Закрыть

Поддержите Global Voices

Чтобы оставаться независимым, свободным и устойчивым, наше сообщество нуждается в помощи друзей и читателей, как вы.

Поддержать нас

Показать все языки? Мы переводим статьи Global Voices, чтобы гражданские медиа со всего мира были доступны каждому.

Узнайте больше о проекте Lingua  »

Сирия: падение Восточной Гуты

«Гута», рисунок Ранды Маддах. Использовано с разрешения. Источник: Women Now.

Восточная Гута, пригород Дамаска, всю семилетнюю войну в Сирии была сценой невероятных страданий. Это самый суровый и дольше всего продержавшийся пример стратегии режима «сдавайтесь или умрите от голода», а также цель нескольких химических атак.

Осада Гуты началась в конце 2012 года [анг], когда силы президента Башара Асада уступили контроль над территорией оппозиционным группам. В 2013 году режим ужесточил осаду, обрезав поставки еды и медикаментов.

18 февраля 2018 года войска правительства Сирии, российские ВВС и союзнические им группировки начали [анг] яростное наступление для возвращения контроля над регионом. Несколько недель спустя Гута пала.

Бомбардировки в первую очередь ударили по мирному населения. Центр документации нарушений (VDC) в Сирии сообщил Global Voices, что на 16 апреля 2018 года зафиксировал 2 165 погибших, из которых только 201 человек не были гражданскими.

На 8 марта 2018 года бомбардировке подверглись 30 медицинских учреждений, девять из которых, по данным VDC, были выведены из работы.

Далее следует подборка историй Global Voices о многолетних страданиях жителей Гуты.

Молодёжь Гуты занимается военной журналистикой

В этих отчаянных обстоятельствах даже дети становятся военными журналистами, как 19 марта 2018 года рассказал для Global Voices Мазин Хассун.

Хассун поговорил с 12-летней Нур аль-Хатиб, которая вместе со своей восьмилетней сестрой Алаой ведёт общий аккаунт [анг] на Twitter, чтобы самостоятельно рассказывать о продолжающейся осаде.

Отсюда некуда идти, кажется, что настал конец,
Если международное сообщество хочет спасти нас, время сделать это сейчас.

Нур сказала Global Voices: «Я хочу быть журналистом, чтобы рассказывать о страданиях невинных, или изучать химию, чтобы делать лекарства для людей».

Нур и Алаа снимают разрушения, нанесённые Восточной Гуте бомбардировками сирийского режима. Использовано с разрешения.

Их аккаунт был создан их матерью Шамс аль-Хатиб, которая тоже поговорила с Global Voices:

Most of the time the girls stay close to me and hug me and start crying when an air strike hit nearby. We don't have much food, only some herbs like parsley, nor water to drink or shower.

Большую часть времени девочки остаются рядом со мной и начинают плакать, когда рядом начинается бомбардировка. У нас немного еды, только некоторые травы, как петрушка, воды для питья и мытья тоже не хватает.

Читать дальше: Молодёжь Гуты занимается военной журналистикой, чтобы проливать свет на страдания мирных жителей

Растить грибы, чтобы выжить

В результате осады подскочили цены [анг]. Хотя регион является в целом сельскохозяйственной зоной, так что некоторые люди смогли собирать семена, чтобы прокормиться, голод стал нормой. Ужасные фотографии умирающих от голода детей часто вызывали взрывы общественного возмущения, за которыми обычно не следовало никаких действий.

В попытке поправить ситуацию одна местная НПО стала выращивать грибы и распространять их бесплатно, а также учить семьи, как выращивать их самостоятельно, о чём рассказали для Global Voices 2 сентября 2017 года Джои Аюб и Мустафа Итани.

Один из организаторов, д-р Ахмед Лейла, рассказал Global Voices, что они начали с «производства семян из грибов, растущих в регионе», а затем оценили их качество и пригодность к потреблению.

Затем они создали небольшую грибную ферму в ванной, и когда она сработала, «переехали» в ванну побольше и так далее. Теперь они «создали образовательную ферму для региона».

Читать дальше: Сирийцы в осаждённом городе учатся растить грибы, чтобы выжить

Печальные условия для больных раком

В осаждённой Гуте быстро кончились медикаменты, а в конце 2017 года территория снова оказалась в центре внимания СМИ из-за ухудшившихся медицинских условий. Эксперты ООН призвали [анг] к эвакуации пациентов с самыми серьёзными случаями заболеваний в Дамаск, где они могли бы получить лечение, а также к оказанию помощи тем больным, лекарства для которых закончились.

В статье, опубликованной Global Voices в январе 2018 года, Фирас Абдулла, сирийский фотожурналист, живший в Думе до насильственного выселения войсками режима, описал печальные условия, в которых находятся больные раком пациенты медицинского центра Дар аль-Рахма, единственного центра в Восточной Гуте, специализирующегося на лечении опухолей.

Онкологический центр Дар аль-Рахма в Восточной Гуте. Фотография сделана пресс-секретарём центра и публикуется с разрешения.

«[В начале] 2017 года блокада [усилилась]… так что, огромное число пациентов ведёт к сворачиванию медицинских программ и [нехватке] многих лекарств. Того, что мы имеем сейчас на руках, хватает только на 3% пациентов», — сообщил доктор Мухаммед, работающий в центре Дар аль-Рахма.

Ясер Аль-Шами, административный работник, объяснил, что центр не в состоянии обеспечить все уровни лечения от рака, так как в Гуте больше нет постоперационных материалов и материалов для радиотерапии.

Читать дальше: Онкологический центр в Восточной Гуте в Сирии борется за выживание

«Знают ли другие о том, что мы существуем?»

В январе 2018 года, за месяц до начала последнего военного наступления, в Гуте усилились бомбёжки. Люди ушли под землю и начали проводить большую часть времени в переполненных укрытиях.

Берин Хассун, медсестра и мать, рассказала коллективу Act for Ghouta [анг] об ужасающих подробностях повседневной жизни в этих условиях. Global Voices опубликовали её свидетельство 20 февраля 2018 года.

Она описала, как люди страдали от холода, как жили без доступа к самым базовым удобствам. Из-за антисанитарных условий дети легко и массово заражались друг от друга.

Дети прячутся от бомбёжки, Хараста, Восточная Гута. Снимок: Damascus Media Center, использовано с разрешения.

Она сказала, что осада коренным образом повлияла на её способность обеспечивать самые базовые потребности её детей. Она описала вину, которую чувствовала, когда ела в тайне, вдали от глаз детей, потому что не могла больше бороться с голодом:

What is motherhood when you can't even buy a “piece of biscuit” for your son, or ensure a child’s most basic needs because they're too expensive, too far out of reach, or not there at all because of the siege? When you eat quietly, it feels as if you’re stealing. You eat just because you can’t stand hunger anymore. How do you live when you have to lie to your son, trying to convince him that radishes are in fact apples?

Что за материнство, когда ты не можешь даже купить своему ребёнку «печенюшку», обеспечить сыну самое необходимое, потому что это слишком дорого, слишком далеко или совсем недоступно из-за осады? Когда ты ешь втихомолку, чувствуя себя так, словно ты вор. Ты ешь тайком, пока они спят. Ты ешь просто потому, что ты не можешь больше переносить чувство голода. Как жить, когда тебе приходится врать своему сыну в стремлении убедить его, что редиска — это на самом деле яблоки?

Читать дальше: Свидетельство сирийской медсестры из осаждённой Восточной Гуты: «Знают ли другие о том, что мы существуем?»

«Мы не видели перемирия даже на пять минут»

24 февраля Совет безопасности ООН принял резолюцию 2401, потребовав 30-дневного перемирия, которое бы сделало возможным постоянную доставку гуманитарной помощи и эвакуацию критически больных и раненых. Однако VDC не заметил [анг] значительного снижения уровня насилия.

27 февраля 2018 года Россия в одностороннем порядке объявила о пятидневном перемирии, которое должно было позволить создать гуманитарные коридоры.

Аус аль-Мубарак, дантист из города Хараста, не был удивлен несоблюдением перемирия — об этом он рассказал в свидетельстве, записанном Act for Ghouta для Global Voices и опубликованном 1 марта 2018 года.

We have grown used to statements from major powers that contradict their actions. The reality is that we have not witnessed a ceasefire of even five minutes over the past ten days.

Мы привыкли к заявлениям крупных сил, которые противоречат их действиям. Дело в том, что за последние десять дней мы не видели перемирия даже на пять минут.

Фото Самира аль-Думи. Использовано с разрешения. Источник.

Аус вспомнил о бедствиях Гуты с начала восстания в 2011 году и указал на то, что под правлением оппозиции регион сделал «огромные шаги в демократическом самоуправлении». Однако он добавил:

[…] all of this is continuously undermined by the attacks on civilians by the Assad regime. The number of dead in Ghouta has reached the tens of thousands, among them those whose requests for medical evacuation were denied by the Assad regime. Despite all the rhetoric about de-escalation and truce agreements, the regime’s crimes have never stopped. Ghouta’s residents hear the news and statements then look at their reality only to find nothing has changed.

[…] всё это постоянно уничтожается атаками режима Асада на мирное население. В Гуте погибли десятки тысяч, среди них те, чьим просьбам об эвакуации по медицинским причинам отказал режим Асада. Несмотря на все слова о деэскалации и соглашения о перемирии, преступления режима никогда не прекращались. Жители Гуты слышат новости и заявления, а потом смотрят на свою жизнь, видя, что ничего не изменилось.

Читать дальше: «Пусть это будет быстрая смерть»: свидетельство дантиста из Восточной Гуты Ауса аль-Мубарака

«Молчать — самое безопасное, что можно делать»

Выражать солидарность с Гутой в других регионах Сирии довольно опасно. Хотя большинство людей в Дамаске молчат, из страха ли или убеждений, есть те, кто анонимно осудили наступление на Гуту.

Мария Маттар из Global Voices в марте 2018 года поговорила с тремя из них. Ахмад (псевдоним), родом из Харасты в Восточной Гуте, заметил:

Employees from Ghouta are closely monitored. You have to be careful to not even show sympathy. You have to weigh your words carefully. […]

You risk being suspected of having links with ‘terrorists’, you can lose your job if someone tips you off. You risk even detention. Generally speaking, there is a tacit understanding that silence in the safest thing you can do. […]

When co-workers complain about shells and rocket attacks and call for ‘wiping Ghouta out’ in retaliation for the rockets, all you can do is grin and bear it. I feel deeply embittered. I have friends and relatives there. I have my house which I am sure is a big pile of rubble now. I have my childhood and youth memories there.

За сотрудниками из Гуты серьёзно следят. Нужно быть осторожным и не показывать даже симпатии. Нужно взвешивать каждое слово. […]

Вы рискуете оказаться подозреваемым в связях с «террористами», можете потерять работу, если кто-то вас сдаст. Вы даже рискуете арестом. Говоря в общем, все понимают, что молчать — самое безопасное, что можно делать. […]

Когда коллеги жалуются на снаряды и ракеты и призывают к тому, чтобы «стереть Гуту» в отместку за ракеты, можно только улыбнуться и вынести это молча. Я глубоко озлоблен. У меня там друзья и родственники. У меня есть дом, который, я уверен, теперь стал большой грудой щебня. Там воспоминания моего детства и юности.

Читать дальше: В Дамаске солидарность с осаждённой Восточной Гутой опасна

Когда придёт конец страданиям?

Сирийский режим и его российский союзник восстановили контроль над Гутой. Как и в течение войны, сообщалось [анг] об использовании против Гуты нескольких видов незаконного оружия, включая хлорин, бочковые бомбы, кластерные бомбы и зажигательные бомбы.

Скриншот последних фактов и чисел по Восточной Гуте от ООН на момент написания материала. Источник: ReliefWeb.

Кажется, что войска режима стремятся не просто захватить территорию, но уничтожить её население. Из-за этого, скорее всего, страдания жителей Восточной Гуты окончатся ещё не скоро.

Другие репортажи Global Voices о Восточной Гуте и войне в Сирии:

Эта страница была написана Лейлой Сибаи.

Еженедельная рассылка Global Voices по-русски

Подпишитесь на лучшие истории от Global Voices по-русски!
* = required field
Нет, спасибо