылкой и тюрьмой.

Азербайджан: «Я не знал, к кому обратиться»

Известный корреспондент из Азербайджана Идрак Аббасов рассказывает, что неоднократно получал угрозы из-за своих репортажей, а когда в августе 2014 года коллега предупредил его о возможном аресте, Идрак решил, что настало время отвезти жену и трех маленьких детей в безопасное место. Они выехали из собственного дома в Баку, стараясь не привлекать внимания, взяв лишь самое необходимое.

За неделю до того как Аббасов покинул страну, генеральная прокуратура провела серию обысков [аз] в офисах Института свободы и безопасности репортеров (ИСБР) — бакинской правозащитной организации, где работал Идрак. Сотрудники правоохранительных органов конфисковали [анг] оборудование и компьютеры, лишив Институт возможность работать, что стало еще одним шагом в подавлении гражданского общества в Азербайджане.

Это не первый случай, когда Аббасов, также сотрудничающий с независимой газетой «Зеркало», преследуется из-за своей профессиональной деятельности. В 2012 году журналист освещал проблему принудительных выселений в преддверии проведения «Евровидения» (в этом году конкурс принимал город Баку), был избит, после чего госпитализирован, как подтверждает КЗЖ [анг]. Но даже сотрясение мозга, переломы ребер, выбитые зубы, повреждение почки и появившиеся проблемы со зрением не остановили Аббасова, который продолжал работу.

Идрак Аббасов со своей женой и тремя детьми. Азербайджанский журналист живет в изгнании в Норвегии, куда вынужден был сбежать из-за угрозы ареста. Фотография предоставлена Идраком Аббасовым через Комитет защиты журналистов.

Идрак Аббасов со своей женой и тремя детьми. Азербайджанский журналист живет в изгнании в Норвегии, куда вынужден был бежать из-за угрозы ареста. Фотография предоставлена Идраком Аббасовым через КЗЖ.

По словам репортера, он опасался, что власти опередят его и запретят выезд из страны, поэтому Идрак сказал друзьям и коллегам, что сопровождает семью в Турцию, где его сын должен получить необходимую медицинскую помощь. 19 августа Аббасов привез жену и детей на границу Баку, где семья бросила машину. Вместе они пересекли грузинскую границу и под вымышленными именами на два дня остановились в гостинице в Рустави.

«Никто не ожидал, что мы окажемся в Грузии. Я не знал, что делать, к кому обратиться», — рассказывает он. Объясняя отсутствие багажа, Идрак и его жена сказали сотрудникам отеля, что просто отдыхают здесь, а вещи хранятся у друзей. К этому времени банковский счет журналиста был заморожен, а неизвестные люди в штатском уже разыскивали его в Баку, в его доме и доме свекра. Азербайджанские родственники рассказали Аббасову, что полиция два дня держала в заключении его шурина, пытаясь разузнать информацию о местонахождении Идрака.

С помощью КЗЖ и других правозащитных организаций, Аббасов с семьей выехали из Рустави в столицу Грузии Тбилиси. Они были дальше от границы, но журналист по-прежнему опасался, что азербайджанские спецслужбы в состоянии достать их. Семья несколько раз меняла место жительства, стараясь как можно реже появляться на улицах. Идрак вспоминает, что лето выдалось очень жарким, детям все время хотелось играть во дворе, однако он не мог им этого позволить.

В сентябре 2014 года Аббасовы прилетели в Чернигов (Украина), где остановились в Human Rights House — убежище, которое является частью крупной сети правозащитных организаций. Еще через два месяца семья перебралась в Вильнюс, в приют, также находящийся в ведении гражданских групп по правам человека.

Наконец, в январе 2015 года Аббасов и его семья перебрались в Норвегию, после того, как получили вид на жительство на три года и были приняты International Cities of Refuge Network, независимой организацией городов и регионов, которая предлагает убежище преследуемым. Вскоре у Аббасовых родился четвертый малыш. Идрак рассказал, что его старшие дети были очень растеряны, когда в спешке покинули родной дом, но после того, как семья осела в Норвегии, поняли, что в Азербайджан больше никогда не вернутся.

Гамбия: «Моя дочка спрашивает, когда я вернусь домой»

В июне 2014 года Санна Камара был третий раз арестован из-за своей журналистской работы. Камара не мог свободно заниматься журналистикой в своей стране и боялся нового ареста, поэтому, как он говорит, он понял, что надежды остаться в Гамбии нет. Самара рассказал КЗЖ, что последний раз он был арестован в тот же день, когда в газете The Standard вышел его репортаж о торговле людьми. Власти обвинили [анг] его в публикации ложных новостей; он был отпущен под залог при условии, что будет являться в штаб полиции в Банжуле три раза в неделю.

Камара говорит, что за неделю до побега его контакт в полиции сообщил ему, что для его дела было достаточно свидетельств. Поскольку ему было нужно разрешение на перемещения даже по Гамбии, журналист сказал полиции, что собирается навестить своих родителей в 290 километрах от столицы.

Но Камара поехал не к своей семье, а прямо к границе. Зная, что патрулей меньше, когда жарко, он подождал, пока солнце поднимется как можно выше, и пересёк границу с Сенегалом, где попытался зарегистрироваться как беженец.

Когда Камара прибыл в столицу Сенегала Дакар, он нашёл достаточно большую квартиру для того, чтобы его жена и три ребёнка, от двух до шести лет, могли к нему присоединиться. Но, говорит Камара, он понял, что не может поддерживать свою семью в ссылке так же, как делал это дома. Журналист мог жить без завтрака, но не мог лишать свою семью трёхразового питания. Через несколько недель его жена и дети вернулись в Гамбию, а Камара переехал в одну комнату, где и живёт до сих пор. «Я скучаю по своим детям. Каждый раз, когда я говорю с дочерью, она спрашивает, когда я вернусь домой», — говорит Камара.

Sanna Camara has been able to continue working as a reporter while in exile, and says he has been given more freedom to cover sensitive issues. Photo courtesy of Sanna Camara via CPJ.

Санне Камаре удалось продолжить работу журналиста, и он говорит, что получил больше свободы в освещении чувствительных вопросов. Фото любезно предоставлено Санной Камарой через КЗЖ.

В марте 2015 года Сенегал отклонил заявку Камары на статус беженца. Причин указано не было. Камара утверждает, что заявки нескольких бежавших в Дакар до него гамбийских журналистов также были отклонены. Он подал апелляцию на решение.

КЗЖ обнаружил, что большинству работников СМИ, которые вынуждены бежать, не удаётся продолжить работать в журналистике, но Камара пишет как внештатный сотрудник для гамбийских новостных сайтов, а в мае начал работать с независимым всемирным информационным агентством Democracy Watch News. Он также пишет о политике, правах человека и проблемах свободы слова в своём блоге GambiaBeat [анг]. Он сказал КЗЖ:

In Senegal I have a lot of freedom to investigate human trafficking. I have interviewed over a dozen human trafficking victims. I would not be able to do this work in Gambia. I would not have the security to do this….It's not the best, but it is more secure than in Gambia.

В Сенегале я свободен в расследовании торговли людьми. Я взял интервью у более чем десятка жертв торговли людьми. Я не мог бы делать эту работу в Гамбии. Я не был бы в безопасности, делая это…. Это не наилучшая ситуация, но здесь безопаснее, чем в Гамбии.

Бурунди: «Я был парализован идеей изгнания»

В мае 2015 года радиожурналист Боб Ругурика был вынужден бежать из Бурунди в третий раз с 2008 года из-за связанных с его работой угроз. Ругурика говорит, что в первые два раза, оба из которых были связаны с расследованием убийства правозащитника Эрнеста Манирумвы, он чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы в конце концов вернуться домой, даже при том что он и его жена получали угрозы смертью.

Его желание вносить позитивный вклад в общество Бурунди всегда возвращало его обратно. «Я чувствую возмущение, иногда вину, как если бы мы [журналисты] не смогли предотвратить эту ситуацию войны, в которую погрузилась Бурунди. Меня разрывало между чувством отчаяния и желанием продолжать бороться, несмотря ни на что», — сказал он.

Последний побег Ругурики через границу был другим.

Radio director Bob Rugurika says he doesn't know when it will be safe for him to return to his home country, Burundi. Photo courtesy of Rugurika via CPJ.

Директор радиостанции Боб Ругурика говорит, что не знает, когда для него будет безопасно вернуться в свою страну, Бурунди. Фото любезно предоставлено Ругурикой через КЗЖ.

В январе 2015 года КЗЖ сообщил о том, как директор частной бурундийской станции Radio Publique Africaine был обвинён [анг] в соучастии в убийстве и нарушении общественной солидарности после того, как станция выпустила в эфир интервью с гостем, заявившим, что участвовал в убийстве трёх итальянских монахинь. Он обвинил в участии в убийствах нескольких служащих разведки и полиции. Доказательств предоставлено не было.

Отказавшись выдать местоположения гостя, Ругурика был арестован 19 января 2015 года и провёл в заключении месяц. Журналист сказал КЗЖ, что привык получать угрозы, но после условного освобождения в феврале они участились, а его дом был атакован, из-за чего ему пришлось скрываться. Ругурика говорит, что после двух месяцев жизни в подполье его жизнь стала невыносимой и он понял, что ему нужно покинуть Бурунди.

8 мая 2015 года, когда в столице, городе Бужумбура, шли демонстрации против решения президента Пьера Нкурунзиза переизбираться на третий срок, Ругурика приготовился к отъезду. КЗЖ обладает информацией о бегстве из Бурунди более чем 100 журналистов с момента начала беспорядков в том году и правительственных репрессий против независимой прессы.

В случае Ругурики прокуроры запретили журналисту путешествовать, поэтому он держал свои планы в секрете. Ругурика сказал, что под предлогом работы над репортажем он устроил, чтобы водитель с его радиостанции подвёз его близко в руандской границе. Журналист сказал водителю, что ему надо встретиться с источником в особом месте, и затем на мотоцикле проехал к малопатрулируемой части границы.

Ругурика легко смог пересечь границу с Руандой, где кто-то ждал, чтобы отвести его в столицу, Кигали. Оттуда Ругурика направился в Найроби в Кении, но позже возвратился в Кигали, к другим бежавшим в Руанду журналистам из Бурунди; он говорит, что это самая безопасная страна в регионе.

«Первые шесть месяцев было сложно, — говорит он. — Я был парализован идеей изгнания. Это первый раз, когда я решил бежать из страны, не зная точно, когда вернусь».

Ругурика продолжает работу журналиста и основал Humura Burundi, интернет-журнал, освещающий новости Бурунди.

Турция: «В Стамбуле была вся моя жизнь»

В прошлом году КЗЖ сообщал о жестком давлении на прессу правительством Турции, которое включало аресты, захват СМИ и судебные преследования. Одной из жертв этих событий стала Севги Акарчешме, редактор газеты Today's Zaman, которой пришлось покинуть страну в марте 2016 года, опасаясь ареста.

В декабре 2015 года Акарчешме праздновала свою новую должность, став первой женщиной в роли главного редактора газеты Today's Zaman. Спустя три месяца, 4 марта, суд Стамбула вынес решение [анг], по которому назначенные судом доверенные лица должны взять под свой контроль газету Today's Zaman и родственную ей газету Zaman, которые они обвинили в пропаганде терроризма. Согласно исследованиям КЗЖ, в результате за решеткой оказались как минимум 18 журналистов.

Before fleeing, Sevgi Akarçeşme was editor-in-chief of Today's Zaman in Turkey. The news organization's takeover made international headlines.

До побега Севги Акарчешме была главным редактором Today's Zaman в Турции. Захват новостных организаций Турции был освещен международными СМИ.

Акарчешме рассказывает, что после этих событий, а также получив 17 месяцев лишения свободы условно в декабре 2015 года за оскорбление премьер-министра в Twitter, она стала беспокоиться о том, что ей могут запретить выезжать за границу или даже отправить за решетку. Несколько ее коллег были приговорены к тюремному заключению, включая Экрема Думанлы, главного редактора Zaman, который был осужден в декабре 2014 года и Бюлента Кенеша, бывшего главного редактора Today's Zaman, в октябре 2015 года. Думанлы покинул страну, а Кенеша освободили в ожидании суда, запретив ему выезд из страны. Акарчешме говорит, что произвольный арест ее коллег оставил ее разочарованной и беспомощной:«У меня уже почти не осталось веры в судебную систему Турции».

Боясь разделить ту же участь, Акарчешме решила покинуть Турцию до того, как запрет на выезд вступит в силу. 6 марта она купила билет на самолет, собрала свои вещи и через несколько часов уже летела в Брюссель. По ее словам она чувствовала себя героем фильма и находилась в напряжении, пока самолет наконец не взлетел.

Staff of Today's Zaman prior to the takeover. Photo courtesy of Sevgi Akarçeşme via CPJ.

Сотрудники Today's Zaman до захвата властями. Фото любезно предоставлено Севги Акарчешме через сайт КЗЖ.

«Я изменилась. Все эти события сделали меня другой. Я стараюсь смотреть на эти вещи с хорошей стороны. Мне сложно, но трудности меняют нас к лучшему, — говорит Акарчешме — Тайком я все еще надеюсь на чудо. Я надеюсь что произойдет чудо и я смогу вернуться назад, хотя в ближайшем будущем это маловероятно».

Также журналист добавила:

I still don't know how long I will have to be away from my home country. It's kind of heartbreaking because, after all, it's my hometown, Istanbul. My whole family lives there. My whole life was in Istanbul. Even though I traveled a lot and I studied in the United States, being forced to leave your country is something else. It feels truly terrible. To leave your country with only two suitcases, not knowing what to do, not having a job, not having anyone next to you.

Я еще не знаю сколько мне придется быть далеко от дома и это ужасно, потому что Стамбул — это всё-таки мой родной город. Вся моя семья живет там. В Стамбуле была вся моя жизнь. Хотя мне приходилось много путешествовать и я даже училась в США, покидать собственную страну против своей воли — это нечто совсем иное. Это реально ужасно. Уезжать из страны всего с двумя чемоданами, не зная что делать, без работы, в полном одиночестве.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо