Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Городское огородничество приобретает в США всё большую популярность: экстравагантное хобби или новая модель развития?

Девочка на крыше в Бруклине, где располагается огород по выращиванию органических продуктов. Фото пользователя Flickr Evan Long. CC-BY-NC-SA 2.0

Девочка на крыше в Бруклине, где располагается огород по выращиванию органических продуктов. Фото пользователя Flickr Evan Long. CC-BY-NC-SA 2.0

Эта статья Элизабет Ройт [анг] была первоначально опубликована [анг] на сайте журнала Ensia [анг] (издаётся под патронажем Института окружающей среды при Университете Миннесоты). Это издание посвящено поиску практических решений глобальных экологических проблем. Републикация осуществляется в рамках соглашения об обмене контентом. Материал был подготовлен при участии некоммерческого научно-исследовательского медиапроекта Food & Environment Reporting Network [анг].

В середине весны почти голые посадочные грядки принадлежащей Кэролин Лидли (Carolyn Leadley) фермы Rising Pheasant, расположенной в детройтском районе Поултаун, едва ли предвещают нечто похожее на изобилие. Должно пройти ещё много месяцев, прежде чем Лидли сможет продать выращенный на участке в одну пятую акра [около 40 «соток», 1 акр = 0,405 га] урожай. И вряд ли приветливая молодая хозяйка фермы могла позволить себе полениться даже в самые снежные зимние дни. Дважды в день она отправляется из своего дома в небольшую теплицу в боковом дворе, где с поливочным распылителем в руках орошает приблизительно 100 лотков с разнообразной зеленью. В течение всего года она продаёт свои крохотные зелёные сокровища на Восточном фермерском рынке Детройта, а также владельцам ресторанов, которые рады украсить свои блюда выращенной в окрестностях свежей зеленью.

Лидли — ключевой участник развитого детройтского фермерского сообщества, состоящего из более чем 1 300 общественных, коммерческих, семейных и школьных огородов, которое в 2014 году произвело около 400 000 фунтов [около 180 т, 1 фунт ≈ 0,454 кг] растительных продуктов питания. Такого количества продуктов достаточно, чтобы прокормить более 600 человек. Городские фермы в других постиндустриальных городах США славятся не меньшими урожаями. Так, в 2008 году в Филадельфии 226 общественных и самовольно разбитых на бесхозных землях огородов вырастили в совокупности около 2-х миллионов фунтов теплолюбивых овощей и зелени [анг] стоимостью почти в 5 миллионов долларов. Работающая с полной отдачей бруклинская ферма Added-Value Farm [анг], занимающая площадь в 2,75 акра, ежегодно отправляет по 40 000 фунтов фруктов и овощей для малоимущих жителей района Ред-Хук. А в чрезвычайно бедном и отличающемся очень влажным и холодным климатом городе Камден (штат Нью-Джерси) с населением в 80 000 человек и всего лишь одним на весь город гипермаркетом на 44-х общественных огородах собирают почти 31 000 фунтов (14 000 кг) плодоовощной продукции в год. Этим количеством продуктов можно трижды в день кормить в течение года 508 человек.

Кроме овощей на городских огородах можно выращивать ещё и ребятишек, которым пребывание на свежем воздухе приносит большую радость. Семейное фото на ферме Кэролин Лидли Rising Pheasant. Фотограф: Marcin Szczepanski. Используется с разрешения автора.

Кроме овощей на городских огородах можно выращивать ещё и ребятишек, которым пребывание на свежем воздухе приносит большую радость. Семейное фото на ферме Кэролин Лидли Rising Pheasant. Фотограф: Marcin Szczepanski. Используется с разрешения автора.

Тот факт, что есть такие пытливые исследователи-энтузиасты, скрупулёзно подсчитывающие количество сельхозпродукции, произведённой на маленьких городских фермах, будь то общественные огороды, как в Камдене и Филадельфии, или коммерческие предприятия, подобные ферме Лидли, явно свидетельствует о расцвете национального движения Local food и росте числа его приверженцев, которым преимущественно и интересна такая статистика. Всё большее число «новых фермеров» разбивает свои огороды посреди городов, а «местные продукты» (понятие, которое пока не получило своего чёткого определения) завоёвывают места на полках таких раскрученных продуктовых сетей как Walmart и Whole Foods по всем Соединённым Штатам. В целом, движение Local food в той или иной степени охватило уже 150 стран мира.

По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН 800 миллионов людей по всему миру занимаются плодоовощеводством и животноводством на территории городов [анг], производя по данным Института глобального мониторинга [анг] впечатляющие 15-20% от всей сельскохозяйственной продукции в мировом масштабе. В развивающихся странах жители городов занимаются фермерством, чтобы элементарно прокормить себя, но те, кто занимается городским огородничеством в США, руководствуются преимущественно коммерческими или идеологическим побуждениями. Министерство сельского хозяйства США не ведёт статистического учёта относительно количества городских фермеров, но судя по той популярности, которой пользуются финансируемые министерством образовательные программы и инфраструктурные проекты, направленные на поддержку и развитие городского сельского хозяйства, это направление в настоящее время переживает настоящий бум. Насколько далеко и в каком направлении будет развиваться этот тренд? Какую часть от необходимой для города пищи смогут вырастить местные фермеры, сколько будут стоить эти продукты и кому они будут доступны? И смогут ли подобные проекты внести ощутимый вклад в обеспечение продовольственной безопасности планеты в условиях возрастающей перенаселённости?

Преимущества города

Как и все, кто занимается сельским хозяйством в городе, Лидли, подчёркивая преимущества своей продукции, делает упор на её свежести. Ростки гороха, проделавшие путь в каких-нибудь 3 мили (около 5 км), для того чтобы украсить собой салат в тарелке горожанина, вне всякого сомнения будут иметь гораздо лучший вкус и значительно большую питательную ценность, чем те, которые везут на продажу через полконтинента, а то и ещё дальше. «Один местный ресторан, куда я поставляю свою продукцию, раньше закупал зелень из Норвегии», — рассказывает Лидли. Кроме того, более свежие продукты могут дольше храниться на полках магазинов и в холодильниках, что снижает потери.

Нью-йоркская ферма Gotham Greens в своих двух гидропонных сооружениях производит более 300 тонн столовой зелени в год. Фото: TIA (Flickr/Creative Commons)

Нью-йоркская ферма Gotham Greens в своих двух гидропонных сооружениях производит более 300 тонн столовой зелени в год. Фото: TIA (Flickr/CC BY-NC-ND 2.0)

Растительные продукты питания, выращенные в городах для местного потребления имеют и другие преимущества: в сезон после сбора урожая они могут стоить дешевле аналогичных продуктов из супермаркета, которые доставляются из отдалённых регионов, а в периоды чрезвычайных ситуаций, когда нормальная работа каналов доставки и распространения пищевых продуктов может оказаться нарушенной, они способны восполнить продовольственный дефицит. «После больших ураганов, подобных разрушительному урагану «Сэнди» или мощных снежных бурь, свирепствовавших в стране минувшей зимой, на полках многих городских супермаркетов оставалась только наша продукция», — говорит соучредитель двух расположенных на нью-йоркских крышах гидропонных ферм по выращиванию столовой зелени Вирадж Пури. Его фермы Gotham Greens [анг] производят около 300 тонн растительной продукции в год. Пури планирует открыть ещё одну подобную ферму в Чикаго.

Несмотря на относительно небольшие размеры, городские фермы отличаются поразительной урожайностью, зачастую даже превосходящей показатели загородных сельхозпредприятий. Такая ситуация оказывается возможной по двум причинам. Во-первых, городские фермы не подвержены серьёзным угрозам со стороны насекомых-вредителей, и на них не совершают свои опустошительные набеги голодные олени или сурки. А во-вторых, городские фермеры попадают на свои участки в считанные минуты, им для этого надо только выйти из дома, в отличие от многих сельских фермеров, которым порой, чтобы добраться до своего поля, приходится потратить часы. Это позволяет фермерам-горожанам решать возникающие проблемы и собирать урожай более оперативно. Кроме того, ручная культивация, применяемая в городских условиях, позволяет более плотно засаживать растениями обрабатываемые участки, чаще удобрять почву и тщательнее выверять необходимый расход воды и удобрений.

As social enterprises, community gardens operate in an alternate financial universe: they don’t sustain themselves with sales, nor do they have to pay employees.

Как социальные предприятия общественные огороды существуют в альтернативном экономическом пространстве: они не занимаются коммерческой реализацией своей продукции и не платят заработную плату своим работникам.

Хотя коллективно возделываемые общественные огороды на частных или общественных участках, которые уже более столетия являются характерной чертой американских городов, совершенно свободны от какого-либо экономического принуждения, являющегося главным стимулом для деятельности коммерческих ферм и высоко капитализированных городских сельхозпредприятий на крышах зданий, именно они представляют собой наиболее распространённую в стране форму сельскохозяйственной деятельности в городских условиях. Если сопоставить городские коммерческие и общественные фермы, то окажется, что общественные огороды производят намного больше продуктов и обеспечивают ими большее число людей, чем коммерческие. Как социальные предприятия общественные огороды существуют в альтернативном экономическом пространстве: они не занимаются коммерческой реализацией своей продукции и не платят заработную плату своим работникам. Вместо этого они привлекают волонтёров или же используют в качестве дешёвой рабочей силы желающих подработать тинейджеров. Они платят маленькую арендную плату или даже не платят её вовсе и получают материальную поддержку для своих социальных и экологических проектов со стороны государственных программ и различных неправительственных фондов. Это могут быть программы производственного обучения или же программы, направленные на популяризацию здорового образа жизни и здорового питания. Всё большее значение среди этих программ приобретают проекты, направленные на повышение экологической устойчивости городской среды к происходящим климатическим изменениям. Сюда относится разбиение дождевых садов, абсорбирующих потоки ливневой воды, противодействие эффекту городского теплового острова и утилизация пищевых отходов для производства компоста.

Те, кто финансирует городские огороды, не ожидают от них самоокупаемости как непременного условия для поддержки. «Эти фермы могут увеличить свои доходы, продавая продукцию на фермерских рынках или напрямую ресторанам, также они могут брать плату с ресторанов и других учреждений, нуждающихся в утилизации пищевых отходов, перерабатывая эти отходы в компостное удобрение», — говорит сотрудница Фонда семьи Мерк [анг] Рут Голдман (Ruth Goldman). Фонд, в котором она работает, занимается финансированием различных проектов по развитию городского сельского хозяйства. «Но выращивание овощей приносит очень небольшую прибыль, ведь эти проекты осуществляются в рамках местных некоммерческих образовательных программ, одной из целей которых является подготовка молодых общественных лидеров, поэтому, конечно, говорить всерьёз о прибыльности этих ферм не приходится», — заключает она.

Несколько лет назад Элизабет Би Файер (Elizabeth Bee Ayer), которая до недавнего времени вела обучающую программу для городских фермеров, досконально изучила на своей ферме Youth Farm в бруклинском районе Леффертс-Гарденс всё, что касается выращивания свеклы. Она точно знает каждое движение рук при уборке свеклы и подсчитала сколько минут необходимо для того, чтобы вымыть корнеплоды и приготовить их для продажи. «Так называемые “мелочи” могут привести ферму к успеху или к провалу, — отмечает Айер, — Мы продавали нашу свеклу по 2,5 доллара за 4 штуки, и жителям района она пришлась по вкусу. Однако при такой цене мы теряли по 12 центов с каждой свеклы». Но, несмотря на это, Айер приняла решение не поднимать цену. «Никто бы не стал покупать её дороже», — объясняет она. Вместо повышения цены она помимо свеклы стала культивировать ещё и карибское растение амарант, выращивание которого обходится значительно дешевле, а выручки от его продажи хватает для того, чтобы просубсидировать сохранение прежней цены на свеклу. «Люди с удовольствием покупают амарант, а растёт он как сорняк, ему не нужно почти никакого ухода, работы самый минимум». В заключение она говорит: «У нас некоммерческая ферма и мы изначально не планировали получать какую-то прибыль».

Жизнеспособность и устойчивость

Мало кто позавидовал бы Айер с её loss leader [в маркетинге — товар, который предлагается по цене ниже себестоимости с целью привлечения покупателей], но такая практика может сбить цены на продукцию всех городских фермеров, в том числе и тех, кто занимается фермерством для получения прибыли, а им и так сейчас приходится на переполненных городских рынках вести борьбу за покупателей с загородными фермерами, равно как и с крупными поставщиками из Калифорнии и Мексики, дешёвой продукцией которых заполнены полки супермаркетов. Хозяйка фермы Rising Pheasant [анг] Лидли давно поняла, что её дело не сможет быть успешным, если она будет выращивать свои овощи только в открытом грунте, поэтому она вложила средства в приобретение полиэтиленовой теплицы и системы отопления. Её зелень, амарант и листья кольраби растут круглый год. Они быстро вырастают: в летнее время Лидли может собирать урожай каждую неделю. Выращенная зелень идёт на продажу по цене более доллара за унцию [1 унция ≈ 30 г].

Кивая в направлении своего огорода, Лидли говорит: «Я выращиваю эти овощи, потому что они прекрасно выглядят на фермерском прилавке. Они привлекают больше покупателей к нашему стенду, и я действительно обожаю выращивать овощи в открытом грунте». Благодаря столовой зелени, круглый год растущей в её теплице, Лидли имеет возможность заниматься исключительно фермерством, в то время как подавляющее большинство её коллег в США оказываются вынуждены искать себе вторую работу на зимний период.

Агроном из Университета округа Колумбия (первый сугубо городской лэнд-грант университет) Мчезаджи Аксум (Mchezaji Axum) помогает городским фермерам получать лучшие урожаи независимо от того, где те осуществляют сбыт своей продукции — на рынках для состоятельных покупателей, как Лидли, или же на рынках для более бедной публики, как Айер. Он пропагандирует использование специальных сортов растений, адаптированных для выращивания в городских условиях (например, низкорослую кукурузу, которая вместо двух початков даёт четыре). Также он рекомендует применение методов биоинтенсивного сельского хозяйства, таких как плотная посадка растений, смешанные посевы различных культур, применение компоста, севооборот и различные способы увеличения сельскохозяйственного сезона (например, выращивание холодостойких овощей, таких как кудрявая капуста, шпинат или морковь в зимних туннельных парниках, или выращивание рассады в ящиках-парниках с прозрачным верхом, которые пропускают внутрь солнечный свет, защищая при этом растения от холода и дождей).

«Вы учитесь тому, как улучшить здоровье вашей почвы и с какими интервалами следует высаживать растения для того, чтобы они получали больше солнечного света», – говорит Аксум. Изучив положение дел во многих общественных огородах Вашингтона, Аксум был весьма удивлён тем, насколько мало овощей они в действительности выращивают. «Люди не умеют рационально использовать имеющееся в их распоряжении пространство. Более 90% земли общественных огородов используется крайне неэффективно. Некоторые люди воспринимают своё занятие просто как хобби и хотят лишь спокойно поковыряться в земле, отключившись от своих повседневных забот».

«Возможно, следование правилам биоинтенсивного сельского хозяйства покажется чем-то необычным для тех, кто привык к общепринятым методам земледелия, — говорит профессор ландшафтной архитектуры Ратгерского университета и автор книги «Плодородный город: век общественного огородничества в Америке» Лаура Дж. Лоусон (Laura J. Lawson), — Всё зависит от того, у кого вы учились земледелию». Лоусон вспоминает в этой связи рассказ одного знатока сельского хозяйства, который во время посещения фермы в Филадельфии, желая научить уму-разуму местных садоводов, указал им на то, что их кукуруза растёт в месте, далеко не идеальном для полноценного осуществления фотосинтеза у растений, на что женщины ему ответили: «Мы всегда выращиваем кукурузу именно там, потому что в этом месте нам удобно за ней прятаться, чтобы пописать».

Noah Link checks on his bees at Food Field, a commercial farm in Detroit. Photo by Marcin Szczepanski. Used with permission of the photographer.

Ной Линк проверяет пчелиные ульи на своей коммерческой ферме Food Field в Детройте. Фото: Marcin Szczepanski. Используется с разрешения фотографа.

Главную свою задачу Аксум видит в укрупнении городских сельхозпредприятий и концентрации небольших потоков овощной продукции городских ферм с целью организации стабильных поставок крупным покупателям, таким как городские школы, больницы или продуктовые магазины. Сбыт продукции городских фермеров местным организациям-агрегаторам, например, советам по продовольственной политике, учреждённым различными гражданскими объединениями и региональными правительствами для укрепления и поддержки локальных систем снабжения продовольствием, — это наилучший способ сделать городское сельское хозяйство более жизнеспособным и устойчивым и дать заработок городским овощеводам. Однако укрупнение городских сельхозпредприятий может потребовать дополнительной земли и, следовательно, увеличения трудозатрат на её обработку, а, кроме того, повлечёт за собой изменение нынешних льготных условий пользования землёй и ряда других действующих правил, потребуется маркетинговая экспертиза и создание эффективных дистрибьюторских сетей.

«Многие местные организации хотели бы получать продукты питания от местных производителей, — говорит хозяин коммерческой фермы из Детройта Food Field [анг] Ной Линк (Noah Link), — Но местные фермы пока ещё не в состоянии производить достаточное количество продуктов. Нам необходим агрегатор, который собирал бы продукцию небольших ферм в крупные партии». Ферма Линка состоит из молодого фруктового сада, обширного участка с поднятыми грядками, двух туго обтянутых полиэтиленовой плёнкой туннельных парников по 150 футов в длину [около 45 м; 1 фут ≈ 30 см], один из которых укрывает длинный узкий канал, наполненный сомами. Также он держит кур и пчелиные ульи. Всё это хозяйство он обеспечивает энергией от солнечных батарей.

Линк не выращивает столовую зелень, ставшую для многих городских фермеров-предпринимателей своего рода палочкой-выручалочкой, поскольку он может получать прибыль с одного только оборота: его ферма занимает целый городской квартал. Энни Новак (Annie Novak), которая в 2009 году стала соучредителем первой расположенной на крыше коммерческой фермы в Нью-Йорке, не может похвастаться столь обширными угодьями. Она изначально отдавала себе отчёт в том, что не сможет выращивать все необходимые членам её CSA продукты [анг, Community-supported agriculture – поддерживаемое сообществом сельское хозяйство – прогрессивная экономическая модель сельскохозяйственного производства, основанная на том, что местные потребители продуктов питания вкладывают свои деньги в их производство на местных фермах, становясь таким образом участниками предприятия и получая в качестве «прибыли» свежие экологически чистые овощи и фрукты, выращенные специально для них]. Невысоко поднятые грядки её фермы занимают площадь всего лишь в 5 800 квадратных футов (540 квадратных метров). «Поэтому для того чтобы дополнить и разнообразить ассортимент я вступила в сотрудничество с одной сельской фермой», — рассказывает она. В настоящее время Новак занимает свою нишу на рынке. Одним из ключевых для неё направлений деятельности стала переработка овощной продукции. «Я делаю острый соус из своего перца и он расходится на ура», — говорит она. Также она выращивает столовую зелень для ресторанов, занимается пчеловодством, цветоводством и разведением «культур, которые интересны сами по себе, таких как фиолетовая морковь или наследственные сорта томатов. Это даёт нам прекрасную возможность просвещать людей о значении пищевой ценности продуктов, важности озеленения городов и нашей связи с природой».

Иногда правильного выбора культур может оказаться недостаточно. Коммерческая ферма Brooklyn Grange [анг], располагающаяся на двух нью-йоркских крышах, каждый год выращивает более 50 000 фунтов (23 000 кг) помидоров, кудрявой капусты, салата, моркови, редиса, бобов и других культур. Эта продукция реализуется через CSA, продаётся с фермерских прилавков и поставляется в местные рестораны. Но для получения дополнительных доходов Brooklyn Grange также организует летние обучающие программы для пчеловодов (стоимость курса 850 долларов), классы йоги и экскурсии. Кроме того, они сдают в аренду для фотосъёмок, свадебных торжеств, обедов и иных мероприятий «райский уголок» своего сада, откуда раскрываются потрясающие виды на Манхэттен.

«Городские фермы похожи на маленькие фермы в сельской местности, — говорит специалист по прикладной экономике Кэролин Димитри (Carolyn Dimitri), изучающая продовольственные системы и продовольственную политику в Нью-Йоркском университете. «Они имеют тот же комплекс проблем: люди не хотят много платить за продукты, в то время как сельскохозяйственное производство требует больших затрат. Поэтому фермеры оказываются вынуждены заниматься производством дорогостоящей “элитарной” продукции и агротуризмом».

Под контролем

Отвратительным мартовским утром сверкающая корка льда скрывает под собой грязный слой снега в фут толщиной. Группа чикагских городских фермеров напряжённо работает в одних рубашках. Они обуты в лёгкие кеды. Невооружённым глазом видно, что ногти на их руках ухожены и чисты. По углам их огородов не валяются куски металла и деревянные обрезки, а земля в парниках не разрыта лапами кур. В сущности этим фермерам вообще не нужна земля. Их плотно посаженные базилик и руккола растут в специальной питательной среде в лотках со штрих-кодом. Эти лотки стоят на расположенных друг над другом рядами полках высотой в 12 футов (3,7 метра) и освещаются как в солярии белым и фиолетовым светом. Гудят вентиляторы, журчит вода, мерцают экраны компьютеров.

FarmedHere [анг] – крупнейшая в стране ферма, занимающаяся сельским хозяйством в контролируемой среде (CEA) [анг], располагается в складском корпусе промзоны на окраине Чикаго и занимает площадь в 90 000 квадратных футов (8 000 квадратных метров). FarmedHere ежегодно насыщает региональный рынок приблизительно миллионом фунтов (500 000 кг) молодых листьев салата, базилика и мяты. Как и многие другие современные предприятия, применяющие гидропонные или аквапонные технологии (аквапоника — технология «симбиотического» выращивания рыб и растений, при которой вода из бассейнов с рыбой питает растения, а те в свою очередь очищают воду, прежде чем она снова поступит к рыбам), эта ферма поражает воображение своим футуристическим видом — всё вокруг светится ярким светом и блестит нержавеющей сталью. Головы работников покрыты сетками для волос, а на их руках одеты нитриловые перчатки. Без какого-либо вмешательства со стороны внешней среды, будь то погода, насекомые или даже люди (ферма почти полностью автоматизирована и требует минимального участия со стороны человека) предприятие бесперебойно осуществляет круглогодичные поставки столовой зелени в местные супермаркеты, среди которых около 50 магазинов сети Whole Foods Market.

«Мы не можем поспеть за спросом», — говорит похожий на ди-джея владелец фермы Ник Гринз.

В отличие от ферм под открытым воздухом CEA-фермы не имеют нужды в использовании пестицидов и азотных удобрений. Их ирригационные системы замкнутого типа [пускающие одну и ту же воду по кругу] потребляют в 10 раз меньше воды, чем обычные системы орошения. CEA-фермеры собирают в год до 25 урожаев различных культур уплотнённой посадки в отличие от «обычных» фермеров, выращивающих растения в почве, которые собирают в своих теплицах лишь около 5 урожаев в год. Урожайность CEA-ферм в 10-20 раз выше урожайности ферм под открытым воздухом, таким образом эта технология теоретически может спасти ещё не тронутые леса и луга от превращения в пахотные земли.

Может быть CEA — это будущее городского сельского хозяйства? Спору нет, CEA-фермы производят много продуктов на небольшой площади. Но до тех пор пока в нашей экономике господствует эффект масштаба, эти предприятия, требующие для своего создания и функционирования больших капиталовложений, неизбежно будут концентрироваться исключительно на культурах, приносящих очень высокую прибыль, таких как столовая зелень и зимние помидоры.

Сокращение «пищевых миль» снижает транспортные расходы, равно как и выбросы углекислого газа в атмосферу, связанные с доставкой, упаковкой и охлаждением продуктов. Но выращивание сельскохозяйственных растений в контролируемой среде, которая освещается, отапливается и охлаждается за счёт того же ископаемого топлива, может свести на нет все эти положительные преимущества. Когда почётный профессор биологической и экологической инженерии Корнелльского университета Луис Олбрайт (Louis Albright) углубился в изучение статистических данных, он обнаружил, что сельское хозяйство в закрытых системах очень дорогостоящее и энергоёмкое, при этом далеко не во всех широтах данную проблему можно решить при помощи солнечной или ветровой энергии. По подсчётам Олбрайта выращивание фунта салата на гидропонной ферме в Итаке (штат Нью-Йорк) приводит к выделению на местной электростанции 8 фунтов (4 кг) углекислого газа, а выращивание фунта помидоров приведёт к выделению ещё в два раза большего количества углекислоты. Если вы будете выращивать этот салат в обычной теплице без использования искусственного освещения, выбросы углекислого газа уменьшатся на две трети.

Продовольственная безопасность

В беднейших странах мира городские жители нередко занимаются огородничеством для того, чтобы просто выжить. И сейчас таких людей больше, чем когда-либо прежде. Например, в Чёрной Африке по приблизительным подсчётам около 40 процентов городского населения занимается сельским хозяйством [анг]. Те, кто занимается в городе сельским хозяйством на постоянной основе, и те, кто лишь недавно обратился к этому занятию из-за голода, хорошо знают, как выращивать растения. Они разбивают свои огороды на бросовых приграничных участках (под линиями электропередач и вдоль автомагистралей) и применяют в качестве удобрений органические отходы, таким образом их затраты на производство продукции минимальны. Важным побудительным мотивом для всех этих людей является дороговизна продуктов питания: люди в развивающихся странах тратят на еду гораздо большую часть от своего общего дохода нежели американцы. Из-за очень слабо развитой транспортной и складской инфраструктуры скоропортящиеся продукты питания, такие как фрукты и овощи, стоят очень дорого. Это позволяет городским фермерам из развивающихся стран достичь сразу двух целей: прокормить себя и пополнить свои доходы.

Городское фермерство получило широкое распространение в Гане и других странах Чёрной Африки. Фото: Nana Kofi Acquah/IMWI. Используется с разрешения.

Городское фермерство получило широкое распространение в Гане и других странах Чёрной Африки. Фото: Nana Kofi Acquah/IMWI. Используется с разрешения.

Городское огородничество в США оказывает наибольшее влияние на продовольственную безопасность в тех городах и районах, которые в некотором смысле можно по ряду параметров сопоставить с так называемым «Глобальным Югом», где земля дёшева, средний показатель доходов низок, а потребность в свежих продуктах питания высока. В особенности всё вышесказанное можно отнести к Детройту. Профессор устойчивого сельского хозяйства Университета штата Мичиган Майкл Хамм (Michael Hamm) подсчитал, что этот город, где в настоящее время постоянно проживает менее 700 000 человек и имеется более 100 000 свободных земельных участков, которые благодаря недавнему банкротству можно приобрести в собственность по цене ниже стоимости холодильника, мог бы, применяя биоинтенсивные технологии, выращивать три четверти от своих текущих потребностей в овощах и около половины от своих потребностей в фруктах на пригодных для этого земельных участках.

Никто не ожидает, что городские фермы в США смогут полностью заменить собой пригородные и сельские сельхозпредприятия: в городах очень мало пригодной для сельского хозяйства земли и недостаточно подготовленных специалистов, а переход на полное обеспечение городов продовольствием CEA-фермами пока ещё относится к области фантастики. Но смогут ли городские фермы взять на себя хоть сколько-нибудь существенную часть продовольственного обеспечения городов и хотя бы отчасти заменить сложившиеся каналы поставок продуктов питания от удалённых производителей? Димитри из Нью-Йоркского университета полагает, что нет. Если принять во внимание масштаб и включённость национальной системы обеспечения продовольствием в глобальную экономическую систему, островки сельского хозяйства в наших городах «окажутся практически незаметными. И их экономическая эффективность почти равна нулю. Городские фермы не могут назначать должную цену на свою продукцию, и они слишком маленькие, чтобы составить конкуренцию сельхозпредприятиям, извлекающим свою выгоду от эффекта масштаба. По этой же причине они не могут более эффективно использовать свои ресурсы», — говорит Димитри.

Однако это не мешает энтузиастам общественного огородничества, которые и не пытаются извлечь материальную выгоду из своего занятия, производить многие позитивные изменения в своих территориальных общинах. 31 000 фунтов (14 000 кг) сельхозпродукции, собираемой на общественных огородах Камдена, со статистической точки зрения, возможно, выглядит чем-то незначительным, но только не для тех нуждающихся людей, кому посчастливилось получить эти продукты бесплатно или по льготной цене. «В бедных районах, где семьи имеют очень низкий доход, — говорит адъюнкт-профессор городского и регионального планирования Пенсильванского университета Доменик Витьелло ( Domenic Vitiello), — Выращенные на общественных огородах овощи и фрукты стоимостью в каких-нибудь несколько тысяч долларов, имеют гораздо большее общественное значение, чем в районах, где живут более состоятельные граждане».

История показывает, что общественное огородничество, поддерживаемое усилиями энтузиастов, государственными учреждениями и благотворительными организациями, имеет свою стабильную социальную нишу. И вне зависимости от того, чего больше производят эти огороды: самих пищевых продуктов или же знаний о них (откуда берётся наша пища, что необходимо для того, чтобы её вырастить, как её правильно приготовить и употребить), они по-прежнему сохраняют своё огромное значение как места для встреч и обучения и как связующие элементы между людьми и природой. Имеет выращивание фруктов и овощей на крохотных городских огородах какое-либо значение для экономики и продовольственной безопасности или нет, люди, которые хотят этим заниматься, найдут для себя такую возможность. Как говорит Лаура Лоусон: «Городские огороды являются частью нашего идеального представления о том, каким должен быть населённый пункт. И поэтому их значение нельзя переоценить».

Элизабет Ройт [анг] — фрилансер из Бруклина; автор трёх восторженно принятых критиками книг; её статьи на научные и экологические темы публиковались в Harper's, National Geographic, Outside, The New York Times Magazine и других изданиях. Она ведёт свой Twitter @ElizabethRoyte.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо