Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

В Иране студента отправили в тюрьму за посты в Facebook

Amin Anvary's mother has been protesting for her son's release since October. Image from ICHRI.

Мать Амина Анвари Фара Бахши требует освобождения сына. Фото: ICHRI.

21-летний студент Амин Анвари, ранее в этом году получивший условный срок за публикацию сообщений на правозащитную тематику в Facebook, был арестован корпусом Стражей Исламской революции и с 4 октября удерживается без предъявления обвинений в камере тюрьмы Эвин [анг]. По словам родственников, на Амина оказывают давление, чтобы вынудить его дать ложные показания.

«Они угрожают и преследуют нас, чтобы давить на Амина в тюрьме. Я в этом уверена. Они хотят заставить его оболгать себя», — рассказала представителям Международной кампании за права человека в Иране [анг] мать Амина Фара Бахши.

В первый раз Амина Анвари арестовали 30 декабря 2014 года из-за посвященных основным гражданским правам записей в Facebook. В тот же день он был освобожден под залог в 300 млн риалов (порядка 10 тыс. американских долларов). В июле 2015 года дело рассматривалось 26 отделом Исламского революционного суда под председательством судьи Ахмадзаде. Амин был приговорен к тюремному заключению на 2,5 года за «пропаганду против государства», «оскорбление верховного лидера» и «оскорбление Мухаммад-Таги Месбах-Йезди», который входит в состав Совета экспертов. Данный приговор был заменен условным сроком на 5 лет.

Г-жа Бахши вспоминает: 4 октября 10 мужчин вломились в ее дом, без предъявления удостоверений и ордера арестовали ее сына и конфисковали его компьютеры. С тех пор она лишь трижды имела возможность коротко побеседовать с ним по телефону. Ей, ее мужу и младшему сыну угрожали и предупредили не давать интервью об аресте сына.

«Ответственность за все, что бы ни случилось со мной, моими двумя сыновьями и мужем, будет лежать на Стражах. Они угрожают, чтобы я не протестовала и не давала интервью. Но у меня нет выбора. Вы не хотите, чтобы я давала интервью? Ради Всевышнего, отпустите моего сына — и я умолкну», – говорит г-жа Бахши.

Г-жа Бахши рассказала, как сотрудник тюрьмы пытался заставить ее отказаться от общения с прессой:

Он сказал, что позволит мне увидеть сына, если я пообещаю не давать интервью и не присоединяться к акциям протеста. Я ответила, что согласна, если он пообещает отпустить моего сына. Он отказался, и я сказала, что продолжу делать то, что делаю.

Мать Амина Анвари добавила, что хранила молчание в течение двух недель после ареста сына. Но 19 октября она присоединилась к акции, организованной членами семей заключенных. «В тот же день Амин позвонил домой, сказал отцу, что у него все нормально, и попросил: „Скажи маме не давать интервью, поскольку это вызовет проблемы“».

По словам г-жи Бахши, этим летом во время ежегодного семейного выезда в Турцию она узнала, что некоторые друзья Амина были арестованы. Она предложила ему не возвращаться в Иран, если он чувствует, что его ждут неприятности. Но Амин ответил, что не делал ничего плохого и хочет вернуться, дабы продолжить учебу.

«Я прошу судебные власти не арестовывать молодых людей и не выдвигать против них серьезные обвинения каждый раз, когда они что-то критикуют. Мой сын сейчас должен сидеть в аудитории и учиться», — добавила г-жа Бахши.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо