Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Насилие над детьми в Турции – с позором замалчиваемая “тяжелая реальность”

"Depressed Boy" (CC BY-ND 2.0) by Tjook

“Подавленный мальчик” (CC BY-ND 2.0), автор Tjook

В прошлом месяце в Турции разразился громкий скандал [анг] из-за совершения насилия в отношении детей, с которым связан консервативный фонд, поддерживаемый правящей в Турции Партией справедливости и развития (АКП). Учитель (М. Б.) был арестован по подозрению в изнасиловании по меньшей мере 10 учеников частной религиозной школы, принадлежащей проправительственному фонду «Энсар».

Полный запрет на освещение в СМИ расследования, вынесенный постановлением местного суда после появления новости, вызвавшей скандал, скрыл много важных деталей дела, оставляя местным СМИ лишь обрывки информации.

Но все ухудшающуюся проблему жестокого обращения с детьми в Турции становится сложнее скрывать.

Согласно [тур] Ассоциации по борьбе с жестоким обращением с детьми, число случаев насилия в отношении детей в стране выросло на 50% за последние пять лет и на 125% за последние 10 лет.

По информации Ассоциации, каждый шестой мужчина и каждая четвертая женщина подвергались каким-либо формам жестокого обращения еще будучи детьми.

Министр семьи и социальной политики Турции Сема Рамазаноглу усилила уровень общественного недовольства, назвав случаи жестокого обращения в провинции Караман «разовым инцидентом» и раскритиковав за попытку оклеветать  «Энсар» оппонентов в парламенте, призывающих противодействовать фонду.

Это привели к появлению петиции [тур] от 23 марта на сайте Change.org, под которой подписалось более 300 тысяч человек, требуя отставку Рамазаноглу.

5 апреля Рамазаноглу сумела избежать отставки после того, как на предложение о вынесении ей вотума недоверия, было наложено вето парламентом, в котором преобладает АКП.

Оппозиционер из Народно-республиканской партии Тункай Озкан написал короткий твит после отклонения предложения о вынесении вотума недоверия:

Предложение о вынесении вотума недоверия Министру семьи по причине скандала из-за изнасилований в Карамане, было отклонено. Члены АКП стоят в очереди, чтобы отпраздновать.

В ответ хэштег #TecavüzAKlandı (дословно “насилие оправдано”) был выведен в тренды в Twitter, так как активисты по борьбе за права детей обрушили шквал критики против оказавшегося в сложной ситуации министра.

Несмотря на первоначальный отказ АКП оппозиции в созыве специальной комиссии, занимающейся случаями проявления насилия над детьмипартия согласилась на требование, хотя 9 из 15 членов [тур] комиссии будут представителями правящей партии.

“Самая большая проблема, с которой мы сталкиваемся в случаях жестокого обращения, – это попытка скрыть их”.

Еще больше внушающих беспокойство новостей пришло в начале месяца из города Измир на западе Турции, где полиция арестовала [тур] людей, подозреваемых в жестоком обращении с детьми в двух различных школахи из города Ван, где учитель английского находится под следствием [тур] за якобы сексуальные домогательства по отношению к мальчикам и девочкам, являвшимся его учениками, и принуждение их к просмотру сексуально откровенных видео.

Согласно докладу, недавно опубликованному на новостном портале Bianet [анг], только в марте 64 ребенка были подвержены сексуальным домогательствам в 14 разных городах, а 41% задержанных полицией по подозрению в сексуальных домогательствах людей являлись учителями.

В этом месяце Global Voices пообщались с клиническим психологом Семрой Сойсал [тур], которая является специалистом в области детской психологии, о серьезности скандала, связанного с фондом «Энсар».

GV: До сих пор правительство оказывало широкую поддержку фонду «Энсар». Как, по вашему мнению, такая позиция правительства повлияла на жизни детей, которые подверглись жестокому обращению?

СС: Не имею представления о том, на скольких детей повлиял [данный скандал] и какую поддержку им оказывают власти. Министерство утверждает, что им предоставлялась психологическая помощь. Мы также не знаем, поддерживают ли семьи [которых коснулись предполагаемые преступления в отношении детей] своих детей или настроены к ним враждебно. Семьи в основном малообеспеченные, поэтому они могут нуждаться в финансовой поддержке, предлагаемой фондом. Вот почему они могут предпочесть умалчивать об этой проблеме. Что точно в данном вопросе, так это то, что дети находятся в самом сложном положении […]

В таких происшествиях жертвы долгое время спрашивают самих себя, пытаются оценить, было ли насилие совершено по их собственной вине. Преодоление травмы начинается, когда человек говорит, что “это была не моя вина”. Поэтому психологическая помощь совершенно необходима. Дети могут думать: “Конечно, будущее фонда важнее нашего будущего”. Они могут считать себя виноватыми и ничего не стоящими. Это может заставить их сильнее чувствовать последствия травмы.

Справедливое наказание насильников очень важно для детей, получивших моральную травму.

GV: С момента появления скандала вокруг фонда «Энсар» мы увидели появление новостей о других случаях насилия в отношении детей, в то время как статистика показывает увеличение подобных происшествий на 50% за последние 5 лет. Действительно ли количество преступлений в отношении детей увеличилось или же о них теперь просто легче узнать? 

СС: Если есть исследование, отмечающее тенденцию роста насилия в отношении детей, мы должны его проанализировать и рассмотреть факторы, влияющие на результаты. Самая большая проблема, которая нам встречается в случаях жестокого обращения, – это попытка скрыть их. Особенно это касается домашнего насилия, когда молчание зачастую наиболее предпочтительная вещь для сохранения порядка в семье и её репутации. Так как такие случаи случаются регулярно, существует огромный разрыв между публикуемыми и реальными данными.

Хотя в последние годы действительно увеличилось количество случаев жестокого обращения, [насилие в отношении детей] было тяжелой реальность на протяжении многих лет. В последнее время проблема привлекает больше внимания, так как правительство и общество её обсуждают. Если на 50% увеличилось количество зафиксированных случаев насилия, то данные случаи должны быть проанализированы. Например, установить различия между городами и религиями, меры социальной защиты в городах, где случались зафиксированные случаи, и, что самое важное, оценить последствий происшествий. Это принесет пользу в политике по борьбе с жестоким обращением.

GV: С какими проблемами или травмами позже сталкиваются дети, подвергшиеся насилию, и что могут сделать семьи, чтобы защитить своих детей от потенциальной возможности быть жертвой насилия? 

СС: Любой подвергшийся насилию ребенок испытывает тяжелую травму […] Эта травма является катастрофой для ребенка. Мы испытываем негативные чувства по отношению к себе в период перенесения травмы: “я ничего не стою”, “я плохой”, “я беззащитный”. Это некоторые из таких чувствПодвергшиеся насилию люди должны на протяжении многих лет получать психологическую поддержку, чтобы избавиться от подобного отношения к себе.

Семьи должны учить своих детей защищать себя, также самим семьям необходимо уважать своих детей. Понятие личного пространства очень важно. В случае совершения жестокости, детям нужно защитить свою частную жизнь и реагировать на насилие криком. Дети должны быть уверены, что в случае совершения жестокости по отношению к ним, семья их поддержит, потому что дети могут предпочесть молчание, если они сомневаются в том, что им поверят.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо