Закрыть

Поддержите нас сегодня — пусть Global Voices остаются сильными!

Наше международное сообщество волонтёров упорно работает каждый день, чтобы рассказать вам о недостаточно освещённых историях по всему миру, но мы не можем делать это без вашей помощи. Поддержите наших редакторов, технологию и правозащитные кампании, сделав пожертвование для Global Voices!

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Разоблачение секретного супергероя KermlinRussia

Эта статья для тех, кому по вкусу истории о павших супергероях, и кто знаком с законом Гудвина, согласно которому, чем дольше длится онлайн-дискуссия, тем с большей вероятностью в ней появятся сравнения с Гитлером и нацистами.

Банальность зла” [анг] – так пятьдесят лет назад Ханна Арендт охарактеризовала в своей книге подполковника СС Адольфа Эйхмана, придя к выводу, что величайшее зло в истории творилось не фанатиками и не социопатами, а обычными людьми, которые принимали происходящее как должное и считали, что их поступки совершенно нормальны.

Арсений Бобровский не Адольф Эйкман. Бобровский, конечно, никого никогда не убивал, даже и законов-то никаких не нарушил. Но для некторых пользователей русского сегмента всемирной паутины он олицетворяет собой настоящее зло.

Бобровского, которому принадлежит фирма по связям с общественностью “Daily Communications“, можно было считать типичным представителем либерального “креативного класса” Москвы. Если бы ни одно но: у Бобровского есть альтерэго. По крайней мере, было, пока 25 марта 2013 он вместе с единомышленницей Екатериной Романовской не сообщил всем, что именно ими ведется аккаунт  КермлинРаша, один из самых популярных аккаунтов русскоязычного Twitter. Сегодня у аккаунта КермлинРаша (KermlinRussia), название которого представлят собой пародию на название первого аккаунта Дмитрия Медведева, более полумиллиона читателей, и для многих это один из главных рупоров либерально настроенной оппозиции.

И нескольких часов не прошло, как слетели маски, а на арену вышли те, кого традиционно подозревают в подготовке сенсанций, направленных против оппозиционеров. На этот раз роль ньюсмейкера досталась грозному Станиславу Апетяну, который обнаружил, что Бобровский, как ни странно, в прошлом участовал в кампании по улучшению репутации одной из самых ненавидимых в Рунете организаций: Лиги безопасного интернета. Дурная слава Лиги объясняется тем, что именно на ее базе, согласно проекту, обнародованному летом прошлого года, планируется создать черный список сайтов, с помощью которого, как расчитывают идеологи этой законотворческой инициативы, удастся очистить Сеть от опасного для детей контента. (Критики, врочем, заявляют, что введение такого внесудебного механизма – шаг на пути к уничтожению свободы слова в Интернете).

Устранение ущерба

Саморазоблачение авторов КермлинРаша очень удачно сыграло на руку Апетьяну, которого самого за четыре дня до того один из основателей Яндекса Илья Сегалович обвинил в выполнении не самых чистых заказов для ЛБИ. 21 марта Сегалович указал на пост от 18 марта, размещенный на странице ЛБИ в сети Вконтакте, в котором представители Лиги ссылались на блог Апетьяна и цитировали сделанный им вывод, что большинство “сетевых друзей” знаменитостей на самом деле боты. “Для меня лично тему с этой Лигой можно считать закрытой”, – заявил Сегалович, имея в виду, что связь с Апетьяном Лигу полностью дискредитировала.

Арсений Бобровский, один из авторов KermlinRussia, в маске во время интервью на канале Дождь, 12 апреля 2012. Снимок экрана.

You Tube.

 

Как выяснилось, с Лигой сотрудничала и гораздо более значимая личность, а именно Арсений Бобровский, ведущий твиттер аккаунт КермлинРаша, который в Интернете снискал популярность у российских либералов. В ответ на разошедшейся по Сети разоблачительный материал, подготовленный Апетьяном, Бобровский опубликовал на своей странице в Faceboook длинный пост в свою защиту, в котором он рассказал об обстоятельствах своей работы на Лигу, и объяснил, что заставило его оказывать услуги столь малоприятному клиенту. И этот пост длиной в 2000 слов, в котором в перемешку представлено стремление и покаяться в совершенном и объяснить логику поступков, прочесть стоит.

Порой в тексте звучат нотки раскаяния:

Здесь начинается серая зона моей совести. В этот момент я задал несколько вопросов, ответы на которые знал. Также как и знал, что мне соврут. Совесть боролась с профессиональными амбициями. В сухом остатке ясно, что я более амбициозный, чем совестливый.

 

Порою же Бобровский находит оправдание своему решению в том, что, по его мнению, просто поступил как профессионал:

Но мне хотелось сделать этот проект. Потому что только такие проекты по-настоящему показывают, чего ты стоишь как профессионал.

 

Далее он добавляет:

Как профессионалу мне совершенно не стыдно. Я сделал свою работу очень хорошо и свалил обратно – заниматься бизнес-пиаром Маршала, передав через пару месяцев работу над аккаунтом своему сотруднику.

 

Бобровский пошел по тому пути, по какому он пошел из-за так называемого “профессионализма”, а также потому что у него появилась возможность продемонстрировать, с какой легкостью он может манипулировать представлениями общественности. Сначала он попытался избежать сотрудничества с Лигой, порекомендовав ее представителю фирму своего конкурента Виктора Майклсона. Как пишет Бобровский, фирма Майклсона задание провалила: на скорую руку была организована конференция, в результате которой градус критицизма в печатных СМИ в отношении Лиги только повысился. Заодно досталось и ее основателю и председателю совета директоров Константину Малафееву (Малафеев, кстати, кроме Лиги, основал компанию Маршал Кэпитал, заказчика компании Дейли Коммуникейшнс). Как пишет Бобровский, в дело он вступил только после вышеупомянутой провальной конференции, поскольку не смог устоять перед соблазном. (“Кризисный PR, – объясняет он, – это самый интересный тип проектов”).

По-видимому, чтобы показать всем, насколько бескорыстны были его мотивы, Бобровский даже разглашает цену контракта, который Дейли Коммуникейшнс в конце концов с Лигой заключила: 330 тысяч рублей в месяц (около 10 тысяч долларов). Как заявляет Бобровский, Михельсон получил бы почти в два с половиной раза больше – его плата составила бы более 150 тысяч долларов за полгода работы. О чем Бобровский как ни странно умалчивает, так это о том, что по контракту он должен был получить 20% от суммы, уплаченной Майклосону. Как пишет последний, Бобровский пытался добиться того, чтобы ему заплатили эти 20%, даже после того как Лига отказалась от услуг Майклсона спустя полтора месяца после начала PR-компании. В конце концов, Бобровскому все-таки выплатили 20% от суммы за те 6 недель (что-то около 3000 тысяч долларов), но в результате он всерьез поссорился с Майклсоном, а в завершении всего в своем посте на странице КермлинРаша в Facebook сообщил (возможно, приукрасив некоторые детали, или, напротив, совершенно честно описав положение вещей), что Майклсон совершенно не оправдал надежд ЛБИ.

Поверили не все

Вечером 25 Марта Тоня Самсонова, журналист портала Слон.ру, радио Эхо Москвы и канала Дождь, которую отличает активная гражданская позиция и которая в мае 2012 года брала интервью у Бобровского еще до решения последнего сбросить маску, так отреагировала  у себя в Facebook на некторые открывшиеся факты его биографии:

Вчера мы сидели в кафе с Арсением – кермлинрашей – я пришла домой и легла спать в семь вечера, мне снились кошмары. Потому что Арсений делал вещи, которые я не могу оправдать, и писал в Forbes тексты, с которыми я частично согласна (а по ключевому поводу мы с ним никогда не договоримся, видимо). (Самосонова также выложила фотографию их встречи)

Давая понять, что поступки Бобровского, которым “нельзя найти оправдания”, заставляют ее с недоверием относится к этому человеку и сомневаться в искренности его статей, Самсонова вполне последовательна. Схожее мнение она высказывала и ранее в ходе беседы с Бобровским в мае 2012 года, когда речь зашла о колонке КермлинРаша на сайте Форбс.ру, в которой блогер часто заявляет, что в России любые деньги – и крупные, и нет, – получают нечестным путем, имея в виду, что никто в России не может заработать себе на жизнь и при этом хоть немного не нарушить закон. Самсонова открыто не согласилась с таким утверждением, заявив гостю программы, что он попросту неправ. Спустя несколько часов после того, как Самсонова написала пост о ночных кошамарах, Бобровский через аккаунт КермлинРаша в Facebook парировал, что журалистке следовало бы, скорее, плакаться о том, что приходится работать на радиостанции Эхо Москвы, принадлежащей Газпрому и возглавляемой Алексеем Венедиктовым, человеком, которого некоторые подозревают в том, что тот в ключевой период зимних протестов сотрудничал с режимом.

Обыденные мотивы?

Что же ждет Бобровского? Он и его коллега по КермлинРаша Екатерина Романовская, по-видимому, стали частью коллектива Джи Кью Раша, о чем с икренней радостью в новом выпуске журнала сообщил читателям его редактор Михаил Идов. Аккаунт КермлинРаша его создателями ведется по-прежнему, и, скорее всего, Бобровский будет и дальше писать статьи для Форбс.ру. По иронии судьбы (если принять во внимание открытия прошедшей недели) в последней написаной для Форбса статье он обрушивается с критикой не на кого-нибудь, а именно на Лигу за безопасный интернет. Когда читаешь текст, спрашиваешь себя, какой реакции Бобровский ожидает от читателя, учитывая, что о его связях с Лигой всем теперь известно. Задумывался ли он обо этом вообще? В этой своей статье от 6 февраля он пишет следующее:

Декларация борьбы с детской порнографией и педофилией — это эффективный способ получить 100%-ную общественную поддержку и настолько высокий уровень доверия к проектам Лиги, чтобы общество относилось к любым ее действиям максимально некритично. Очень похоже на стиль Владимира Путина, который в 2004 году под флагом борьбы с терроризмом почему-то отменил губернаторские выборы.

Уж конечно Бобровский прекрасно знает, на чем строилась кампания ЛБИ. Ведь он-то ее и придумал. И отрывок, приведенный выше, возможно, отчетливее, чем все, сказанное им за прошлую неделю, показывает раздвоение самосознания этого человека. Нельзя ли считать все произошедшее современным, смягченным аналогом того, что Арендт называла “банальностью зла”?  В заключении к своей книге она поясняет, что под “банальностью” она понимала именно до ужаса обыденные, понятные каждому мотивы, побудившие Эйхмана совершить чудовищные преступления:

За исключением той поразительной старательности, с какой он добивался повышения, причин поступать так, как он поступал, у него и не было. И в этой старательности самой по себе нет ничего преступного.

 

Своим талантом и упорством КермлинРаша снискал любовь всего русского сегмента Сети. Действительно, за что бы ни брался Бобровский, всегда он стремится досчить некоей цели, не важно говорим ли мы о Бобровском-профессионале или о Бобровском – простом пользователе Сети. Как не важно и то, благородны ли при этом его цели или в корне дурны.

Начать обсуждение

Авторы, пожалуйста вход в систему »

Правила

  • Пожалуйста, относитесь к другим с уважением. Комментарии, содержащие ненависть, ругательства или оскорбления не будут опубликованы.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
Нет, спасибо