Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

«Восточная Украина “без купюр”»: взгляд назад

Putin signs Russia-Crimea treaty, March 13, 2014, by Gabriel Fortin-Harvey, Demotix.

Путин подписывает российско-крымский договор, 13 марта 2014 года, от Gabriel Fortin-Harvey, Demotix.

Оглядываясь назад, можно сказать, что название этой серии не совсем правильно. Мы назвали её «Восточная Украина “без купюр”», чтобы отразить тот факт, что блогеры, «стимеры» и интернет-активисты, которых мы описали, предоставляют данные с мест, из районов, в которых многие из них жили всю свою жизнь. Название проистекает от популярной идеи, что гражданские журналисты [анг] свободны от корыстных интересов, давления правительства и организационных предрассудков традиционных СМИ, и могут, следовательно, предоставлять более критичное, беспристрастное и близкое к жизни изображение реальности.

На самом деле, конечно же, у каждого свои «купюры».

Эта статья заключает обширное изучение «Эхом Рунета» русскоязычной блогосферы Восточной Украины. Познакомьтесь с полной серией интервью на странице «Восточная Украина “без купюр”».

Все люди, у которых были взяты интервью для этого проекта, имеют крепкие мнения о том, что является «правдой» и «объективностью» в идущем конфликте на Украине. События вокруг них вдохновили из передавать эти идеи другим через интернет, что иногда означает возложение вины за насилие на управляемый НАТО переворот, или украинских фашистов, или российскую интервенцию.

Если эта серия интервью показывает что-либо, это то, что человеческое предубеждение мешает любым попыткам передать правду. Проект называется «Восточная Украина “без купюр”», но интервью показывают Украину опосредовано через различные варианты с различными купюрами.

Герой этих интервью, который ближе всех находится к сообщению прямых фактов, — это Максим Осовский, который стримит прямые трансляции из Луганска. Тем не менее, Осовский всё же должен делать решения о том, что и где он снимает. Заметьте, что это не критика, так как многие из опрошенных блогеров занимаются хорошей журналистикой профессионального качества в невероятно сложных условиях за малое или никакое вознаграждение. Важно помнить, что полной объективности достигнуть невозможно. В конце концов, являемся ли мы гражданскими журналистами или мы только пишем о гражданских журналистах, все мы сталкиваемся с определёнными ограничениями.

Несмотря на разговоры о ведущейся в интернете «информационной войне», блогеры, которые приняли участие в исследовании, имеют широкий спектр мнений и показывают удивительный уровень нюансов в своей работе. Эту деятельность зиждется не на скучных клише пропаганды.

Такой блогер, как Борис Рожин (Colonel Cassad), который открыто придерживается неосталинизма, способен осуждать Владимира Путина как «капиталистического мастера» и в то же время поддерживать дело Кремля против «фашистов» в Киеве. Хотя Полина Дубинина с энтузиазмом поддерживает аннексию Крыма Россией, она открыто критикует действия Москвы на Донбассе. Дарья Карпенко живёт при оккупации, которой противостоит, но далека от хорошего впечатления об украинских СМИ и их попытках «обелить» ошибки нового правительства в Киеве.

Эти блогеры обычно говорят, что их оппонентам «промыли мозги», но отдельные личности с обеих сторон конфликта на Украине относятся к потребляемой информации весьма критично и к традиционными СМИ с глубоким скептицизмом. Они определённо имеют твёрдые мнения о том, что происходит, но было бы глубоко неверно называть их пассивными или некритичными пешками в информационной войне.

Важно помнить, что информационная война — это не какая-то цифровая абстракция или PR-кампания, отделённая от реальности; это проявление реального и кровавого конфликта, который уже унёс тысячи жизней. Трое  проинтервьюированных для проекта блогеров покинули свои дома из страха за свою безопасность. Ещё один с тех пор уехал из Крыма в Польшу. Некоторые не смогли избежать страданий. Максим Осовский был похищен и подвергся пыткам за попытку снять референдум в Луганске.

Гражданская журналистика на Донбассе и в Крыму стала действительно опасным занятием. Смелость, которая необходима для онлайн-публикаций, не так сильно отличается от смелости, которая нужна людям на поле боя. Подумайте об анонимном блогере из Славянска, у которого мы взяли интервью и который полностью безразличен к своему «успеху» в интернете. Неохотно давший согласие на интервью, он объяснил, что он делает то, что он делает, из чувства долга рассказать миру о том, что происходит в его маленьком провинциальном городе. Он говорит, что не желает интернет-славы и просто хочет, чтобы война закончилась. Для него различий между информационной войной и войной настоящей нет.

Для людей страны, где идёт война, выражение неправильного мнения может быть опасным. За время этого проекта Украина, кажется, стала более опасным местом. Проинтервьюированные нами блогеры как будто становятся нетерпимей к инакомыслию и жаждут единообразия. Голоса интернета стали более радикальными с продолжением войны на Донбассе. Не важно, кого люди обвиняют в разрушении Донецка и Луганска, вы вряд ли найдёте на Украине большую поддержку открытого диалога между соперниками.

В конце концов, блогеры с Украины поднимают довольно похожие вопросы, несмотря на разнообразие политических симпатий. Они устали от коррупции, олигархии и произвола и беззакония элит. Заявления о том, что Киев и его оппонентов разделяет языковой барьер, плохо соотносятся с большим количеством проукраинских блогеров, пишущих по-русски. К сожалению, причины разрыва между лагерями блогосферы восточной Украины теперь вряд ли что-то значат, так как преодолеть разрыв стало практически невозможно.

Крымские татары сталкиваются с возрастающим давлением со стороны Кремля, и почти 20 000 [анг] предпочло уехать, а не жить под правлением России. Луганская и Донецкая народные республики — высокомилитаризованные государства, где инакомыслие влечёт насилие. Многие прокиевские активисты уже бежали [анг], пока повстанцы объединяли свои территории, готовясь [анг] к долгосрочным перспективам.

Если стороны конфликта собираются разговаривать друг с другом не на уровне высоких политических переговоров, а просто в условиях диалога между обычными людьми, то, скорее всего, это будет происходить через интернет. Если есть шансы на примирение, то оба лагеря должны будут начать смотреть на мир, используя купюры друг друга.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо