Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Человек, который путешествует по миру не чтобы смотреть, а чтобы слушать

Jacob Kirkegaard recording in the Chernobyl exclusion zone: "It's a kind of a no place and so I thought: How can I record such a place because my presence ... changes so much?" Credit: Courtesy of Jacob Kirkegaard

Якобы Киркегард ведёт запись в чернобыльской зоне отчуждения: «Это место, которого как бы нет, и я подумал: как могу я записывать подобное место, если моё присутствие… так много меняет?» Авторские права: любезно предоставлено Якобом Киркегардом

[Все ссылки ведут на страницы на английском языке].

Эта статья и радиорепортаж Alina Simone для The World изначально появились на PRI.org 28 сентября 2015 года и публикуются здесь по соглашению об обмене контентом.

Я предполагал, что имею много общего с датским мастером саунд-арта Якобом Киркегардом (Jacob Kirkegaard): я пользуюсь микрофонами, он пользуется микрофонами. Я люблю звук, он любит звук.

Listen to this story on PRI.org »

Хм, нет.

Киркегард использует акселерометры, чтобы вести запись под поверхностью Земли, гидрофоны, чтобы принимать звук под водой, и даже крошечные микрофоны для записи отоакустических эмиссий, создаваемых человеческим ухом.

И он определённо любит звук намного больше, чем я.

«Я никогда не употреблял наркотиков, потому что я думаю, что кайф мне могут дать звуки. Я просто всегда использовал звук, чтобы попасть куда-то туда», — говорит Киркегард.

Его путешествие началось в шесть лет, когда отец подарил ему магнитофон, и он открыл, что может изменять свой голос, замедляя запись: «И внезапно я зазвучал, как монстр. Как большой вампир».

После колледжа Киркегард некоторое время был музыкантом. Однажды в Кёльне, Германия, он случайно приложил ухо к железной ограде и погрузился в необычную и по-странному музыкальную вселенную:

Тогда Киркегард понял, что вместо того, чтобы создавать звуки, ему бы хотелось находить звуки, «которые как-то озадачивают меня, которые я не совсем понимаю. Я бы хотел слушать политически нагруженные места без желания заявить собственное мнение».

Он провёл неделю в маленькой лодке во фьорде Илулиссат в Гренландии, записывая сползание ледников. Вот как звучит глобальное потепление:

Киркегард советует: «Используйте наушники или хорошие колонки». Он прав: даже в многолюдном кафе я перенёсся в место, одновременно угрожающее и дикое.

«Иногда я думаю, что недостаточно просто прочитать об этом или просто увидеть фотографию большого количества льда, которое за несколько лет исчезло. Но если вы услышите это, вы начнёте чувствовать, что это происходит прямо сейчас», — говорит Киркегард.

Его работа также рассказывает о том, что не происходит сейчас — в в основном заброшенных местах; например, в Припяти, центре чернобыльской радиоактивной «зоны отчуждения». Киркегард провёл там запись в 2005 году.

«Люди действительно ушли, и всё же там так много следов жизни. Это место, которого как бы нет, и я подумал: как могу я записывать подобное место, если моё присутствие — оно так много меняет?»

Так что он оставил микрофон и ушёл.

После каждого раза он снова проводил запись, только теперь оставляя первую дорожку играть в комнате на низкой громкости, превращая тишину в оркестральное гудение.

Но некоторые места слишком упрямы, чтобы выдать свои секреты: это Киркегадр узнал, пытаясь записать конкретный барьер, отделяющий Израиль от Западного берега.

«Он так тяжёл, что почти не имеет звука. Но тогда мне пришлось спросить себя: а чего я вообще жду? — говорит он. — Вы знаете, природой той стены как раз и является неотзывчивость к своему окружению. Она предназначена для прекращения любой отзывчивости. И это то, что, когда я начал это понимать … что именно я записываю».

В конце концов он начал размещать микрофоны вокруг стены, записывая звуки идущей жизни — призыва к молитве, автомобиля на холостом ходу — звуки, которые не может остановить стена.

Не все работы Киркегарда несут политическое сообщение, и не все делаются в одиночестве. Однажды он пригласил 16 разных гостей в отель «Мариенбад» в Берлине и затем записал, как они спят. Можно услышать не так много — только редкий храп и шёпот — разговоры во сне. Но Киркегард говорит, что это похоже на погружение в мир неизведанного.

«Они дали мне секрет. Они пригласили меня в своё интимное пространство, о котором даже они сами не знают».

Так что делать, если я хочу сменить жизнь радиорепортёра на путь «Художника Звука», спросил я Киркегарда. Где мне найти хороший подержанный акселерометр? Но он говорит, что дело не в крутом снаряжении; вся суть — в вашей идее.

«Как говорит агент [Дейл] Купер в [сериале] „Твин Пикс“: „Совы — это не то, чем они кажутся“. Эта цитата, которую я очень люблю в том смысле, что звуки — это не то, чем они кажутся.

Ещё одна вещь, которую однажды сказал агент Купер: „Я понятия не имею, куда это приведёт… но я уверен, что это будет одновременно прекрасным и странным местом“».

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо